Александр Веденеев
Финансовый эксперт

Главные видео про инвестиции

Обращение к потенциальным клиентам




Банда околорынка #1.1 - Почему инвесткомпании вам не заработают - часть 1

Веденеев: Всем добрый день! С вами, как всегда, Александр Веденеев и мой замечательный, любимый, родной – злой маркетолог Алексей.

Алексей: Всем привет!

Веденеев: Сегодня мы презентуем, скажем так, новую рубрику и отдельный плейлист на моем Youtube-канале под названием «Банда околорынка».

Алексей: Два, в общем-то, самых главных околорыночника страны. Обо мне, правда, мало кто знает, а о нем точно знают многие.

Веденеев: Ха-ха. Да, сегодня мы зададим, скажем, так, в этой рубрике мы не просто будем задавать вопросы, мы будем мочить на злобу дня. И сегодня мы поговорим о главном вопросе, который мучает и новичков, и старичков, и тех, кто уже довольно давно в теме – и около рынка, и рынка, и вообще, мира финансов. И какой же это главный вопрос? Это – почему инвесткомпании и инвестподразделения определенных корпораций не способны вам заработать денег.

Алексей: Или не хотят.

Веденеев: Что, собственно говоря, равнозначно.

Алексей: Пока мы тут стоим на светофоре, давайте разберемся, почему такая фигня происходит с нашими инвесткомпаниями? Почему, в большинстве случаев, все эти красивые графики, красивые обещания и прочая красота, которую стараются они, по мере сил, навести, она, по большому счету, не имеет отношения к действительности? Начнем с простого. Всегда нужно начинать с мотивации потому, что если люди ничего не хотят или если они не могут – это один разговор. Если они ничего не хотят, то обычно ничего не получается. Давайте разберемся, хотят ли люди в инвесткомпаниях вам заработать, если вы просто клиент с улицы? Что б было понятно, что немалая часть инвесткомпаний в стране либо инвестподразделений, они, в общем-то, не созданы для того, чтобы обслуживать клиентов с улицы. Ну, так называемых, розничных клиентов. Они созданы для того, чтобы обслуживать интересы хозяев. Будь то разнообразных людей из нефтегаза, будь то люди в погонах и будь то люди с очень странным иногда финансовым происхождением. Ну, можно сказать, что отдельные из них – либо мошенники, либо люди просто со странной репутацией. Да, как люди, сидящие, например, в одном из бизнес-центров в районе Беговой. Да, то есть у владельца этой компании, прямо скажем, странная репутация на финансовых рынках страны. Но, тем не менее, им не мешает это быть достаточно известными в узких кругах, скажем так. Вот, и, соответственно, когда у вас есть такие хозяева – с определенными ресурсами, с определенным весом, с определенными возможностями в случае чего, то менеджеры, которые находятся в компании, они получают приоритет в работе с деньгами, что, в первую очередь, мы должны заработать хозяевам или, как минимум, не потерять. Как вы понимаете, что если вы розничный клиент, вы в лучшем случае находитесь на втором месте. И это, если вам сильно повезло.

Веденеев: И опять – связи, блат выходит на первое место.

Абсолютно верно. Соответственно, менеджер, среднестатистический менеджер понимает, что, в принципе, у него нет задачи как бы, не то, что обслуживать розничных клиентов и так далее, у него, по большому счету, нет задачи их искать. И так функционируют, на самом деле, далеко не одна инвестиционная компания или инвестиционное подразделение в стране. То есть, различные созданные компании при нефтяных компаниях и так далее. То есть они выполняют локальную функцию некой кубышки, некого такого кошелька с некой функцией управления. Ну и, в общем, они решают свои локальные задачи. Если вы им принесли деньги, ну, хорошо, возьмем ваши деньги. Не принесли? Да и хрен бы с вами. То есть функции поиска людей, чтобы привлекать больше денег в управление у них долгое время не было.

Да и зачем, на самом деле? И так народ несет. А куда еще нести? Так, на самом деле, происходит с большинством крупных компаний-корпораций, которые, так скажем, уже зажравшись от своих когда-то очень давнишних результатов, в принципе, ничего особо делать не хотят. Клиенты есть и так, деваться им некуда. Компаний на рынке раз-два и обчелся. У нас якобы высокая юридическая защита, а по факту вообще никакой защиты клиента нет и, в принципе, на клиента там далеко, глубоко и не важно.

Кстати говоря, чтобы вам было понятно – лицензированные компании или нет – это глобально не влияет ни на что.

Веденеев: Это вообще не важно, особенно в нашей стране.

Алексей: Кинуть могут и те, и другие. То есть компании с лицензией, без лицензии, просто ли там частный какой-то трейдер и так далее – кинуть могут абсолютно все. Единственный как бы, более-менее защитный механизм – это, естественно, предыдущие результаты и репутация. Как вы понимаете, в случае большой компании, проследить некие результаты и репутацию – это не так чтобы простое занятие. Потому что, что ты видишь обычно на сайте компании или разговаривая с менеджером? Ну, какие-нибудь графики, а чаще всего…

Веденеев: ...эфемерные результаты прошлого.

Алексей: А чаще всего ты не видишь даже и графиков, на самом деле. То есть можно найти, например, есть одна крупная инвестиционная компания. У нее есть там свой брокер, свой банк и прочее. У них там графики за 2015 год, например, на сайте. Ну, то есть люди как бы не парятся, что уже половина 2017 года.

Веденеев: Ничего страшного, зато лучший результат был тогда.

Алексей: Да, и у них все нормально. О чем это говорит? Что, в принципе, на клиентов им положить. Они, возможно…их устраивает текущее положение, как таковое. То есть, видимо, они обслуживают чьи-то деньги и как бы – клиентские – да и фиг с ним. Чего на сайте написано, на сайте фиг разобраться – и ладно. Ну это, собственно, видно по сайтам многих компаний, что если вы не можете на их сайтах не то, что найти результаты, а просто разобраться, чего они продают, то, значит, они просто работают на некий узкий круг людей. Там, по рекомендации или на деньги друзей, или деньги каких-то хозяев – им как бы, у них все нормально. То есть вы им особо, как человек с улицы не нужны.

Веденеев: Ну, опять же, у них же не просто так откуда-то, довольно, большие деньги всегда бывают. Не с потолка же они берутся. Но и не с розничного клиента. Как Алексей сказал правильную вещь, что многие из них, они призваны обслуживать определенные конторы, скажем так, с большим количеством бабло. А вы знаете, что у нас в стране нет задачи вообще, в принципе, для кого-либо заработать. У нас есть одна простая задача: это наебать, вывести, отмыть. Все, других задач у инвесткомпаний нету. И глобально большие деньги, на самом деле, именно так и поступают потому, что когда, в свое время, в бытность свою найма, скажем так, труда, когда я работал на корпорации и разные компании, связанные с финансовым сектором, я шерстил, скажем так, большое количество инвесткомпаний и хеджфондов. Так вот, что я хочу вам сказать. Ни за предыдущие несколько лет, ни, собственно говоря, за текущий год, а это был 13-14 год, я не мог добиться ни от одной конторы честного, внятного ответа: сколько они конкретно заработали за предыдущий год на все свои ярды. Я говорю: ребята, супер, сколько вы заработали на вот этот вот охренительный гигантский портфель бабла? Сколько, конкретно – цифры, проценты? Знает что, друзья? Я нигде ни разу не услышал, ни одного ответа вообще. Ну, либо от ответа просто топ-менеджмент уходил.

Алексей: Ты знаешь, какая история, что дело не только в том, что они уходят от ответа потому, что циферки…и, кстати, почему такие циферки получаются не очень красивые, мы отдельно поговорим чуть позже. Но прикол в том, что нередко, я тебе подчеркиваю, я видел не один раз, ну, люди просто тупо не знают. То есть они не могут собрать статистику внутри. Они не могут там договориться между собой отделами, чтобы там, условно говоря, одни там заморочились циферками, а другие эти циферки интерпретировали в какую-то более-менее понятную форму. То есть очень часто реально тупо люди не знают. Я вот что вам скажу, чтобы вам было понятно о том, насколько люди погрязли вот в этой вот истории «лишь бы хозяин не бил» и что вот надо хозяину что-то вот сделать, а на остальных всех положить. Я не так чтобы давно, беседовал с директором по продажам одной из инвесткомпаний при достаточно известной нефтяной компании. Ну, в общем, понятно, они там деньги нефтяников обслуживают, чего-то там делают на фондовом рынке для них и как бы хорошо. Чтобы вам было понятно. Человек – директор по продажам крупной инвестиционной компании не знает, что такое стейтмент. Вообще. Мне ему пришлось объяснять. Человек не знает, что можно брать отзывы с клиентов. Он физически не знает, что это такое. А чего, можно было? Это вот реальная реакция. То есть человек занимает пост директора по продажам крупной инвестиционной компании. После этого как бы, вопросы все отпадают. То есть если вы туда несете деньги, вы должны понимать, что с вами точно также будут обращаться. То есть, в лучшем случае, вы будете объяснять им. В худшем – вам ничего не объяснят. Да и если вам сольют там деньги, ну, скажу: ну, извини, дружок. Как бы тебе деньги слить можно. Это между строк понятно. Да, почему? Потому что ты же не хозяин. Вот хозяину слить деньги нельзя, это небезопасно потому, что, ну, мало ли там, служба безопасности хозяина придет, там лицом об стол ударит больно или там, не знаю, машину подожжет. Ну, как бы возникают некоторые сложности. А ты, дружок, со стороны, поэтому – извини. Да и в истории нашей страны очень много примеров, когда люди заносили, например, деньги в банк или, там, в инвесткомпанию – да неважно куда – в какую-то некую финансовую организацию, и они успевали вывести оттуда деньги перед крахом только потому, что у них был ресурс. Да, то есть силовой, в первую очередь. То есть это либо ОПГ, либо ребята какие-то в погонах, которые могли за них вписаться и решить вопрос вывода бабла. Поэтому эти люди сохранили свое состояние, у них все хорошо. А человек с улицы, который пришел, ему говорят: извини, ресурса у тебя нет. На хер!

Веденеев: Так что же делать-то людям-то с улицы, друзья-товарищи? А делать следующее. С определенным топ-менеджментом этой компании или того менеджера, который вас обслуживает, ваша задача с ним сдружиться. Холить, лелеять его и любить. И, самое главное…

Алексей: Коррупция и кумовство.

Веденеев: Без вариантов. Иначе, друзья-товарищи, вы просто не сможете получить свои деньги назад, либо вас никто об этом не предупредит, и вы просто попадете на большое количество мультов.

Алексей: А особенно это касается сейчас банков в связи с известным, как мы его называем между собой, «законом о 600 тысяч».

Веденеев: Да, ну, опять же, банки – это отдельная тема. А мы сегодня, как говорится, утюжим инвесткомпании.

Алексей: Да, но в любом случае, чтобы вам было понятно, что когда вы заносите куда-то деньги, вы должны очень четко понимать и спросить людей, как вы эти деньги сможете вывести. Потому что занести – это, в общем, несложно. Хотя и касательно инвесткомпаний – это тоже не самая простая задача.

Веденеев: Согласен. Для примера могу вам так сказать. Допустим, наш именитый и знаменитый российский Форекс. У вас там 150 способов завода денег и почти ни одного способа получить их обратно. Ну, или, вернее, просто о них вам, скажем так, не договаривают.

Алексей: Если только ты не кладешь гранату на стол при заключении договора. Что, в общем, является абсолютно реальным примером. Там люди клали гранату на стол, пистолет на стол и означали менеджеру, что, дружок, вот мое энное количество денег. Вот ты видел, да, как бы, что это демонстрация. Что будет, если ты мне деньги не вернешь.

Веденеев: Это не кадыровские хлопцы, случайно так делают?

Алексей: Нет. Я думаю, что у них как-то все попроще. У них уже достаточно репутации, чтобы этого не делать. Это люди уровнем пониже делают. Но суть простая: нет ресурса, вероятность того, что ради вас будут стараться и чего-то вам зарабатывать невысока. Есть ресурс – вероятность этого больше, но тоже не очень высока потому, что тут какая важная история. Мы же все, там, ЦБ и прочие ратуют за лицензирование, хотя мы понимаем, что большей частью лицензии в нашей стране – это тупо разбор денег. ДА, потому что эту лицензию надо получить, пристроить кучу людей, которые будут эту лицензию выдавать. Ну и т.д., и т.д. и т.д. Вон, сейчас на дроны хотят лицензию. Там ну чего только нет! Почему? Потому что куча людей голодает. А какая-то куча людей, только поменьше, они, как назло, не голодают. И это надо исправить. Надо, чтобы голодали они тоже, то есть поделились деньгами. И, соответственно, как показывает практика, лицензии в нашей стране не означают ровным счетом ничего. Да, то есть, хотя затраты на получение этой лицензии есть.

Веденеев: Ну, если так уж говорить, контроль, прости, что перебиваю, насчет контроля. То со стороны ЦБ и ему подобных смежных структур. Дело в том, что вместо того, чтобы для вас, для нас всех с вами, друзья, компания какая-то действительно зарабатывала денег, она тратит более 80% ресурсов своей компании, а иногда и 95%, это человекоресурсов, понимаете? То есть это программисты, это трейдеры, это управляющие, это бухгалтера. Они, знаете, на что тратят? Они тратят на то, чтобы пройти очередную проверку Центрального банка на вшивость. Причем, количество таких проверок в год доходит до такой степени, что боевая, скажем так, работоспособная бригада сокращает из 100% персонала и ресурсов в 2%. А теперь представьте себе, когда у вас затраты идут 100%, а рентабельность у вас всего на 2%. Сколько эта компания показывает доходности? Как вы думаете, куда эта доходность идет? Нам с вами, клиентам или собственнику, который владеет этой компанией и, как говорится, не может понять, какого хрена у него так мало, собственно говоря, прибыли? И почему компания совершенно не рентабельна и почему от него бегут клиенты? Ну, потому что очень большое количество времени  тратится на всевозможные контроли, прохождению вот этих всех вещей. Это, действительно, правда. Вы можете в любом финансовом учреждении это уточнить, узнать, вплоть до банков. Они, собственно, точно также попадают на подобные вещи. Это, на самом деле, прискорбно. Вместо того, чтобы заниматься делом. Компании занимаются перебиранием бумажек, оправдыванием и прочими вещами.

Алексей: Но, смотрите, Саша немного погорячился. Не факт, что 80-95%, но реально в определенный…

Веденеев: Я сказал «до». То есть, возможно, в определенной компании это абсолютно так.

Алексей: В определенной части компаний, это абсолютно точно, где-то половина ресурсов, включая денежные, если брать фонд оплаты труда, уходит реально на «отдел прикрытия жопы перед ЦБ». Я его, собственно, так называю. «Отдел прикрытия жопы перед ЦБ». Почему? Потому что у ЦБ очень достаточно жесткие штрафы за нарушение его тех или иных указаний, положений, регламентов и еще прочей такой ерунды. Ну, дорого, проще говоря, нарушать правила, если ты получил лицензию, выданную, соответственно, Центробанком. Но проблема в том, что ЦБ этих постановлений издает хренову гору. И каждый раз под надо подстраиваться. Он сидит перебирает кучу этих бумажек, которые наиздавал ЦБ. Естественно, на это тратиться время. Потом отдел контроля, или как его там, отдел прикрытия жопы перед ЦБ идет к другим там – к трейдерам, к программерам, к кому угодно, и говорит, надо вот это, вот это изменить потому, что до нас докопается ЦБ. Вместо того, чтобы заработать вам бабла, эти люди начинают заниматься прикрытием жопы перед ЦБ. Хотя основная функция, и, наверное, в ЦБ это тоже понимают – я хочу в это верить – основная функция компании все-таки, это не прикрытие жопы перед ЦБ, а зарабатывание денег клиентам. Но Центробанк делает все, чтобы основная функция была компании – это прикрытие жопы перед, собственно, перед ним. То есть компания занимается совсем другим видом деятельности. Как следствие, вот эта вся история с лицензиями, она бьет по самой компании. Даже если она искренне хочет заработать клиентам и так далее, все равно огромное количество времени тратится хрен знает куда. А время – это абсолютно такой же инвестиционный ресурс, и, более того, я вам скажу, гораздо более жесткий потому, что время невосполнимо. Просранное время нельзя ничем восполнить. Просранные деньги восполнить можно. Деньги, если вы просрали время, восполнить его нечем. Еще никто не придумал машину времени, чтобы можно было отмотать назад. А, давай, последнюю сохраненную версию, вот эта вся фигня.

Веденеев: Не дай бог. Так вообще ни фига делать не будут. Все время будут отматывать.

Алексей: Отматывать назад. Ну, знаешь, как в игрушечки.

Веденеев: Такой вечный кайф.

Алексей: Помнишь, как на приставках раньше можно было несколько раз засейвиться. Или только в определенных местах там.

Веденеев: Да, да. Это, знаешь, как, когда последний раз кайфанул? Вот прям четко перед арестом. Давай, мочи туда. Ха-ха.

Алексей: Нормально. А вот арест можно как-нибудь промотать. Ну, хорошо. И чтоб было понятно далее. Вот эта вся фигня, значит, вообще структура затрат инвесткомпании, грубо, ну, естественно, грубо, выглядит вот так. Это затраты на прикрытие жопы перед ЦБ, всевозможные. У вас половина штата может занимать, половина штата компании. Это могут быть как раз затраты на людей, которые прикрывают жопу перед ЦБ. Потому что там же контроль сделок, контроль всякой хрени. Ну, то есть, она, с одной стороны, должна защитить инвестора, а, с другой стороны, если компания хочет вам бабки просрать или кинуть, она все равно не защитит. Или там если банк хочет вывести ваши деньги куда-то там или прокредитовать какие-то организации, которые аффилированы с собственником, все равно, как показывает практика, все эти регламенты ЦБ не защитят. Защитит только квалификация людей и их желание работать честно и вам зарабатывать. Соответственно, это фонд оплаты труда, это затраты на совершение сделок. И спасибо нашей бирже, что она опять подняла комиссии. Супер! Теперь стало еще проще заработать клиентам. Ну, наверное.

Веденеев: Ну, так биржа – это такая же компания, которая радеет ради своих акционеров.

Алексей: Да, вот, сейчас, кстати, про акционеров скажу отдельную историю. Это, соответственно, затраты на размещение оборудования и так далее. То есть, ну, что там – каналы, там, вот эта всякая такая фигня. Ну и там расходы на офис, и еще чего-нибудь. То есть, окей, расходы на офис – вы же хотите, чтобы все было красиво, чтобы там секретарша там, переговорка красивая, кофе там. Окей, да. Затраты на каналы. Ну, тоже понятно, чтоб сделочки быстро проходили и все такое. Комиссии. Ну, тут бирже пламенный привет. И фонд оплаты труда. Это, в принципе, одна из самых главных затрат. Вот половина фонда оплаты труда, половина усилий, которые должны тратиться на вас, тратятся на наш любимый Центробанк.

Читать полностью

Банда околорынка #2.1 - Почему нет компаний, которым можно доверить деньги? (часть 1)

Веденеев: Всем привет! Это очередная серия «банды околорынка».

Алексей: Два самых главных околорыночника страны: один известный, другой – серый кардинал всей этой херни.

Веденеев: Александр Веденеев и мой любимый, родной злобный маркетолог Алексей снова в кадре. В прошлой серии мы рассматривали животрепещущий для нас всех вопрос: почему же компании...

Алексей: И инвестподразделения всяких компаний.

Веденеев: ...не могут в конечном итоге для нас заработать, сделать нам, скажем так, приятно? И освещая этот вопрос мы затронули несколько проблем и довольно большое количество вопросов, связанных с этим действом, такие как мотивация персонала инвесторов компании. Почему же компания не занимается нашими с вами проблемами? Почему контролирующие органы настолько их задалбывают, что они вместо того, чтобы зарабатывать для нас деньги, ничего не делают.

Алексей: Ну и все это упирается в то, что сама природа большинства инвестиционных компаний или инвестподразделений – это не то, чтобы вам зарабатывать, а чтобы удовлетворять некие интересы хозяев этих компаний. И если вы не относитесь к этим хозяевам, то извольте постоять где-нибудь в конце очереди, и если вам повезет, вам чего-нибудь перепадет.

Веденеев: Ха-ха, что-то типа того. Поэтому в этом видео мы хотим рассмотреть решение этого вопроса. Не панацея, не единственная, но одни из возможных решений как что делать и как с этим быть.

Алексей: И почему, в большинстве случаев, это ни хрена не получается.

Веденеев: Ха-ха-ха. Да, но тем не менее...

Алексей: Пробовать надо.

Веденеев: Да, пробовать надо. Если ничего не делать, то ничего не будет.  Ну, тогда начинаем про мотивацию.

Алексей: С мотивацией все очень просто. Если вы хотите продавать клиенту реально доходность, то вы должны своих менеджеров, управляющих... ну, в идеальном мире, понятное дело, что если вы хотите клиентов поиметь, то вы это не должны делать. А вы должны, по идее, сделать так, чтобы их мотивация зависела от прибыли клиентов. То есть прибыли на счетах клиентов. Для того, чтобы они были замотивированы, соответственно, лучше торговать, лучше шевелиться, сделать более интересные, может быть, структурные продукты. Ну, в общем, создавать движуху для того, чтобы все это... как бы клиенты были действительно благодарны, чтобы с них можно было бы получить какие-то бенефиты в виде там рекомендаций, отзывов и так далее, что использовать в своей маркетинговой истории и с этого иметь еще больше клиентов. Однако тут возникает такой момент. Почему, собственно, вся эта история с мотивацией с оборотом берется? Потому, что мотивация от прибыли появляется тогда, когда есть прибыль. А прибыль еще надо сделать.

Веденеев: То есть надо потрудиться, друзья-товарищи.

Алексей: Да, то есть вам придется собрать лучшую команду управленцев. Прибыль не берется из нуля. Вам нужно капитал привлечь. Чего-то мы ускорились, прям как иные менеджеры перед закрытием отчетного периода. Тем не менее, надо привлечь капитал и надо на него заработать. Откуда, собственно, берется капитал, если, особенно, хозяева, когда у них поистрепались их нефтегазовые, силовиковые и прочие денежные накопления, откуда, собственно, берутся деньги? Они берутся как раз из тех самых розничных инвесторов, типа нас с вами, чуваков с улицы, которых до этого никто не любил. Но вот пришла беда – отворяй ворота. И надо их теперь любить, надо как-то от них получить капитал, чтобы та самая прибыль... представим, что вы хорошо торгуете, у вас отличная команда, у вас все здорово, но вам нужно больше капитал, чтобы у вас было больше прибыли в денежном выражении. Вот вам нужно привлечь этих розничных инвесторов, но у вас нет навыка, чтобы их привлечь. Потому что вы все время жили – чего? – из хозяйских денег. А если кто-то приходил – ну и хорошо. Не приходил – да и хрен с тобой. А тут – раз! Нужно переться в какие-то регионы, забирать у людей кэш, с чемоданами денег мотаться, проводить эту многострадальную церемонию идентификации, которую ЦБ придумал, которая якобы поможет с отмывкой и в борьбе с терроризмом. Хотя это полная хренотень.

Веденеев: Ну, мы плавно подошли к тому просто, что делать именно компаниям?

Алексей: Да, то есть, что это означает? Что вам придется просто тупо привыкнуть делать совершенно несвойственную для вас вещь – вам придется работать наконец-то с клиентом. Могу сказать, что огромное количество, ну, большое, немалое количество инвестподразделений, инвесткомпаний испытывают абсолютную беспомощность, когда их вот так вот, как котят хозяева отправляют плавать. Им говорят, ну, все, типа, забирайте бабки с рынка. Потому что люди из банков бегут, банки делают все, чтобы к ним денег никто не нес. Надо их подобрать. Но подобрать же их нельзя просто так, они же не валяются. Надо прийти и уговорить, предъявить какие-то аргументы: маркетинг, всякие доказательства, отзывы. Ну, всякая такая история. И, блин, тут столько незнакомых вещей, оказывается. Как вот директору по продажам одной из «нефтяных инвесткомпаний» и которая не знает, что такое слово «statement». То есть отсюда выясняется следующее, что для того, чтобы вы нормально работали с розницей, вам нужно взять людей, которые с этой розницей могут работать. Если у вас работали там до этого какие-то родственники, просто удобные люди, может оказаться, что они с этим не справятся. Это очень грустная история. Дальше проблема возникает в следующем, что, окей, представим, что вы набираете капитал. Кстати, совсем забыли сказать. Саша как-то считал, примерно, сколько нужно минимум денег средней руки инвесткомпании, чтобы она была прибыльной. Чтобы вот эти все зарплаты специалистов, затраты на возню с ЦБ, комиссии биржи и прочая хренотень, просто, чтобы выходили в ноль.

Веденеев: Ну, хорошо, да, по факту, да. По факту, ну, даже не то, что в ноль, допустим, а хотя бы, скажем так, окупаемость в районе 3 лет и выход на доход в валюте около 3, может быть, максимум, 4% в год для, собственно говоря, собственника, который владеет такой компанией. Допустим, у компании максимально было полтора ярда денег когда-то давно, а сейчас выше трехсот миллионов клиентских денег они подняться, условно говоря, не могут. Что, собственно говоря, делать? Как Леша уже сказал, нужно начинать делать клиентоориентированный сервис, то есть заниматься проблемами клиентов, слышать их, видеть, помогать им.

Алексей: Ездить к ним?

Веденеев: Да. Ну, решать их вопросы. Ну и самое главное – ставить во главу угла заработок для них денег, а не решения вопросов с ЦБ. Потому что, если вы для клиента будете зарабатывать деньги, да ему глубоко и далеко, имеете вы какую-то лицензию, оштрафовал вас ЦБ или нет. Потому что это совершенно неважно для любого инвестора и клиента. Для него важно, чтобы для него сделали денег. А сколько у вас там регалий, грамот и лицензий – да ему все равно. Важно, чтоб на его капитал что-то заработали.

Алексей: Да дай же я скажу чего-нибудь. Я хотел сказать следующее, кратенько. Я извиняюсь, я ж тебе потом верну право голоса.

Веденеев: А, ты мне вернешь, ха-ха. Он мне вернет потом.

Алексей: Для большинства, наверное, работников инвесткомпаний будет огромным открытием, что их розничным клиентам абсолютно насрать, есть у них лицензия или нет. Вот настолько насрать, насколько может быть насрать. Потому что есть у вас лицензия или нет, если вы сливаете бабки, всем по хер. Если вы зарабатываете – все по хер. Вот и все. А теперь Александр Веденеев.

Веденеев: Ха-ха, продолжит, да, подсчеты. Я немножко ушел, опять же, в философию, но без нее никак потому, что если нет человеческого подхода, то с этой компанией навряд ли кто-то будет работать. Вы можете вести себя как абсолютные подонки, всех унижать, оскорблять и вообще, мотать ключами от какого-нибудь Bugatti Veron и тыкать автоматом своих охранников в лица клиентам и инвесторам, и партнерам, только при одном очень важном условии – если вы просто зарабатываете дохренища бабла, достаточно длительное время.

Алексей: И вас будут терпеть.

Веденеев: Так вы можете себя начать вести. Но если вы этого не делаете, а, более того, вы еще и, скажем так, слили бабло через некоторое время, то так себя вести уже нельзя. И нельзя ни игнорировать клиентов, ни их проблемы, ни партнерские программы – все, что касается внутри компании. Люди, которые занимаются управлением бабла, разработкой алгоритмических решений для клиентов, для компаний.

Алексей: Ну или просто какие-то торговые операции.

Веденеев: Да, то есть мы говорили о том, о мотивации определенной. Да, то есть там надо кардинально менять взаимоотношения в компании. И философию вы мою знаете – когда есть партнерские отношения тогда компания любая будет очень круто действовать и развиваться.

Алексей: Она живучей будет потому что, если что за нее просто могут вписываться клиенты.

Веденеев: Да, она будет выживать.

Алексей: Не так, чтобы давно история была с банком 24 или как его там. Когда за него в ЦБ пришло...

Веденеев: Это Точка, Точка, Точка.

Алексей: ... У банка был фанклуб. Это идеальный вообще вариант.

Веденеев: Потому что ребята действительно работали ради своих клиентов. И у нас был первый прецедент в истории, когда в итоге этот банк продолжает функционировать за счет своих преданных фанатов-клиентов-партнеров. Это очень важно.

Алексей: И про деньги.

Веденеев: И немаловажный момент про деньги. Естественно, что касается мотивации управляющих и тех, кто создает алгоритмы, здесь важный момент. Ни в коем случае ни от каких оборотов, только от прибыли. Ставить задачу только от прибыли. Если от прибыли будет результат, можно поделиться этой прибылью. Допустим, заработали, не знаю, клиенту там 100%. От этих 100% компания забирает 30. Из этих 30% создатели алгоритмов получают от 10% до 20%. Да, впечатляет, друзья-товарищи? С какого это хера я буду им отдавать столько денег, как собственник компании? Да, ребята, да с такого. Вы хотите, чтобы с вами работали? Вы хотите, чтобы ребята никуда не убегали, а работали на благо своих и себя?

Алексей: Вы хотите, в конце концов, лучших набрать потому, что их не до хрена на рынке?

Веденеев: Ну и потом: вы хотите гордиться своими сотрудниками и партнерами? Не те, которые на нищебродской машине едут или там в метро толкаются каждый день, а на какой-нибудь шикарной классной тачке. Именно на нее он заработал благодаря своим мозгам и работая у вас. Вот этим надо мотивировать. Далее, да, для того, чтобы была все-таки худо ли, бедно рентабелен бизнес на том, о тех цифрах, которых говорил – от 2 до 4% в валюте. И такого рода компании с определенным количеством сотрудников, допустим, там до 30, до 100 человек, ну, надо 5-6 миллиардов, чтобы в течение 3 лет это было действительно так.

Алексей: Обратите внимание, что это, в принципе, показатели какого-нибудь гипермаркета. Гипермаркет берет всегда чем? Огромными оборотами. Только за счет этого он сможет вот эти вот копеечки, копеечки, копеечки превратить в большие деньги. Соответственно, если вы хотите начать инвест-истории, вы обязаны собрать много денег. Если вы не соберете много денег, то вы будете жить впроголодь. И это в лучшем случае. В худшем – вы будете нищенствовать. Ну, имеется в виду, внутри.

Веденеев: Опять же, дураки, дороги, лошары у нас в стране никогда не переведутся. Пообещаете тысячи процентов, к вам придут лошары, которые поведутся на эти самые тысячи процентов. Но если мы с вами говорим о каких-то серьезных вещах. А когда я говорю об инвест...

Алексей: О нормальном бизнесе, проще говоря.

Веденеев: Да, о нормальных бизнесах, я всегда думаю наперед, то есть надолго. Не, там, пару месяцев, пару кварталов, а потом – извините, друзья, мы все просрали и мы все слили, да.

Алексей: Ну, зачем, мы просто на островах, а вы там пляшите, как хотите.

Веденеев: Да. А это, мы об этом, ребята, не говорим. Как наколоть, нае***ть, обворовать, вывезти – это не ко мне и, я думаю, не к Алексею, потому что, ну, наверное, больше, чем русский человек не хлебал в этом деле, никто. Поэтому вы у своих друзей и знакомых из своего окружения можете прекрасно узнать, как их и инвесткомпании, и банки – вообще, финансовая система в России имела неоднократно. Мы здесь говорим о серьезных плодотворных и долгосрочных отношениях. То есть длинные дистанции, а на длинной дистанции если вы ничего не умеете или перестали уметь, то либо вам нужно реабилитироваться путем каких-то инноваций, реноваций и прочей ерунды, как наш дяденька, мэр Москвы постоянно словами кидает. Вообще мне нравится, как наши политики бросаются словами и ни хрена не знают, что они на самом деле значат. Потому что если бы они действительно знали, что эти слова означают и на что они влияют, то, я думаю, у нас бы совсем другая страна была и совсем другая Москва. Но это я чуть отвлекся. Политические моменты всегда используют крупные корпорации, так что не думайте, они тоже любят поиграть в политику. Возвращаясь, опять же, к тому, что почему и как - долгосрочные отношения – помимо того, что вы собрали деньги – замечательно. Большая часть лохов России и более-менее нормальных людей решили: да, окей, давайте дадим им денег. Дали деньги. А что дальше? Что дальше?

Алексей: А ими кто-то должен управлять.

Веденеев: Ну, там не то, что кто-то ими должен управлять, вы должны на них показать результат. А как вы собираетесь это делать?

Алексей: И, кстати говоря, очень важный момент. Вот если вы хотите обеспечить вот эту вот рентабельность на себя, на собственника и т.д., то вы должны понять, что, грубо говоря, вы там должны делать, условно, 20-30% - в зависимости от того, какой у вас бизнес-план. Стабильно.

Веденеев: Да, да.

Алексей: И, как показывает практика, на этом моменте сыплется куча фондов и так далее. Потому что репутация на финансовом рынке просирается ровно один раз, ну, если вы знаете, что это за слово, конечно. К сожалению, многие не знают. Просрать репутацию, можно, по сути, ровно один раз.  И куча фондов закрывается вокруг. Не так, чтобы давно, но в масштабах, опять же, истории. Фонд «Kvadrat Black» при наших общих знакомых в виде Тимофея Мартынова, «Unired Traders», показывал отличные результаты. А потом фонд закрылся. Почему? Потому что результатов, видимо, не было. А без результатов вы не сможете получить нужное количество прибыли, из которой вы будете жить.

Веденеев: Ну, заметь, результат здесь может быть такой, двойственный. А этот результат может показываться для инвесторов или для собственника компании. Здесь вот такой момент. Когда «или», «или», то...

Алексей: Это вообще интересный аттракцион.

Веденеев: ...то нерентабельно становится либо для собственника компании, либо для вас, как инвесторов и клиентов, нерентабельно становится. Соответственно, вы из этого фонда просто уходите и он, оставаясь с нулем, он не может функционировать. Либо собственники фонда, видя их расходы на то, чтобы показать и сделать для вас прибыль, они превышают профит, который они получают от вас. Логично – они закрывают.

Алексей: Ну, я могу вообще сказать, что те картинки и циферки, которые вы можете видеть, например, в отдельных инвестподразделениях банков или еще что-нибудь, вот те графики и прочее, даже если они аудированы. Это вообще очень интересная субстанция. Поверьте, статистикой... я, кстати, так делал. Я честно скажу, я умею оперировать статистикой так, чтобы было всем вкусно и приятно, и красиво смотреть. Потому что же люди любят красивые цифры – надо им дать. Так вот циферки, которые озвучиваются публично и те, которые озвучиваются на закрытых совещаниях, ну, там, в банке, в инвестподразделении или в фонде, или еще чего-нибудь, иногда могут очень значительно различаться.

Веденеев: Я бы сказал, существенно бывает.

Алексей: Причем, иногда настолько значительно, что как бы, ну...

Веденеев: Но при этом в любой рекламе, где это открыто говорится, это же, ну, это маркетинг, они считают это маркетингом.

Алексей: Ну, да – это маркетинг. Ха-ха, а чего ты хотел? Людям же надо продать мечту потому, что люди, к сожалению, покупают только мечту. Если им рассказать про реальность они тебя опплюют, изобьют ссаными тряпками и скажут – лузер и чмо. Поэтому им надо дать мечту. Отсюда, да, манипуляции со статистикой.

Веденеев: Значит, мы, соответственно, со стороны компании, мы приходим к выводу следующему. Нужно менять вообще кардинально отношения внутри компании между теми, кто зарабатывает деньги, разрабатывает алгоритмы, собственником, управленцами. Нужно кардинально менять. Потому что, когда управленец, директор и так далее – у них совершенно разные задачи жизненные. Они никак между собой не связаны, тем более, наемники. Они никак не связаны с управляющим, с директором и так далее. Тогда что происходит? Все в разные стороны тянут, у всех свои интересы и в итоге компания ни к чему не приходит. Поэтому мы, опять же, делаем вывод, что нужно менять полностью устройство компании, переходить на партнерские схемы, чтобы все зависели не от сраных оборотов, а от конкретных доходов

Алексей: И более того...

Веденеев: ...конкретного клиента. Это касается вообще всех отделов, начиная с тех, кто занимается алгоритмами и заканчивая теми, кто продает так или иначе дополнительные услуги. Да, то есть тот же самый менеджер...

Алексей: Что ты все к алгоритмам привязался?

Веденеев: Опять же, я говорю, если мы говорим про управление – это управляющие, трейдеры, плюс те, кто делает роботизированные системы. Тут других вариантов нету. Есть команды, которые, программистов, есть команды трейдеров – вот и все люди, которые реально умеют делать деньги, если мы говорим про инвесткомпании.

Алексей: И что немаловажно, в этой команду, ну помимо ее высокой квалификации, рано или поздно придете вы к тому, что в ней надо создавать жесточайшую конкуренцию.

Веденеев: Абсолютно!

Алексей: Потому что если вы набрали определенное количество людей...

Веденеев: Смотри...

Алексей: Подожди... людей в штат, и они все классные. Супер! Но рано или поздно они обосрутся. К сожалению, так устроен человек.

Веденеев: Ну, это также, как и с менеджером по продажам. Они устроены абсолютно ровно также. Причем, они все между собой, они взаимосвязаны по факту. А ведь менеджер, который ведет того или иного клиента, он смотрит – ага, Вася сегодня более успешный. Он говорит клиенту: давай-ка мы сейчас, короче, на Васю бабло закинем, он ништяк, да. Потом Вася показал классный результат, ну а менеджер по продажам говорит: видишь, Вася классный результат показал, давай бабло увеличивать потому, что Вася еще лучше может. То есть, понимаете, это совместная работа. При этом, если Вася облажался, тот же самый менеджер по продажам, тот человек, который его ведет, должен сделать все, чтоб эту лажу исправить. Он говорит: не переживайте, мы, короче, у Васи сейчас деньги отнимем, отдадим Сереже. Я вас не брошу. Бонусов за это ничего не возьму. Мы все бабки вернем, мы заработаем в 10 раз больше.

Алексей: Ты сейчас рисуешь портрет компании, которой не существует.

Веденеев: Ну, мечта. Никто, как говорится, не мешает нам мечтать. Это как бы немаловажный вопрос. Это я одну лишь долю и стезю, но...

Алексей: Мы работали с тобой в компании, которая в свое время зажала 80 000 рублей.

Веденеев: Было дело.

Алексей: Не мы зажали – компания.

Веденеев: Да, между прочим, я из своих денег компенсировал клиенту эти бабки, так что я за своей репутацией, собственно говоря, слежу. И теперь, ко всему тому, что я перечислил прям по фактам и по пунктикам, как нужно делать, главный момент, благодаря чему люди будут принимать решение отдавать в эту компанию деньги. Это, ребята, маркетинг.

Алексей: Итак, маркетинг. То есть тот самый околорынок, который большая часть трейдеров не любит, но без которого вы не наберете 5-6-7-10-20-30-40 миллиардов рублей, если вы, конечно, не будете бегать там, клянчить и угрожать крупным инвесторам и говорит, что вот мы точно ништяк. И вот сам Вася, Петя или Владимир Владимирович держит здесь бабло. То есть если вы идете в розничеую историю, то у вас должен быть очень сильный маркетинг. И, в большинстве случаев, у вас его нет. Про маркетинг надо сказать, мы расскажем отдельно потому, что это большая объемная тема и банда околорыночников обязана уделить этому достаточное внимание.

Веденеев: Отдельное время.

Алексей: Более того, мы спалим грааль. Как, собственно, работать – схема околорынка имени Александра Веденеева и Алексея Гряцких. Вы узнаете, какими мерзкими и гадкими способами мы пользуемся, лишь бы деньги пришли куда надо. Ну, нормальный трейдер, да?

Веденеев: Ха-ха-ха. Тизер - то, что нужно.

Алексей: Да, если вкратце, смотрите. Есть очень простая формула, большая часть из вас, которую никак не могут усвоить. А именно: доход равняется известность, умножить на профессионализм. То есть без профессионализма у вас не будет дохода. Но и без известности вы не сможете обеспечить доход, то есть привлечь деньги потому, что сложно отдавать деньги неизвестным людям. Когда вы отдаете деньги людям вообще каким-то, вы в качестве инвестора, вы, по сути получаете родственника. Такого, может быть, каличного, может быть, увечного, может быть, тупого, может быть, подонка, может быть, наркомана, а, может быть, в кои-то веки нормального – умного, работящего.

Веденеев: Простой пример – MMCIS. Все наши и украинские звезды говорят: да я там кучу бабла сделал. Они: вот этот же - Анфиса-то никогда не наколет, она всю правду скажет, ведь да?

Алексей: А родственник оказался чмом и кидалой.

Веденеев: Ха-ха-ха, да вообще, кабздец.

Алексей: Так суть в чем, что, соответственно, когда вы заводите родственника, это означает, что у вас должен быть высочайший уровень доверия. И еще одна интересная штука, касаемо формулы: ваш доход равно известность, умножить на профессионализм. Никто не узнает, что вы профессионал, ежели вы не будете известным в той или иной мере. Поэтому вы можете сколь угодно пускать слюну на околорыночников и говорить, что вот этот весь маркетинг, вот это все – это развод, грязь и прочая хрень, но вы точно также останетесь неизвестными. А те люди, которые выкладывают свои сделки, пишут даже всякую ерунду на Smartlab-e, публикуют что-то на YouTube и светят лицом на ящике, будут более известными, а значит у них будет больше возможности привлечь деньги в управление, пока вы будете клацать челюстью от голода, имеется в виду, финансового. На этом про маркетинг все. А теперь Александр Веденеев с какой-то очень важной историей.

Веденеев: Ну, это не просто история. Я хотел добавить просто пару, скажем так, абзацев к тому, что касается взаимоотношений между клиентом-инвестором, и компанией. Уже со стороны нас с вами, как клиентов и инвесторов, что нам и как делать. И те, кто думает, что маркетинг не нужен, видео не надо и я просто задам простой вопрос: а как вы думаете люди о вас узнают? Как сформируют свое собственное мнение, а не оценочное. Они должны посмотреть, что-то увидеть, какие-то результаты, может быть, какие-то отзывы, может быть...

Алексей: Они вообще должны увидеть в вас человека.

Веденеев: Да, они должны это все увидеть, понять, и для себя сделать выбор-решение, стоит ли с вами работать. Может быть, стоит встретиться сначала, пообщаться. Но на самом деле YouTube очень сильно в этом плане помогает людям прояснить многие вопросы, которые они задавали бы вам, например, в письмах, в сообщениях. А YouTube, он на самом деле на очень многие из этих вещей отвечает. Или если у вас очень много вопросов однотипных, ну, снимите видео по этому вопросу и не отвечайте больше на однотипные вопросы, не тратьте на это время.
Читать полностью

Честный разговор про доходность и убыточность торговых стратегий и трейдеров

Привет, ребята! Мы находимся в Нью-Йорке. И я хотел сказать, что не всегда все года бывают в плюс. Бывают года, когда вы теряете деньги. Это нормально. Всегда зарабатывать – это неправильно потому, что не похоже на правду. И если вы все время зарабатываете, то это 100%-ный инсайд. Он, в принципе, незаконен.


2011 год у меня был не очень хороший. Был минусовой. Были еще три года минусовые. Но в целом, за 12 лет работы, у меня всего 4 года были минусовые. Остальные были в плюсе. 2011 год был минус 17 целых, с копейками процентов. И вы должны понимать, что в каждой сделке, которую я делал на опционах и делают мои финансовые партнеры, всегда есть шанс потерять все, что мы ставим на рынок. Поэтому абсолютно все ставить на рынок нельзя. Нужно диверсифицировать. Это может быть недвижимость, опционы, акции, облигации, фьючерсы – все что угодно. Это может быть российский, американский рынок. Да даже европейский. Хотя европейский я не очень люблю, так как там, в принципе, по большей части запрещены такие понятия как short и игра на понижение. Поэтому, друзья, нужно понимать, что когда вы хотите сделать какую-то инвестицию, во что-то вложиться, неважно – это компания, трейдер, бизнес, партнерство – здесь нужно знать одну важную вещь.


Первое, на что обращаете внимание – на историю: компании, предприятия, человека. В конце концов, его Instagram, Facebook – все, что угодно. Плюс, смотрите результаты. Желательно, за последние четыре года. Они могут быть плюсовые, минусовые, но последние 4 года нужно обязательно посмотреть, помимо текущих результатов.


Что еще? Обязательно поищите «грязное белье». Это так, в кавычках. Но если вы его найдете, это уже хорошо. Это говорит о том, что компания, человек, фирма, ваш партнер – они все-таки настоящие и у них есть как завистники, так и сторонники.


Плюс, когда вы все-таки решитесь с этими компаниями, людьми, трейдерами, управляющими работать, поставьте себе цель работы на 2 года потому, что только в течение двух лет вы поймете, что может быть, у вас сложится, а может быть нет. Первый год вы можете заработать всего 10% и это меньше, чем в банке. А второй год можете заработать 80% со своего капитала. Тогда что вы получаете за 2 года? Правильно. По 45% в среднем за год. Поэтому всегда смотрите на эти составляющие. И еще один важный момент. Если вдруг вы не сработались с кем-то и у вас все 2 года получились в минус, отрицательно, все плохо, вы можете и нужно продолжать работать с такими компаниями и людьми только по одной простой причине: если они потеряли меньше, чем рынок в целом, и меньше, чем конкуренты в целом. Тогда с этой компанией, трейдером, управляющим можно, и самое главное, нужно работать. Потому что когда на рынке изменится все в лучшую сторону, во-первых, у этих ребят гораздо больше капитал для того, чтобы заработать. А второе – они априори сделают больше, чем те, которые потеряли больше, чем они.


Ну что, мы минуту назад были в Нью-Йорке, а вот уже и в Москве. Я хотел детально рассказать вам о том, как на самом деле выходит так, что у людей появляются минусы, трейдеры сливаются. И нормально это или нет?


На самом деле минусы могут формироваться не потому, что так захотел трейдер или так случилось на рынке, а потому что та или иная стратегия, она подразумевает действительно стратегию и работу по ней. И понять, работает ли стратегия или не работает, нельзя. Даже по первому убыточному кварталу или по последнему убыточному кварталу в году. Этого нельзя понять.  И чтобы это действительно выяснить, вам необходимо на той или иной стратегии, трейдере или алгоритме сидеть целый год, как минимум. И, собственно, 2 года, как максимум. Если за 2 года у вас нету четкой статистики – плюс или минус – что это значит? Например, первый год у вас был минусовой. Но второй год был плюсовой. Здесь вопрос ребром: работает стратегия или не работает. Но первый год она вам не принесла существенной прибыли, второй год, допустим, она вам принесла прибыль. Тут сложно сказать: работает стратегия или нет. Тем более, если во втором году не было ни одного убыточного месяца или, например, убыточного квартала. Тоже самое нельзя сказать, когда у вас первый год был прибыльный, а второй год, допустим, у вас был убыточный. Причем второй год у вас каждый квартал был минус. Это тоже нельзя сказать, что система или трейдер убыточный. Но, в принципе, за 2 года нужно всегда складывать что-то среднее.


Когда мы говорим о людях, то есть конкретно о группе трейдеров, управляющих, программистов, нельзя сказать, что они выдохлись на следующий год и больше они уже не смогут зарабатывать. Нет, вот как раз по отношению к людям, здесь нужно быть более объективным. Потому что человек, в отличие от любой системы и алгоритма, способен меняться и менять алгоритмы. Вот если робот, скажем, ни одного месяца или квартала в следующем году не заработал, то, наверное, он, скорее всего,  не имеет право на жизнь и рынок действительно изменился, и он мало что сможет заработать. Хотя, на самом деле, это не факт. Все может быть совсем по-другому. Тем не менее, чтобы вам создать определенную статистику и понимать: работает или не работает эта система или трейдер, вам нужно проработать, минимум, 2 года, чтобы это увидеть. Просто первый год вы можете заработать 10% по итогу года, и это будет не так много. А второй год вы можете заработать 80% капитала. Тогда что? Тогда у вас средняя доходность 45% в год. И, на самом деле, это круто. Тем не менее, плюс или минус будет всегда.


И я бы беспокоился больше о том, что ни одного минуса, например, в месяц или в квартал та или иная система не принесли. И это беспокоит. Почему? Потому что когда будет реальный, что называется, залив, то система не сможет ни с каким риск-менеджментом справиться с потерями. Также и человек, и трейдер. И отсюда это берется. Но это абсолютно нормально, когда у вас внутри года может быть 2-3, даже три квартала убыточных. Но даже четвертый квартал, половину, у вас тоже может быть убыточным. И, например, там, за пару недель до нового года вы можете все потери свои нивелировать и, собственно, заработать большой куш. И это нормально для любой стратегии, трейдера, алгоритма. Ведь такие куши можно срубать не только в конце года, но и в начале, в середине. В какой-то месяц конкретный, в неделю или даже день. Но вы никогда не знаете, когда это произойдет, и произойдет ли вообще. Поэтому здесь ставка идет на то, что это может произойти и какая из этого может быть вероятность. Когда вы получаете первый месяц убыточный или квартал убыточный, это не значит, что что-то не работает или что-то сломалось. Всегда подводите итог по году. У вас любой месяц или квартал может быть убыточный. Также у вас может быть убыточными 2-3 квартала. Они могут быть подряд, могут быть через один. Это неважно. Важно, что у вас будет получаться среднее по итогу года и по итогу двух лет. Это такой, очень важный вопрос. Потому что именно это позволит вам рассудить и понять, стоит ли игра свеч, стоит ли работать с тем или иным предприятием или компанией, и прочее. Да, конечно, на третий-четвертый год у вас может там все измениться и быть очень крутые доходности, но все-таки риск здесь гораздо более велик, чем нежели в первые 2 года. И это абсолютно нормально. Это абсолютно нормально.


Вот сейчас я, буквально, еду как раз на встречу с одним из своих инвесторов, как раз буду отчитываться, и этот четвертый квартал у меня как раз получился убыточный. Но не весь. За счет достаточно большой диверсификации на разных алгоритмах, разных, собственно, стратегиях, этот минус, он не такой большой, как мог бы, например, быть. Дело в том, что когда вы, например, какой-либо счет сажаете на одну-единственную стратегию, например, или капитал весь сажаете на одну стратегию, вам придется на этой стратегии сидеть, на самом деле, год. Нельзя с нее прыгать каждый месяц или каждый квартал. Или, наоборот, там: вот эта стратегия фигачит, давайте на нее пульнем по максимуму бабла. Это нельзя делать.


Вот классический пример я вам приведу. В Штатах, у меня один из управляющих, собственно, сделал там за сутки почти 84%. Конечно, мы выделили ему капитал. И, скажем так, несколько рискованный капитал. Тем не менее, он весь этот капитал профукал. Другие ребята наоборот заработали. То есть он потерял все, что ему выделили, а другие ребята заработали в районе 44%. Но из-за того, что на них было распределено меньшее количество капитала, общий убыток по этой позиции на людей, как раз составил минус 17%. И опять же, это нормальная ситуация. Потому что этого могло бы и не произойти, если бы, например, изначально, чуть пораньше распределили бы капитал побольше. И, скажем так, у той команды, которая на самом деле сделала более стабильный доход, она могла бы нивелировать потери, скажем так, одного сумасшедшего бойца или самурая, который умеет рубить много денег. Это не говорит о том, что он плохо торгует или его стратегия выдохлась, просто так бывает. Те, кто могут срубить очень много денег, не факт, что они смогут это делать все время, понимаете. Это вы должны понимать.


Поэтому нельзя все время замыкаться на одном единственном трейдере, на одной-единственной стратегии, всегда диверсифицировать их. А если человек обладает несколькими стратегиям, несколькими возможностями и грамотно распределяет капитал, то это позволяет гораздо более устойчиво переносить любую просадку или убыточный квартал, или даже год.


Опять же, считаем среднюю за пару лет, и сколько мы заработали на той или иной позиции. Каждый год делается пертурбация своего капитала. Что это значит? Если у вас есть, например, доверенный человек или финансист, или управляющий, который это может делать за вас каждый год – это замечательно. Что значит в моем понимании пертурбация ежегодная? Дело в том, что когда тот или иной трейдер зарабатывает деньги, он зарабатывает на определенной, допустим, стратегии. Ну, допустим, 10 стратегий, из них было три наиболее прибыльных. А на остальные семь, например, он в этом году не особо обращал внимание. И у него, в принципе, появилась еще пара стратегий, которые он еще пока не использовал, но собирается. А деньги у него всегда лежали на тех основных трех, на которых он зарабатывал деньги. При этом, эти деньги, после того, как прошел год, он мог бы оставить на тех же трех стратегиях и не дергаться, и не вкладывать в новые две, которые он разработал. Но это неправильно потому, что опять же, предыдущие три могу в следующем году не принести ту прибыль, на которую он рассчитывает или вообще, более того, они могут быть убыточные. А новые две, наоборот, могут принести гораздо более существенную прибыль. Но чтобы это понять, нужно в этом участвовать. А для того, чтобы в этом участвовать, нужен капитал. Соответственно, каждый год делать… что значит пертурбация? Ровным слоем брать весь капитал и размазывать между старыми и новыми стратегиями, причем весь капитал. Если опять же, повторюсь, если это за вас делает ваш управляющий трейдер или финансист – это на самом деле прекрасно. Ему «отлично», «пять», и вообще – молодец. Но если он этого не делает, а, как правило, в больших корпорациях и брокерах, это никто не делает. Как бы есть трейдер. Он пока зарабатывает, или стратегия пока зарабатывает, он эту доходность и показывает. Хотя тут, честно говоря, можно сделать откровенный наброс и сделать все гораздо проще – сказать как есть. За счет больших сумм, которыми на самом деле толком никто не управляет, а просто за счет этих больших сумм показывают графики, рисуют, брокеры отнимают деньги у мелких спекулянтов, скажем так. Вот что плохо, вот что плохо. Но, к сожалению, таков российский рынок. У нас никто не нацелен на то, чтобы зарабатывать для клиентов. Вот такова вообще, в принципе, суть России. Тут лишь бы, лишь бы, как бы, как бы и так это все устроено. Я, конечно, против этого и работаю по-другому. Так, ну чего еще сказать? Тут обрезать можно.


Хотел вам еще сказать по тому, сколько лет я этому уделяю. И 12, или, наверное, чуть более 12-ти лет я этим занимаюсь. Из этих 12 лет, на самом деле, не все года были плюсовые. Это было бы, конечно, нечестно сказать, что 12 лет подряд плюс. Голубая мечта!  У нас только Герчик 14 лет подряд в безубытке. Это факт. Тем более, на американском рынке. И он, на самом деле, в этом плане крут. У меня так не получалось, хотя у меня однажды была цель. По-моему, в 12-м или 13-м году, целый год быть без убытка. Вот не выдержал и за этот один год, я не помню, то ли 12-й, то ли 13-й – я заморочился. У меня за один год было всего шесть убыточных сделок. И убыточными сделками я считал, в том числе, те сделки, где меня выбивало по стопам. Пусть меленькому, небольшому, но выбивало. Это было немножко обидно, но, тем не менее, всего 6 сделок за год. И потом я пришел, как ни странно, к этой же самой цифре – не больше шести сделок вообще, в принципе, в месяц, а иногда в квартал. Что на самом деле существенно увеличило мои показатели доходности ежеквартальной и ежегодной. Когда я перестал гоняться за кратковременными движениями и стал более интересные стратегии на несколько дней, несколько недель даже рассматривать на опционах. Это мне дало существенный, больший профит, нежели чем другие вещи.


Ну так вот, я хотел сказать про года. Из 12 лет, 4 года были в убытке. Они и были не подряд, но тем не менее, они были убыточные. Где-то я самостоятельно работал, где-то с привлеченным капиталом инвесторским. Но, тем не менее, не все года были в плюсе. И вот 2011 год, как ни странно, он по факту для многих был достаточно сильно плюсовым. Но из-за того, что разнился капитал, скажем так, старичков, новичков, и с теми, с кем я работал, получилось все-таки, что отрицательность, доходность была в среднем, минус, по-моему, 17 с копейками процентов. И это опять же нормально потому, что тот же самый уже следующий год – там, 12-й, 13-й – они уже были более плюсовые. Но там было и капитала в разы больше. И количество инвесторов тоже было больше. И задачи финансовые, и, в том числе, на фондовом рынке и не только, они были гораздо, скажем так, интереснее, гораздо сложнее.


Поэтому еще раз скажу по поводу минусов. Минусы – это нормально. Нужно всегда смотреть на минусы, скажем так, за последние 4 года, какая была статистика. Всегда смотреть на расстояние 2 года, а не 1-2 месяца. Если вы будете работать с теми, которые вам каждый месяц будут зарабатывать и каждый квартал делать бабки, у вас будет простое логичное, собственно, желание, простое логичное желание что сделать? Увеличить капитал в разы. Вы заложите квартиру, дом – да все, что угодно. Ну, чувак зарабатывает, делает кучу бабок. Делает? Делает. А как же тогда быть, собственно? Надо в него кучу денег вложить. Зашибись, кучу денег вложили. И он вдруг перестает зарабатывать. Ваши действия? Ну, вы расстраиваетесь. Вы говорите, что за фигня? Ты ж зарабатывал каждый месяц, каждый квартал. Да, на меньшую сумму. Сейчас я тебе увеличил сумму в 4 раза, но в чем проблема? Делай все тоже самое, что ты делал раньше.


Что происходит? У всех есть свой как бы психологический лимит. У всех бывают, на самом деле, проблемы и черные полосы. Но, к сожалению, вам, как жадным инвесторам до прибыли, до этого все равно. И вы, естественно, будете во многие места вкладывать деньги и будете всегда отдавать приоритет тем, кто в моменте для вас зарабатывает. Но есть одно «но». Это ответственность и определенные обязательства. Вот если взял на себя управляющий трейдера определенные обязательства, дайте ему возможность их выполнить. Не нужно его в этом ограничивать.


Я много раз сталкивался с тем, что у клиентов была следующая проблема. Они очень радостно воспринимали увеличение капитала и очень болезненно реагировали на потери капитала. При этом их постоянное желание контролировать процесс, заканчивалось тем, что они мешали управляющим трейдерам, ну, собственно, физически работать.


Потому что когда тебя все время выбивают из терминала по причине того, что другой человек пытается  в этот терминал все время залезть. И когда он меняет логины и пароли в зависимости от своего настроения инвесторского, это, конечно, не вариант. Тем более, если, например, если компания, трейдер или человек, взяли, скажем, обязательства на себя следующие, по определенному риск-менеджменту, скажем так, если у них потери равняются от 15 до 30%, но они, к примеру, слили вам 60. При этом они не снимают с себя ответственности и готовы вам компенсировать, собственно, вашу просадку. И вы видите, что они могут это делать. То есть периодически у них бывают очень серьезные прибыли. Бывают также и потери, но они это могут делать. И, в принципе, они обладают необходимым капиталом, почему бы нет? Тут нужно договоренности соблюдать. Если управляющий трейдер не держит свои обязательства – это плохо. И мне кажется, что это намного более важнее, чем в моменте те компании и трейдеры, и люди, которые для вас зарабатывают прямо здесь и сейчас. Потому что, что будет, если они перестанут это делать? А хуже всего, если они не просто перестанут это делать, а если они проиграют все. Ведь они на себя никакой ответственности не берут. Вот в чем проблема. И вам не получится всех их контролировать за раз. Поэтому я рекомендую работать с теми, кто берет на себя ответственность, те, кто выполняет свои обязательства. Всегда, минимум, пару лет смотреть и всегда работайте с теми, кто большое внимание уделяет, на самом деле, риску, риск-менеджменту. Начинает с вами разговор не с баснословных прибылей, да, запредельных, а именно с риска. Потому что всегда я все разговоры, все, собственно, вопросы, всегда начинаю именно с риск-менеджмента. Ну и, собственно, с риска минимального, который равняется 30%. Далее человек уже может установить сам. 30-40-50-60 или какой-то частью капитала можно вообще 100% рисковать, например, на опционах. Это нормально. Но для этого нужно поработать, как управляющему, так и вам, собственно, самим. Для того, чтобы повысить свою финансовую грамотность. Я рекомендую опять же иметь дело с теми, кто не просто для вас стрижет капусту, но еще как-то вас просвещает: и финансово, и вообще кругозор. И вы вместе с этим человеком, с этой компанией, растете и развиваетесь. Хорошо, когда, например, брокеры учат людей не просто нажимать кнопки, а дают этому немножко больше информации. Как бы расширяют их кругозор и в целом, дают им интересное развитие интеллекта. Ну, не везде. Вот это то, что я хотел вам немножко детально, подробно сказать по поводу плюсов и минусов, почему и зачем. Вот так.

Читать полностью

Что трейдер, банк, брокер или УК обязаны показать инвестору



Дорогие друзья, всем привет!  С вами Александр Веденеев. И сегодня хочу рассказать вам о необходимости наличия у компании и отдельных представителей финансовой индустрии «правдивых», в кавычках и в прямом смысле слова отзывов и отчетов об их деятельности.

Причем, как вы сами понимаете, когда компания начинает свое существование и у нее через пару недель куча благодарных людей, к сожалению, это еще ни о чем. Вот когда проходит год-два-три и появляются отчеты, появляются отзывы, это уже может быть почти правдой. Мы с вами много раз заходим в интернет, смотрим видеоотзывы о той или иной компании или, например, продукте. Кто-то продукт хвалит, он ему нравится, кому-то не понравился, кто-то получил убыток, кто-то профит. Иногда бывает так, что профит получается за счет других клиентов или наоборот. То есть слив получается за счет того, что кто-то был не компетентен.

Но важно, самое главное, чтобы это являлось правдой, и публичность была следующего рода. Не так, что какой-то Иван, затерто его лицо, без фамилии имени отчества, без социальных сетей. То есть вы этого человека и персонажа никак найти не можете, но он очень положительно характеризует ту или иную компанию, тот или иной продукт. А вот негативный, допустим, отзыв, он говорит, я сижу здесь, в такой-то стране, в таком-то городе, такой-то подъезд, вот моя фотка, вот я в Facebook, вот я в ВКонтакте. И, ребята, я вам отвечаю, что этот продукт говно, меня надули и так далее.

Это же я говорю вам не только о фондовом рынке. Посмотрите, сколько обманутых дольщиков в строительстве. Очень много. А сейчас строительный бизнес, на самом деле, ну как работает? Вы заключаете договор, контракт с государственными структурами. И у вас нигде не обозначен срок оплаты. То есть вам могут вообще, в принципе, не заплатить. Точно также и с коммерческими организациями. Ты как бы строй за свои деньги, а вот заплатить тебе или нет – это еще вопрос. И так почти везде, не только как бы в строительстве – везде такая вещь. Для того, чтобы вам понять, есть это, нет, правда это или нет, опять же, смотрите на несколько вещей.

Первое – это время. Такие отзывы и рекомендации, они не могут появляться каждый день. Они могут появляться спустя какое-то количество времени, ну, хотя бы, не знаю – квартал, полгода, восемь месяцев и так далее. При этом, люди эти должны быть настоящими, с точки зрения чего? То есть вы их можете найти в интернете, проверить их личность, то есть они действительно могут быть публичными. Посмотреть, чем они занимаются, где они живут, на чем ездят. Все это подтверждается физически. Вы это можете найти. Если мы говорим о тех людях, у которых есть связи и контакты в разных областях. Ну, у всех, у нас есть там друзья, я не знаю: где-то в милиции, в налоговой. Вы же можете просто спросить, чувак, вот у меня тут такая есть задача – проверить чистоплотный на руку этот делец или нет. Можешь сказать, есть что-нибудь там? Не платит налоги или он там кого-то обманул, есть ли какие-то судебные дела у него, какая проблема, какая причина? И вы тоже здесь находите определенную истину. Это как подтверждение слов отзывов о том или ином канале.

Пусть те люди, которые занимаются в вашем бизнесе, в вашей компании, скажем так, сбором отзывов, пусть эти люди не поленятся и наймут нормального оператора, нормального маркетолога, которые помогут показать это красиво правильно и интересно, а не так, что: здравствуйте, меня зовут Вася. Я вложил вот столько денег в депозит. Вот, спасибо, я чего-то получил. Не так это должно выглядеть. Это должно выглядеть красиво и интересно. И, прежде всего, вы должны показывать людей по-настоящему живых, а не просто: было – стало, было – стало.

Представим себе, что компания очень успешная или человек очень успешный. И он хорошо зарабатывает и приносит хорошие результаты своим клиентам-инвесторам и партнерам. Если вы будете постоянно показывать одно и то же: Вася, Петя, Люда, Маша, было-стало, было-стало – это будет неинтересно и уже почти никто в это верить не будет. Здесь важно показывать отдельную историю. Это значит, человека показывать со стороны, настоящего человека, его задачи, мечты. Все они разные, абсолютно, и занимаются разным видом деятельности. Наличие этих вещей – оно обязательно.

Что касается отчетности. Ну, опять же, юридической и экономической. Они тоже должны быть.

Если мы говорим о конфиденциальности информации, конечно, все нужно согласовывать. И если вам дали добро, то вам можно показать. Свои собственные отчеты, если вы являетесь управляющим или компанией, вы тоже можете показывать. Почему нет? Покажите отдельную сделку, покажите за год, покажите за два. Покажите свои налоговые декларации, то, что можно показать. Не обязательно, что там должны быть миллионы, сотни тысяч долларов, чтобы вам потом все с пеной у рта и брызги зависти в вашу сторону были. Нет, но это должно быть. Показывайте это в видеоформате, видео с айфона, в виде какого-то отчета, сформированного на, скажем, там, в личном кабинете брокера. Я прекрасно понимаю, когда ты показываешь отчет, подтвержденный брокером с печатью, подписью, вам вот такую кипу бумаг дают и потом эти все бумаги в рамку засовывать, смысла нет потому, что у вас вот есть начало, отчеты, есть конец, где у вас печать, подпись. И вот такие бумаги, причем их надо еще ждать. Потом, это все тяжелая тема. Проще зайти в личный кабинет в режиме реал-тайм показать своим клиентам, потенциальным инвесторам, что, ребята, вот, смотрите, заходим в такой-то личный кабинет на такой-то продукт и смотрим результат. Это же классно. Вы открыты, вы предоставляете полный исчерпывающую информацию для клиента.

А он потом не парит вас, что в договоре маленькими буквами написано, что вы ни за что не отвечаете. Вы его стразу предупредили, что здесь вот так и так. Я никогда не устану приводить пример господина Мавроди с его офигенными очками. Ведь, по сути дела, МММ никогда никого не обманывала вообще. Он сразу изначально говорил: ребята, это пирамида. В любой момент вас могут вот так сделать. Так что вы на свой страх и риск, вы сюда лезете. Но ведь об этом никто не говорит ни в банке, ни у брокера, ни у инвесткомпании потому, что их задача ваши деньги забрать и, как говорится, дальше насрать. Мне, как человеку, который начал потом свою собственную деятельность финансовую, мне предлагали следующее. Минимальное предложение, которое было – это миллион рублей оклада и 15% за привлеченные средства. Ну, честно скажу, заманчивое было предложение. Но я, как любой финансист, начал считать. Окей, я спрашиваю, а почему вы мне сразу даете 15% от привлеченных средств. Допустим, я привлек человека на 100 миллионов рублей и они сразу мне отбашляют 15 миллионов. За что? То есть, они сразу делают убыток клиенту в 15%, еще ничего не заработав для него. Я спрашиваю, ребята, а где заработок, когда он будет? Вам же надо еще эти 15% заработать? Вы же их из средств клиента хотите давать. Ну, да. Я говорю – супер! А если вы не заработаете, он в конце года меня на хрен пошлет, а то и закажет на эти же самые 15 миллионов. Я подсчитал, что если, примерно, работать в этом направлении 6 месяцев тире год, у меня там 60-80 миллионов рублей. И все, а дальше за мной будет охотиться половина страны, которая мне поверила когда-то. А компании будет насрать, она найдет нового болванчика, который снова будет привлекать им денег. Они на хер всех будут посылать, и говорить, ребята, форс-мажор. Но так работает индустрия в России и в целом индустрия так вообще устроена и никто не заинтересован, чтобы вам помочь, для вас что-то делать, заработать.

Банально, ответьте себе сами на вопрос. Когда вы приходите в какую-либо компанию и вам что-либо по телефону предлагают, особенно в последнее время: форекс-компании, Телетрейды, Альпари и прочая вот эта фигня, которая 100 лет 100 зим обманывает людей, всегда какие-то кривые котировки выдает. Задайте себе вопрос: они спросили, зачем вам надо, для чего надо, какая у вас задача, какая у вас мечта, для чего вам нужны деньги? Они попробовали вам помочь реализовать вашу задачу необязательно через них? Они помогли вам составить финансовый план, схему, как вы можете действовать для достижения той или иной цели? Помогли ли они вам разобраться, нужна вам эта цель или нет? Может быть, эта цель вам совсем не нужна, а вам нужно совсем другое? Но это нужно совместными усилиями обсуждать этот момент. И почему, например, когда вам что-либо предлагают, никогда не спрашивают про ваших родных, ни про ваших близких. Может быть, это вообще у вас семейный капитал, вам нужно посоветоваться, я не знаю, с женой, с мамой, с папой, с детьми. Всем на это насрать.

А вот компаниям, которым на это не насрать, они получают путь не многочисленных клиентов, но тех, которые с ними по жизни очень много лет, из поколение в поколение. Так называемые, авторитетные компании, даже иногда банки, которые там по 100-200 лет работают, и они тоже лопаются, но не забывайте, что до того, как этот банк проработал или компания 150-200 лет, там были люди, которые радовались за ее сервис, за её качество. Да, потом сменилось несколько поколений, но это не значит, что предыдущее поколение отвечает за безалаберность следующего. Так бывает, но, тем не менее, в конкретный период времени у вас есть выбор. В первую очередь, чтобы сделать инвестицию куда-либо, запомните несколько вещей. Первое. Смотрите историю за последние 4 года. Смотрите, она может быть плюс, минус, но смотрите за последние 4 года.

Второе. Поищите «грязное белье». Если есть какие-то брызги зависти либо какие-то судебные дела, проблемы – поищите. Если есть, то супер. Если «грязного белья» на компанию нет, значит, что-то здесь не так. 100% она вас где-то там кинет. Если вы все-таки приняли решение работать с той или иной компанией, с управляющим или трейдером, вы должны понимать, что это займет время. Вам завтра никто ни хрена еще не заработает. Такое может быть, но не факт, не надо на это рассчитывать. Ребята, не будьте детьми. Рассчитывайте на 2 года. Только через 2 года вы сможете создать какие-то у себя представление об этой компании, человеке или рынке. У вас будет определенная статистика. Вы первый год можете заработать 10%, второй год 80. И у вас получится, что по 45% в год вы заработали. Но ведь у вас может быть и отрицательный первый год, а второй положительный. И не факт, что вы в целом будете в плюсе. Вам важна статистика.

Самое важное. Я всегда этот вопрос задаю всем. Задайте себе главный вопрос: при каком одном важном условии вы будете продолжать работать с компанией или трейдером, если за все 2 года у вас был убыток? Не каждый на это способен, не каждый ловит мысль. Они говорят: я не буду с этой компанией работать. Но вспомните вопрос, который я задал. При каком важном условии вы будете работать? Я не спросил: будете, не будете.  Я сказал – будете работать. Но ваша задача найти условие, при котором вы будете работать с той или иной компанией. Ответ на этот вопрос каждый по-разному для себя видит, но я вам скажу, как это видится в реалии. Представим себе, что все потеряли деньги, никто не заработал вообще. И если те люди и те компании, с которыми вы работаете потеряли меньше, чем все остальные, это их конкурентное охрененное преимущество. Потому что когда рынок изменится и все начнут зарабатывать в разной степени, то заработают больше те, у которых сохранилось больше капитала. И это самое важное условие, при котором вы можете продолжить работать с такими компаниями и управляющими.

Вот эти, скажем так, четыре вещи основные, запомните, держите их на вооружении и помимо них задавайте правильные вопросы, смотрите отзывы, ищите варианты, которые могут не только понравиться вам, но и вашим родным и близким. Всегда совместно эти вопросы решайте. Не будьте одиночками, советуйтесь потому, что, возможно, в вашем окружении есть какое-то решение этого вопроса. А, может быть, в окружении ваших родных и близких тоже есть решение тех задач, которые перед вами стоят. Важно с вашими родными и близкими, и ради кого мы работаем, делиться этой информацией для того, чтобы приходить к общему коллективному знаменателю. Итак, подводя итог всему вышесказанному, скажу так. Те четыре вещи, о которых мы говорили – всегда их используйте на вооружение в любом бизнесе, в любом виде деятельности.

Что касается наших любимых брокеров, инвесткомпаний, финансового мира, ищите финансовые отзывы, ищите отчеты. Они должны быть настоящими. Скажем так, смотрите вы сайт, вы видите Васю Пупкина. Фотография одна, надпись другая – левак 100%-й. Дальше идем. Если мы говорим про отчеты. Вы приходите в какую-то компанию и вам говорят: вот, смотрите, какой он управляющий трейдер. Вам рисуют какой-то там охренительный график непонятный. Это тоже все фигня. Отчет тоже должен быть либо официальным, либо сформированный в режиме онлайн в каком-то кабинете брокера за определенный период. Вот это еще более-менее как-то правде соответствует. Если этого нет, ребята, скорее всего, вас хотят нае… и нагнуть. Это как факт, поэтому, друзья мои, берегите свои депозиты. Будьте более финансово грамотными. Вперед и с песней. Инвестиции – это не страшно, это круто. Но к этому нужно подходить с умом и думайте всегда сами своей головой. Ради вас никто жопу рвать не будет, поэтому не питайте иллюзий. Повышайте свою финансовую грамотность. С вами был Александр Веденеев. До новых встреч!
Читать полностью

Отзывы клиентов и партнёров

Про моих непубличных клиентов

Сегодня хотел с вами поговорить о не публичности непубличных моих партнёров, клиентов, инвесторов, и о их очень интересных веселых результатах. Дело в том, что не все могут быть публичными и не все, скажем так, готовы сниматься у меня в видео. И это, конечно, печально, жалко, обидно, но деваться некуда – хозяин-барин. Изначально, на берегу, мы об этих вещах договариваемся с людьми. заранее договорившись и получив какой-то маломальский, но, тем не менее, какой-то весомый результат, человек передумал. Свойственно ему, скажем так, менять свое решение, каждому из нас. И это, конечно, вдвойне обидно потому, что когда ты прилагаешь к этому гораздо больше, допустим, усилий, чем ко всем остальным, то тут вдвойне получается обидно. А всегда хочется, если мы говорим про публичность, хочется показать гораздо больше интересные результаты – ты ради этого стараешься. Но не все результаты потом можно освещать, рассказывать и показывать. И, к сожалению, это вообще никак и ни разу не зависит от, скажем так, уровня дохода, благосостояния, бизнеса и так далее. Но вот одна из историй. Могу сказать, что у меня... этого клиента я знаю довольно давно и он может даже понять, что я говорю и рассказываю именно о нем. А сейчас я буду рассказывать несколько интересных историй про непубличных своих клиентов и о их интересных результатах. 

Итак, мы за несколько лет довольно существенно разогнали его небольшой депозит и, в принципе, по прошествии, скажем так, нескольких лет можно было бы и сняться в результатах. Поделиться, рассказать, объяснить, порекомендовать, сказать “спасибо”. Но, к сожалению, к сожалению – нет. Причем, человек мотивировал это следующим образом, что. Ну, вот он не любит камеру, не может с ней подружиться. Дело в том, что, когда у человека есть боязнь камеры, вы не сможете... или боязнь микрофона, или боязнь публичности. Не то, что он секретный агент или он не может быть публичным – дело не в этом. Дело в том, что он просто боится. Ему не комфортно, он не может двух слов связать за, ну, то есть за камерой. Да, когда он сидит за ней и ему нужно шаг за шагом о чем-то говорить и он не может этого сделать, теряется в мыслях, стесняется. В общем, много разных факторов. И, к сожалению, мне не удалось никак его переубедить в том, чтобы сняться у нас. Даже возникла некая конфликтная ситуация по этому вопросу по одной простой причине, что он, в принципе, в свое время, обещал мне быть публичным, но не стал этого делать по той или иной причине. Ну а мне, собственно говоря, ничего не оставалось делать, как согласиться с этим решением. Что называется, я не стал его как-то там выгонять или наказывать. Тут, к сожалению, я ничего не мог сделать. Хотя мне очень хотелось человеку разъяснить, объяснить, что, собственно, благодаря этому же самому видосу, его по-другому будут воспринимать, допустим, в его окружении. Увидят какие-то маломальские результаты другие люди и на основе его смогут, скажем так, правильное решение принять. Но, тем не менее, это никак не удалось мне – убедить его в этом. Поэтому, в итоге, результат многолетней работы, который у нас вылился в то, что мы частично потратили деньги на семью, частично решили там вопрос с ипотекой, частично решили вообще с таким моментом, как ежегодный определенный доход на те инвестиции, которые мы сделали. Тем не менее, не удалось убедить. Я с этим клиентом работаю и поныне потому, что это, наверное, один из самых-самых ранних клиентов, который в меня поверил, инвестировал, скажем так, в мои мысли, скажем так, деньги.

Соответственно, это была история такая, небольшая, про человека, у которого не очень большой депозит, но у него очень большая была боязнь камеры и микрофона.

Вторая история – это очень мне нравится. В общем, не буду говорить, в каком городе, но понятно, что это связано не только с городом, но и с водой, скажем так. Не скажу, что с морем или с чем-то еще, но, тем не менее. В общем-то, был у меня один такой клиент, мы уже сейчас с ним не работаем. Не потому, что как-то разошлись в море корабли. Так бывает. Вы помните, я во многих видео, скажем так, и постах, я рассказывал о том, что когда. Допустим, достигаешь определенной цели или мечты, то мы обычно, бывало так, что опустошаем, скажем так, депозитарии наши и вложения для того, чтобы реализовать намеченные проекты. Проект был не хилый, скажем так. Это, в общем, была реконструкция-ремонт и запуск, скажем так, в действие судостроительной верфи. Да, это не какая-либо гигантская судоверфь, но, тем не менее. Скажем так, на определенное количество малых и средних судов. Поэтому это для меня было, конечно, эпично. Да, хотелось бы вам всем рассказать, показать это все потому, что красота неимоверная. Морские пейзажи, пейзажи океана, лодки, яхты, буксирчики и так далее. Это все очень-очень интересно и очень-очень красиво. Соответственно, как вы понимаете, этот человек у меня не мог быть публичным ни при каких обстоятельствах потому, что, опять же, обслуживал он определенную касту людей и определенную касту компаний, которая, опять же, не могла быть ни в коем разе публичной. Тем более, озвучивать то, что она работает с кем-то помимо разрешенных источников работы. В любом случае, я получил огромное удовольствие от результатов проделанной работы, от принадлежности к чему-то большому, к чему-то производственному, скажем так. Это, конечно, супер приятно. При этом, да, я получил какие-то рекомендации. Обо мне узнали в определенных кругах и это привело только к положительным, скажем так, результатам.

Честно говоря, уже месяцев, наверное, 6-7 я не общался и не знаю, как там дела. И, может быть, там все гораздо круче, чем раньше стало. А, может быть, в связи с нашей экономической ситуацией, стало наоборот, хуже. Не знаю. Но вот такой результат был.

Другой интересный результат, который, скажем так, можно тоже рассказать, он был очень интересный. Я хоть и не люблю определенные, скажем, истории, связанные с банковской структурой, с банковским сектором, но, тем не менее, история была следующая. Нам необходимо было, скажем так, задача была поставлена одного из моих партнеров, клиентов и инвесторов следующая. Выкупить определенные активы банка. Понимаете, что задача непростая, да? Потому что хоть и оценивает банк те или иные активы достаточно эфемерно-прозрачно, типа, в кавычках, но всегда старается завышать. Да, то есть когда он берет в залог, он старается занижать цену, когда он пытается реализовать, он всегда завышает. И те или иные конкурсные управляющие или антикризисные управляющие, естественно, тоже к себе все пытаются загрести. Там был лакомый кусок, скажем так, связанный с инфраструктурой строительно-дорожной. Поэтому это было, скажем так, начиная с оборудования, заканчивая какой-то техникой-спец. Все очень было довольно интересно.

Здесь, скажем так, я не рассчитывал на какие-то скоропостижные результаты и то, что у нас действительно все выйдет потому, что все-таки очень много переменных, очень много факторов, которые невозможно учесть. Если их не учитывать, то можно, конечно, горько пожалеть и разочароваться. Тем не менее, мы, примерно, за год и восемь месяцев, нам удалось достичь необходимых для нас результатов путем, конечно, следующего. Да, то есть помимо того, что мы зарабатывали на фондовых рынках России и США, преимущественно, на тот момент это был все-таки рынок России, мы еще занимались тем, что – первое – реинвестировали нашу прибыль. То есть мы ее не снимали, естественно, по прошествии года. И плюс, мы еще ежеквартально, а иногда ежемесячно пополняли на определенные суммы наш капитал. Это позволило, скажем так, существенно быстро разогнаться, примерно, с 32 миллионов до 78 миллионов.

История, конечно, очень интересная и она была бы продолжительная потому, что даже тогда, когда мы достигли цели, мы все деньги не использовали сразу зараз, то есть не вывели сразу все. А так как у нас, в любом случае, была распределена, скажем так, нагрузка денежная таким образом, чтобы не весь депозит опустошать, скажем так, сразу, не весь капитал, мы еще дополнительно к этому заработали, примерно 8% к капиталу общему. Как это вышло? Ну, допустим, сразу все активы нам никто, естественно, не дал, не продал, не выдал. Все это происходило постепенно, точно также, как и оплата всех этих активов. Иногда, знаете, бывают такие устраивают хитрожопые аукционы в нашей стране, которые тоже, опять же, стоят денег, для того, чтобы – первое - в них участвовать, а второе – чтобы твое предложение было самым выгодным. То есть ты должен его выиграть. А после этого уже происходят какие-то оплаты и прочие моменты. Очень часто делают так. Захватывают полностью аукционы, а потом продают те или иные результаты этих аукционов тем или иным компаниям, но только уже с определенными процентами. Потому что сами его реализовать не могут, да и не собирались никогда в жизни. Они там через субподрядчиков это делают. Ну, это целая индустрия, целый бизнес, связанный с тем, что занимается выигрыванием аукционов и перепродажей результатов, заказов, особенно госзаказов тем или иным компаниям.

Но мы сейчас здесь говорим не о госзаказах и не на госплощадке, а мы здесь говорим о совершенно частном случае, тогда, когда банк выставил на торги свое имущество для того, чтобы, собственно, ну, хоть как-то погасить свои долги перед инвесторами и кредиторами. Это такой частный случай, поэтому у нас был шанс и мы им воспользовались. Последний раз с ним общался, наверное, месяца четыре назад. Он не сказал, что все круто, он сказал, что, как говорится, пространство для маневра, для его деятельности стало меньше, но денег от этого меньше не стало в этой индустрии. И он намерен определенную свою нишу занять, так как у него, скажем так, в собственности есть много чего для того, чтобы осуществлять те или иные заказы, в том числе – гос. Так как у многих других компаний этого физически нету и, скажем так, связано с санкциями и прочими моментами против экономической системы или машины России ничего невозможно сделать и приходится на определенных посредников в этом направлении рассчитывать. Вот поэтому история была довольно приятненькая в этом направлении потому, что был интересен результат. Когда ты это видишь все, не просто человек тебе говорит или рассказывает зачем, или почему ему нужны деньги, куда в итоге мы их будем тратить, а когда ты непосредственно участвует сам в этом процессе, видишь это все, это на самом деле очень и очень круто.

Вот такие три маленькие истории я вам рассказал. Если вам будет интересно, я вам могу порассказать еще море разных историй. Ну, скажем так, истории три, может быть, четыре зараз я могу вам такие непубличные рассказывать. Это если, опять же, ребята, будет интересно.

Теперь, что касается того, какой объем у непубличных инвесторов. Скажем так, вот есть так first priority, да, то есть те, которые в приоритете и первый раз. Вот самый крупный у меня был за вот эти года 142, нет, вру, вру – 142 это был первый раз. Самый крупный из них, тот, который именно первый раз заходил, это было где-то 153 или 157 миллионов в моменте. Ну, там, это было не только там, на брокерских счетах, инвестиционных – это в совокупности. То ли 153, то ли 157 – не могу точно вам сказать потому, что часть денег была на разных счетах, доступ к которым, собственно, нам предоставил инвестор. Это, наверное, самый крупный вход был в моменте. Скажем так, самый крупный клиент, который, опять же, там непубличный, то есть объем тех средств, которые он инвестировал не с первого раза, а вы должны понимать, что есть определенные критерии у каждого из нас. Мы какой-то уровень доверия для себя формируем для того, чтобы понять, стоит ли нам рисковать, стоит ли нам доверять и так далее. И у всех он, естественно, этот показатель разный, в зависимости от дохода, уровня жизни и прочих, прочих моментов. Есть люди довольно рисковые, а есть люди, которые совершенно не рисковые. И здесь, допустим, объем следующий. Наверное, самый крупный – это был чуть более трехсот, наверное, миллионов рублей. Это если в рублевом эквиваленте говорить. Это, наверное, был один из самых крупных клиентов. С ним мы проработали, по-моему, около трех с половиной лет. И это был один из тех клиентов, которого мне приходилось восстанавливать. Что это значит? То есть какой-то из компаний – не буду говорить какой, их достаточно много, и это бывает не одна компания – его кинули на бабки. Не выполнили свои финансовые обязательства. А вы знаете мое кредо – это всегда исполнение финансовых обязательств. И нам приходилось заниматься тем, чтобы восстанавливать его капитализацию. Логично, что у меня были достаточно простые условия с теми, кого я восстанавливал тогда. Это – я ничего не беру до того момента, пока не выйдем в циферку “ноль”. То есть восстановили капитал и теперь уже можно работать на тех условиях, которые я установлю. И удалось не только восстановить, но и выйти в плюс. Человек наладил часть своих бизнесов потому, что этот денежный поток позволил ему, скажем так, улучшить положение на рынке своих компаний. Да, их там немного, но, что называется, они в тельняшках. И бывали еще такие моменты, связанные, опять же, с непубличными людьми. То есть, опять же, люди стеснялись, как-то там не могли понять, как они будут выглядеть на камере: плохо, хорошо? Как на это отреагирует их окружение, бизнес и прочее? То есть так они готовы с вами работать, а публично им как-то тяжко и непонятно, некомфортно. При этом, все-таки некоторые люди у меня так или иначе в кадр попадают. И бывает так, что, допустим, мы достигли какого-то определенного результата и человек забирает все деньги. Ну, просто вот ему кажется, что чего-то не то. Ему повезло, надо быстрей бежать. Бывали такие случаи. То есть мы исполняли обязательства – спасибо, я слышал, но, как говорится, результат, к сожалению, очень для меня был “не очень”, скажем так. Почему? Потому что рекомендации я толком не получал, “спасибо” толком я тоже не видел. Ну, благодарность какая-то была, тем не менее, но, опять же, вы должны понять, что для многих это бизнес, также, как и для меня. Но плюс здесь есть какой-то определенный человеческое отношение в виду того, что мы все-таки в России живем и у нас, скажем так, широкая душа, которая любой даже бизнес хочет очеловечить. И, как мне кажется, это правильно потому, что люди всегда идут на людей.

Так вот, мне эти люди через некоторое время и эти инвесторы, эти клиенты, через некоторое время снова возвращались ко мне, наблюдая за моей деятельностью, результатом. Опять же, по своим друзьям, знакомым, которые со мной также работали, как и они, они принимали решение вернуться обратно. Либо изначально мы договаривались так, что, когда мы реализуем тот или иной проект, через некоторое время мы снова начнем работать плотно. Так и происходило. Вот поэтому бывает не публичность следующих уровней. То есть человек просто стесняется камеры, боится ее, очкует, так скажем. Как он будет выглядеть: глупо-не глупо, что подумает жена, что подумает муж и так далее. То есть проблема внутренних тараканов таких людей.

Второй момент. Совершенно неважно, какой у них объем денег. Это может быть несколько сотен тысяч рублей либо несколько сотен тысяч долларов. Совершенно неважно. Это свойственно вообще, в принципе, людям.

Третий момент – эта не публичность связана с тем, что человек либо обладает какой-то должностью, либо работает в какой-либо сфере, где светиться так или иначе о финансовых победах и результатах ему нельзя в виду своей должности, в виду того, с кем он работает, чтобы не задавали лишних вопросов ни его коллеги, ни определенного вида структуры.

Вот, в принципе, и все критерии, которые связаны с тем, что называется не публичностью. То есть здесь ничего такого нет страшного. И, к сожалению, для меня такое количество людей, оно очень огромно, я бы сказал. За одним публичным человеком стоит, ну не знаю, не меньше 20-30 человек непубличных. И не забывайте о том, что это количество становится больше. А благодаря тому, когда изначально человек готов был быть публичным, после нескольких лет, как у него меняется жизнь финансовая, общественная, социальная, в какую-то положительную сторону, расширяется бизнес, он начинает работать с определенными структурами и ему начинает что-то казаться. У него возникает определенный страх. Он начинает относиться больше к критерию первого типа людей, которым просто страшно именно появляться на камере и как они будут, собственно говоря, выглядеть. Вот такая вот история про не публичность людей, клиентов, инвесторов и партнеров.

Поэтому напишите, пожалуйста, в своих комментариях, интересно ли вам будут истории непубличных клиентов. Я могу там более детально рассказывать по этому поводу. Скажите просто: будет интересно, неинтересно. Ну и до новых встреч, всем хорошей погоды! С вами был Александр Веденеев.

Читать полностью

Юлия из Вашингтона, +33% к капиталу в долларах и "Игра на понижение"

Многие знают, что я работаю не только в России, но и в Соединенных Штатах. И вот, наконец, настал тот момент, когда у меня будет первый публичный видео-отзыв из Соединенных Штатов. Я не случайно сейчас нахожусь в Нью-Йорке. Мы сейчас как раз плывем в финансовый квартал, заглянем на Уолл-стрит. Я скажу еще пару слов о том, кто сегодня расскажет о себе сам.
Многие из вас знают, что я работаю не только в России, но и в Соединенных Штатах. Ну и, наконец, настал тот момент, когда  могу вам представить первого публичного клиента из этой страны. Это девушка, и надо сказать, что по сравнению со многими мужчинами, ей храбрости, скажем так, не занимать, ну и ответственности, я думаю, тоже. Поэтому сейчас, в ближайшие минуты, вы с ней обязательно познакомитесь.
Секунду назад мы были в Нью-Йорке, а сейчас мы в Чикаго. И это не случайность потому, что именно в этих двух городах сосредоточены самые главные две биржи этой страны, на которых, собственно говоря, мы периодически работаем и совершаем сделки, как обычные пользователи, так и не обычные пользователи. И прежде чем мы перейдем к моему клиенту в совершенно другом городе, я хочу рассказать, что произошло за эти парочку дней, пока мы ехали из Нью-Йорка в Чикаго.
Ну что, те, кто внимательно смотрит видео, видели позади меня небольшой баннер, висящий на бирже. Посвящен он был компании Snapсhat.  И пока мы добирались из Нью-Йорка в Чикаго, инвесторы потеряли миллиарды долларов за считанные минуты. Капитализация Snapсhat рухнула на 24% после выхода квартального отчета. Вот такие американские горки в этой стране. Ну а теперь я представляю вам своего публичного клиента, первого клиента в Соединенных Штатах. Зовут ее Юля.
Юля: Всем привет! Меня зовут Юля. Я живу в Вашингтоне. Приехала сюда 4 года назад, комфортное место для проживания, к чему я пришла после нескольких лет. Я работаю бухгалтером на небольшую ассоциацию, которая занимается индустрией алюминия. Моя сама деятельность заключается в том, чтобы собирать какие-то определенные финансовые фонды и их распространять и оплачивать счета, и полностью отвечать как бы за локацию финансов в этой компании. Мой опыт в финансах, на самом деле, не совсем обширный. У меня была небольшая недвижимость – дом, который в 2008 году пришлось просто избавиться от него потому, что недвижимость, как многие, думаю, в курсе событий по недвижимости в Соединенных Штатах, когда вся недвижимость просто обесценилась. И это был, так сказать, негативный опыт. В общем и целом, когда вкладываешь деньги в местные банковские системы, они… процент возврата просто до такой степени мизерный, что просто грустно этим заниматься, на самом деле. Ну, тоже был небольшой опыт в бизнесе с партнерами. Как бы, дорожки разошлись, и после этого я уже приехала в Вашингтон, и сменила род деятельности.
Получается, после какого-то негативного  опыта в смысле потери недвижимости, у меня был потом еще не совсем еще позитивный опыт работы и ведения собственного бизнеса – не с теми людьми. Я поняла, что я хочу, чтобы мои деньги работали на меня, а не я работала на свои деньги постоянно. Я начала как бы увлекаться и читать какую-то литературу на эту тему. Начала копать, искать интересный людей, которые уже развиты в этой сфере и понимают гораздо больше, чем я. Такое здоровое любопытство меня вело и толкало по жизни, мотивировало, чтобы найти больше информации и развиваться самостоятельно для более большего заработка денег. Заработок денег для меня прямолинейно связан со свободой. Больше когда зарабатываешь денег, деньги работают на тебя и у тебя больше времени на себя, на развлечения, на семью и путешествия и просто приятную жизнь, нежели просиживать и протирать штаны в офисе.
Получается, я летела из Индии. Был очень длинный перелет и нужно как-то занимать себя чем-то полезным. И я начала смотреть «Игру на понижение» во время этого рейса. Фильм мне очень понравился. И мне понравилось, как была преподнесена информация, и как это все было разжевано и понятно обычному человеку. После этого, когда я приехала домой, я начала искать какие-то рецензии на эти фильмы, чтобы порекомендовать тот же самый фильм моему папе. И наткнулась на видео о Саше. Меня заинтересовало то, о чем он говорил. Меня заинтересовало, как он это говорил. И именно эта вот, какая-то «робингудовская» его черта – за какую-то справедливость, и за то, что, правда – это важно. И что мне понравилось его преподнесение, его информации, как он за это переживал. И у меня это вызвало очень большой интерес и интерес узнать побольше о нем, и чем он занимается. И, таким образом, я вышла на контакт с ним. По-моему, я написала ему e-mail, на который он долго не отвечал. И в промежутках какого-то времени, я контактировала по разным каналам и, в итоге, мы вышли на связь, и начали общаться, что привело к очень позитивному сотрудничеству. Я так считаю.

Читать полностью

+30% к капиталу Леонида Школьника, который покупает квартиру родителям

Это вторая часть нашего видеоблога, который регулярно выходит вот уже второй раз за последние два года. Число подписчиков растет - теперь их 4. Дело в том, что подъехали мои родители из Пензы. Ведь год назад мы купили им здесь квартиру в Западном Кунцево. Мы живем в Восточном, они в Западном. У нас тут небольшое дерби, свое собственное. Ну что ж, как сказал Вуди Аллен, богатство лучше чем бедность, но только по финансовым причинам. Ну, собственно, этого и достаточно для того, чтобы начать и продолжить наш крестовый поход на бедность, который возглавляет гуру… гуру… гуру-гуру-гуру… и еще раз три раза гуру Александр Веденеев. Год закончился неплохо, да, Саш? - Да, закончился хорошо. - Ну по его словам, во всяком случае. А нам что остается? Мы же не сильно разбираемся в финансах,  мы вот просто верим на слово, что неплохо. Неплохо,  что позволило нам к квартире в Западном Кунцево добавить еще один актив… пассив… просто хорошая…  просто хорошая недвижимость – машиноместо! Смотрите208-й номер - блатной 208-й. Мы его тут его поставили. Тут 507-й, тут 509-й, а мы вот тут вклинись с нашим 208-м. Счастливый обладатель этого машиноместа и квартиры – мой отец, который пользуется всеми благами цивилизации, благодаря в том числе… ну что сказать… своему сыну. Вот так вот она бывает. – Благодарю! – Пользуйтесь, пожалуйста, пожалуйста. Друзья,  увидимся через год, надеюсь, покажем вам наш новый бассейн, который мы роем вот в 100 метрах отсюда - вот там. Воот туда посмотрите. Ну насчёт золотого трона, о  котором мы говорили год назад… «Через год встретимся на этом месте, и, друзья если подо мной не будет золотого трона, то я буду очень недоволен». Друзья, нужно еще чуть-чуть подождать, вот столечко… Пока на ножки накопили и на куртку в цвет – но ничего! Увидимся через год, всем удачи, пока!

Читать полностью

Андрей "Мурманск" Чеберяченко: "У нас с Веденеевым хорошие деловые и приятельские отношения"

Веденеев: Сегодня хочу вас познакомить еще с одним своим партнером. И я не случайно сейчас нахожусь рядом с огнем, место, под названием Санта-Моника в Соединенных Штатах. В этом месте среднегодовая температура около 24 градусов круглый год. Ну а партнер мой живет, фактически, на Крайнем Севере или, скажем так, за полярным кругом. Многие его знают как Андрей Мурманск. Это мой партнер, хороший друг и он немного сейчас расскажет о своем родном крае и немного о себе.
Андрей «Мурманск»: Меня зовут Андрей. Я родом из города-героя Мурманска, который находится на Кольском полуострове, за полярным кругом, а не в Сибири, как считает Саша Веденеев. В свое время много лет отдал КВНу. В телевизор ни разу не попадал, но большую он мне услугу оказал в том, что я много лет проводил, был ведущим, организатором и ведущим различных мероприятий, презентаций, конкурсов красоты. Большое количество времени провел в окружении моделей, стриптизерш, благодаря чему прекрасно женился в возрасте 27 лет. По профессии я геолог. 8 лет я отработал на рудниках компании «Фосагро». Раньше это было ОАО «Апатит». Потом стало АО «Апатит», а сейчас это называется какой-то там филиал Череповца, Череповецкого представительства «Фосагро». Ну, там длинное какое-то слово, мутное, видимо, как-то от налогов уходят. Мурманску в этом году 100 лет. В 2016 было 100 лет. Изначально город назывался Романов-на-Мурмане, но затем его переименовали в Мурманск. Некоторые называют МурмАнск. Ну, пусть называют. Чем известен город? У нас, естественно, есть наш Кольский залив незамерзающий, в который втекает течение Гольфстрим и у нас 4 градуса вода постоянно… замерзала на моей памяти, только когда была температура -34. Небольшой корочкой покрывалась. Много у нас моряков, рыбаков. Плюс, рядом города военные. Я про них рассказывать не буду, поскольку они закрытые. Одной из главных достопримечательностей в городе является памятник защитникам советского Заполярья, который в простонародье называется Алеша. И, я надеюсь, что на монтаже покажут и вставят видео, как Веденеев раздолбал об него квадрокоптер. Как говорится, не пропустили фашисткие эти ***** … шпионский спутник. Люди добрые, люди позитивные, люди северные. Что интересно и что приятно, очень приветливые и хорошие. Люди реально, северных людей сразу видно. У нас два типа есть времени – это лето и зима. У нас, практически, нет осени и, практически, нет весны. То есть у нас просто лето перетекает в зиму. Скорее всего, зима перетекает в несколько дней лета и потом снова в зиму. Зимой у нас, практически, постоянно темно. Полярная ночь – есть такое явление, поскольку мы находимся за полярным кругом. Где-то с ноября по февраль есть небольшие световые промежутки, но они без солнца. А летом – с конца мая по конец июля у нас постоянно полярный день. У нас просто светло. И летом можно загорать в 2 часа ночи, в 3 часа ночи – постоянно солнышко. Приезжим людям довольно таки сложно адаптироваться.
Веденеев: Ну, что, Андрюша у нас непростой человек, а достаточно сильный. Скажем так. Он входит в Федерацию, как я помню, то ли StrongMan, то ли еще что-то. В общем, самых сильных людей планеты. И как-то, когда мы к нему приехали туда на Север, нас попросили вытащить застрявший Renault Duster – в переводе на русский – Рено Тряпка. Но он очень всем нравится и, в принципе, тачка неплохая. Иногда бывает полноприводная и, довольно, неплохо себя ведет на бездорожье. Но парень застрял в снегу и попросил нас на большой красной машине вытащить его. На что Андрюха сказал: да, зачем, давай, трос цепанем, сейчас я вытащу. И, в общем-то, они дружненько это сделали.
Андрей «Мурманск»: Мы сейчас находимся у склона горы Кукисвумчорр. Она у нас с другой стороны немножко находится. Одна из лучших горнолыжных трасс. Там есть даже 400 метров мертвых, как их называют. И дикие горнолыжники, которые уже бывалые, очень любят эту гору. И мой замечательный друг, её владелец и любит её, ценит и ухаживает за ней. А недалеко от нас Кировский рудник компании «Фосагро». На двух рудниках я работал в течение 8 лет. На одном руднике я работал 7,5 лет, на другом полгода. Очень хорошие воспоминания у меня о работе в коллективе. Был прекрасный коллектив, настоящие мужики. И очень я их всех ценю, люблю, уважаю и вспоминаю всегда с улыбкой. Город Киров сейчас стал большим таким центром туризма. Когда ввели санкции в 2014 году, очень большой туристический поток хлынул. И компания «Фосагро» вкладывает в развитие туристического бизнеса. Поменяли канатные подъемники, поменяли кресла. Сделали более качественный сервис и более качественные трассы. Поэтому, в принципе, города живут, процветают и, очень здесь весело и хорошо. С Александром мы познакомились еще в 2012 году, когда он работал в одной из инвестиционных компаний. Общались параллельно, делились мнениями о рынке, кто как зарабатывает, у кого какие дела, стратегии, косяки, не косяки, риски. То есть было очень интересно потому, что была, довольно таки, плодотворная работа и 12-13 год на рынках был такой… ну, 13 год был затишье перед бурей 14-го. Затем, как-то немножечко потерялись и как раз, два года назад, ровно 12 марта 2015 года мне позвонил Саша и спросил: как дела, чем занимаешься, как торговля? Я ему рассказал, в принципе, скинул отчеты, как я работал. Он говорит, прилетай, поговорим. Я прилетел, мы поговорили, нашли общие интересы и вот уже ровно 2 года, как мы сотрудничаем. Я управляю частью капитала.
Веденеев: Ну, собственно, про некоторые результаты нашей совместной работы. Андрей умеет делать, наверное, то, что умеют делать немногие люди. Я таких знаю всего несколько человек на этой планете. Возможно, с кем-то я еще пока не знаком, но лично я пока знаю всего несколько человек, которые умеют делать очень большое количество процентов за очень маленькое количество времени. Конечно, это чревато и большими рисками. И результат у нас был не supergut, но тем не менее, за какой-то из кварталов Андрей был чуть ли не в районе там -11 миллионов с копейками. Но, при этом, по итогу года, он все равно оставался +42 миллиона. В связи с этим, соответственно, нам нужно было как-то отметить, скажем, так, некий наш успех и некий наш результат. И, как вы знаете, мой принцип, что у женщин должно быть все самое лучшее, у ваших, естественно. Что и у ваших клиентов и партнеров тоже должно быть все самое лучшее. Это касается и автомобилей, и жилищных условий, и яхт, и земель, и все, что угодно. Но при этом, конечно, нужно понимать, что это нужно делать шаг за шагом, то есть step by step. И с Андреем мы определили, что возьмем большую красную машину, чтобы ему ездить было комфортно и классно на Севере. При этом, честно вам скажу, Андрей признался мне, что он не очень любит большие машины и что он без парктроников и камер в эту машину не сядет. Но, честно говоря, проехаться он на ней успел небольшое количество времени. И, в итоге, как он сказал мне, то есть пока меня не будет на Севере, соответственно, машина будет большей частью времени стоять. Что, конечно, неприемлемо потому, что на машине все-таки надо ездить. Вы знаете мое кредо: технику нужно всегда использовать. Ну и, соответственно, Андрей решил мне её, собственно, как он сказал, алаверды сделать, то есть мне эту тачку, что называется, сбагрить обратно. И, как оказалось, она была сподручна для меня в плане отчетности, поездок, работы, именно в осеннее и зимнее время года. Потому что обычно я всегда, вы знаете, езжу на мотоцикле. Ну и стараюсь большую часть времени года квартальные отчетности осуществлять именно на мотоцикле, а не на машине.
Андрей «Мурманск»: Я привык ездить на седанах. И настолько большая машина для меня не очень комфортна. И я Александру решил сделать обратный такой алаверды. И я говорю, Саша, катайся, пожалуйста, ты на этой машине. Тем более он по всей стране колесит, если не на самолете. То есть она ему для работы, в принципе, очень сподручна. Вот специально для всех, не знаю кого там – троллей, вот ПТС-очка на мое имя и фамилию. Чеберяченко – Лене Хруповой привет большой. Саша любит позвонить в часиков 12 ночи, в полпервого, поскольку, естественно, работа на фондовом рынке, и не только на фондовом рынке – вообще, любое управление активами и большими деньгами – работа нервная. Когда бываю в Москве, я постоянно останавливаюсь у Александра. Мы поддерживаем неплохие отношения, знакомы семьями. Саша знает мою семью, знает моих детей. В принципе, помимо деловых отношений, также хорошие и приятельские отношения. Александр, на мой взгляд, обладает очень неплохими человеческими качествами. Несколько раз выручал меня в серьезных проблемных ситуациях. А они периодически возникают. И с точки зрения дружеской и товарищеской проявил себя с наилучшей стороны. Естественно, поскольку это фондовый рынок, это не может быть постоянно в гору. Иногда бывает и просадки, бывают иногда проблемки какие-то. Как у всех. Я не могу говорить, что я там – я или кто-то там…ну, кто-то, может, ему и будет говорить, что он молодец. Я не могу сказать, что я постоянно делаю там сто тысяч миллионов. Но и четвертый квартал 15-го года был очень проблематичный для меня. Вот 16-й год я торговал не очень активно, потому что были там проблемы сторонние. Пришлось мне немножко сбавить обороты. Но сейчас вот 17-й год, в принципе, год интересный. Нас уже уронили прилично, поэтому ждем. 16-й год очень похож на девятый год, когда все росло аккуратненько, без остановок и пошло в девятом году ускорение. Особенно Сбербанк один в один сходил, наверное. В 17-й год, я считаю, будет больно инвесторам, будет распил бабла, будут американские горки, будут хорошие движения, 4-5-6-7% в день, ту-да-сюда. Я думаю, в этом году дадут просраться. Это хорошо.
Наконец-то провожаем Саню Веденеева, везем его в аэропорт. Потому что он всех заебал, мне уже звонят: что за тип приехал, чего перчатки тут раздает, чего почем, чего как? Все нормально, говорит, эти красные штаны мелькают, просто у людей в глазах рябит. В целом, все нормально. Он успел застать хорошую погоду, а хорошая погода на Крайнем Севере у нас, за Полярным кругом – это редкость. Тем более, в марте. То есть даже какие-то солнечные деньки застал. Убил машину. То есть поездка удалась. Саша – молодец. Вошла поездка в историю, как ты считаешь, Саша?
Веденеев: Вошла, вошла.

Читать полностью

Мои сделки

Сделка: $37000 на "карманные расходы" на споте в паре "доллар-рубль"

Смотрите, 44% в рублях, usd – 55, да, у нас активов. Сегодня сделали немного сделочек на доллар/рубле, на споте. На, примерно, 35 000 долларов здесь сделали. Сколько у нас осталось, давайте, посмотрим. Осталось у нас 44 000 баксов. Посмотрим, посмотрим. Задача у нас просто не меньше 60 рублей за бакс, чтобы быть, чтобы те сделки, которые были до этого, до покупки бакса, были более, менее рентабельными. Но пока мы это сохраняем. Вот еще чего хотел вам показать. Прикольная штука. Не мог удержаться. Смотрите, какая веселая тема. Просто, вообще, огонь. Наш лось. В общем, друзья, я желаю вам, чтобы профит у вас был большой, а лось был вот такой вот маленький. Ну, собственно, Трамп этому поспособствует, я думаю.
Читать полностью

+36% к депозиту за 3 дня на опционах

Ну, что, доллар-рубль у нас сегодня попер вверх, РТС пошел вниз. Соответственно, мы наблюдаем за спотом. Ситуация аналогичная что по евро, что по доллару. Ну и, собственно, вот, опционы. Это внизу вы видите 67-й страйк и вверху – это 66-й страйк. То есть 66000 и 67000 по доллар-рублю. Посерединке розовое – это у нас индекс РТС, вернее, фьючерс на него. Ну вот, пока у нас накапало вариационной маржи чуть больше двадцати тысяч рублей. Ожидания достаточно простые и цели, собственно говоря, тоже – это самое первая – 67000, вторая – 68000. Впоследствии, я думаю, еще до выборов и до осени, мы еще дойдем до 75000. Ну, что, мы сегодня зашли в опционы call на фьючерс доллар-рубль, страйки 67000 и страйки 66000. Посередине у нас розовым цветом отмечен фьючерс РТС, который у нас сегодня падает. Ну и, соответственно, доллар у нас сегодня растет. Вот у нас зеленые стрелочки – вход, ну а желтые полосочки сверху – это у нас выход. Собственно, пока у нас в районе 58-60 тысяч вариационная маржа капает. Ну, посмотрим.
Итак, на вчерашней, да, получается, вчерашней торговой сессии добрал еще 66-го и 67-го страйка. Как только немножко откатились, соответственно, было у нас 33 с копейками тысяч заработано на, получается, 240 контрактов. Но это уже сегодняшний день. Как видите, пара свечей по фьючерсу РТС у нас так махнули вниз, опциончики снова подросли на тот же самый, фактически, уровень, что и вчера, за исключением того, что еще волатильность немножко подросла. При этом, на данный момент мы заработали еще 34 штучки и 240 рублей к вчерашним 33-м. Итого у нас уже где-то чуть больше 65 000 доход. Ждем, ждем. Первая цель, правда, достигнута, пока еще не закрывались. Надеюсь закрыться где-то на 66700 или хотя бы 68 000 по фьючерсу РТС. Ой, говорю РТС, гоню, ребята. По фьючеру доллар-рубль.
Ну, что, первый пошел. 66-й страйк опционы доллар-рубль, первая сделочка по 1915 пунктов. Фактически, это чуть выше предыдущих максимумов, которые я не стал закрывать. То есть цель 67-67,5 я не трогал. Но сегодня принял решение с 68-ми опуститься на промежуток 67,5 и до 68-ми закрыть позиции. Здесь у нас 67-й страйк и пока к нему мы сейчас только-только подходим. Ну, пока на данный момент у нас получается так, что лимит открытых позиций у нас 339. Заработано до двух часов 7 400, а вариационная маржа на данный момент сейчас 38 840, что составляет, наверное, ну, более 40% капитала, потому что основной капитал составлял 270 000 рублей изначально. Итого, у нас сейчас доходность, ну, фактически, чуть более ста тысяч на изначальный капитал в 270 000. А дальше посмотрим.
Итак, на основной дневной сессии было принято решение закрыть все позиции по 67-му страйку и по 66-му страйку на доллар-рубль. Вот они, наши желтые стрелочки. Это контракты, которые были все закрыты. В итоге у нас лимит открытых позиций составляет 381 166 рублей, 93 копейки, а заработано было за предыдущую дневную сессию 41 730 рублей. Итого мы имеем: изначально у нас была капитализация 270 000 рублей. Итого мы заработали в районе 110 000 рублей. Ну, я думаю, чистый доход составляет, наверное, около 40%. В комментарии я более точную цифру напишу. Ну вот так, собственно говоря, три дня, одна сделка и доходность капитала в районе 40%. Это опционы, господа!

Читать полностью

Заработал более 2,5 миллионов рублей на опционах (15.01.2016)

Веденеев: Значит, 15 января 2016 года. Итак, на вечерней сессии у нас доходность 83443 рубля. На основной торговой сессии у нас доходность 2 583 300 рублей. Значит, смотрим на 78-й страйк. Закрыты все позиции по целям, за исключением последних 500 контрактов, закрывал на последней получасовой свече. Рынок еще торгуется две минуты. Значит, на 77,5 тысяч страйке доллар-рубль тоже call, та же самая ситуация – 500 контрактов закрыли под конец. Так, смотрим на капитализацию. Капитал у нас 7 386 288 рублей. Итого, сейчас, пока я считаю, покажу, что сегодня Андрюшка Мурманск заработал. Тоже заходил в шортик, закрывал шортики. Собственно, вот его доходность на основной дневной сессии – 314 000, на вечерке – 68 000. Ну, вот как-то вот так вот.
Мурманск: Целый день с вином.
Веденеев: Да, пока все это дело комментируй, а я быстро по этому, посчитаю, сколько мы тут заработали.
Мурманск: Ну, что можно комментировать? Хороший, ударный день. Единственное, что большую его половину мы пропустили из-за встреч и входили в шорт уже после, практически, всего движения. Единственное, что частично позиция у меня была со вчерашней вечерней сессии, потому что вчера был абсолютно необоснованный задёрг именно на новостном фоне, поэтому с уровня 7060 пунктов у меня висела небольшая позиция, которая сегодня добавилась в шорт по 66200. И закрыта она была в районе 65000 и 64560.
Веденеев: Слушай, ну харэ уже хоронить фьючерс РТС.
Мурманск: Нет, я только за его подъем.
Веденеев: Так, соответственно, доход составил с пяти миллионов с копеечками 2 361 000 с копеечками. Это примерная цифра, в комментарии точно напишу. Всем спасибо. Это были опционы. Всем до новых встреч!
Читать полностью

Отыграл убыток и заработал на падении индекса РТС и росте в паре доллар–рубль (15.01.2016)

Читать полностью

Прочее

Как банки грабят своих клиентов и как грамотно купить валюту на бирже

Всем привет! С вами снова Александр Веденеев. И повещаем, как всегда, интересное про финансы. Сегодня хочу устроить небольшой разнос банковской системе Россий-ской Федерации и проехаться танком «Армата» по ним всем. Сегодня расскажу про несколько банков и про несколько случаев, связанными с этими банками. Итак, пе-речисляю, какие банки участвуют в сегодняшней истории «Карты, деньги, два ство-ла». «Сбербанк», «ВТБ24», «Альфабанк», «Открытие», «Бинбанк», «МКБ банк», «Пет-рокоммерц», «Промсвязьбанк» и «Внешпромбанк». Я, конечно, мог бы перечислить гораздо больше банков, но вот истории, связанные с этими банками, гораздо более свежие.

Итак, в одном из банков ребята набрались наглости и сделали следующее. Они, соб-ственно, потребовали у человека, у которого на счету всего 275 000 рублей, потребовали от 10 до 30% от этого депозита в их личный карман, якобы для того, чтобы решить вопрос с его арестом и возвратом этих денег ему обратно. Прикол заключается в том, что, ребята, это не полтора миллиона рублей, это 275 000 и, собственно, в этом вся проблема. История, в общем, завершилась, в целом, благополучно, но, тем не менее, сам факт был налицо – арест счета, требование информации откуда он взялся, откуда деньги и так далее.

Следующая история была очень интересной. Человек, по-моему, более 10 или даже 12 лет работал с банком. У него была сумма около 4 миллионов долларов. Ну и по-требовали 40% от этих денег. Иначе просто, говорят, ты денег не увидишь. Соб-ственно говоря, проводит эти все рейды, так называемые, по сбору этого бабла, так называемые, специальные люди или уполномоченные люди, которые, в принципе, никак не связаны с банком, предъявить им нечего. Обратиться в прокуратуру или милицию вы не можете потому, что эти люди никак не связаны ни с какими финан-совыми учреждениями. Тем не менее, отвалив им солидный кусок от своих денег, вы решаете вопрос тем, что арест с ваших денег снимается и вы получаете остаток своих средств. Беспредел, да? Да.

Другая история с другим банком была связана с следующим. С брокерского счета, на котором долгим тяжким кропотливым трудом были заработаны почти 41 с копейками процент, уплачены, естественно, все налоги, сборы, комиссионные. И после этого был закрыт полностью торговая стратегия и, в принципе, все выведено в кэш, этот кэш должен был быть на банковском счету. Мы отправили его на банковский счет, все прекрасно, но банк арестовал эти деньги и начал докапываться, откуда они. Ну, собственно, дебилизм заключается в том, что эти деньги с фондового рынка, заработанные там же, налоги все уплачены – не проканал. И даже, скажем, абсурдность этого всего заключается в том, что банки эти были связаны, скажем так, потому что я говорю не только про один банк, а про множество банков, которые связаны с брокериджем, с инвестдомами, то есть они все эти истории прекрасно знали. Но это не помогло. Также потребовали 40% от депозита и тогда вопрос будет решен, то есть вы сможете свои деньги забрать. То есть это нормально, да? Вы заработали долгим кропотливым трудом целый год 41% с копейками, отдать 40, остаться в прибыли на 1 сраный процент с копеечками и, в общем, довольствоваться всеми благами цивилизации в нашей стране. Тем не менее, удалось сторговаться на 28%. Пришлось задействовать – это уже была история лично с моим одним клиентом, который, собственно, попал в такую ситуацию и мне удалось этот вопрос решить. Конечно, не так, как я хотел бы его решить – без потерь. Мы все-таки потеряли 28%. Но, тем не менее, хотя бы чуть-чуть прибыли у нас осталось.

Когда вы выводите из брокерского счета деньги, оказалось, что во многих банках от трех с половиной миллионов рублей вы можете сделать перевод, конечно и больше, но до трех с половиной миллионов вы можете сделать это без комиссионных – снять и перевести в другой банк, либо снять кэшем. Если сумма превышает три с половиной миллиона рублей, тогда вы платите 5% за все, что выше. Это при условии, что вы заплатили брокеру, вы заплатили банку, вы всем заплатили – налоги, сборы, комиссионные. Они хотят еще с вас взять просто за то, что у вас сумма больше, причем это касается конкретно вывода с брокерских счетов. Я уж и не знаю, или на валюте пытаются сделать заграждение, или еще что-то. Да, но в этом настоящая проблема. Тем не менее, подобных случаев с арестами счетов и вымоганием, собственно, на легальных законных основаниях денег у населения, предпринимателей, власть имущих, оно, в принципе, повсеместно происходит. Да, об этом сильно не распространяются. Да, об этом многие умалчивают, но это факт, друзья-товарищи и этот беспредел, конечно, не радует совершенно.

Но несмотря на весь этот беспредел, многие все же пытаются как-то сохранить свои средства, пытаются купить валюту, удержать валюту от нашего нестабильного руб-ля. И там нам тоже вставляют палки в колеса. Вы знаете, что, в принципе, только по предварительному согласованию с банком и заказу, вы можете купить в кассе от 5 до 10 тысяч долларов. Я вам немножко вкратце сейчас расскажу, как можно все-таки это сделать гораздо более эффективней и не раздавать всем подряд эти комиссионные в виде 40%, которые у нас с вами вымогают.

Итак, если мы говорим про фондовый рынок – это действительно круто. Открываем фондовые, как говорится, котировки, предложения по открытию брокерских счетов. В принципе, не важно, в каком брокере это делать, но суть одна: открываем брокерский счет, заводим туда рубли, заходим на валютную биржу. Что мы делаем? Покупаем валюту в неограниченных количествах, сколько нам нужно, хоть сотни миллионов долларов. Что происходит дальше? Дальше у нас вместо рублей на брокерском счете образовывается что? Валюта – доллар. Теперь, как ее грамотно вывести на банковский счет. Естественно, вы не можете это перевести на банковский счет рублевый. Этого нельзя делать, вы можете только на банковский счет долларовый. То есть для этого вам нужно открыть долларовый счет, желательно в том же банке, через который вы заводили рубли на эту биржу. При этом, желательно делать вывод с брокерского счета тогда, когда курс доллара пойдет не в вашу пользу – 50 копеек или пару рублей. Для чего? Для того, чтобы постфактум вас не уличили в неуплате налогов или неуплате налога с прибыли, которую вы получили, путем разницы котировок. Поэтому всегда присматривайтесь, чтобы котировка, после того, как вы уже в валюте, была не в вашу пользу. Желательно. Вы, на самом деле, гораздо больше сэкономите, чем заработаете, если котировка будет в вашу пользу. Дождитесь момента, когда котировка не в вашу пользу и делайте поручение на вывод. Оно срабатывает в течение, примерно, 20 минут. Если раньше было обновление раз в день, либо 2 раза в день, то сейчас 4 раза в день. Поэтому, как и, собственно, во многих банках обменный курс 4 раза в день меняется, поэтому вам лучше подгадать таким образом, чтобы, ну, там хотя бы полдня валюта падает. Чтобы у вас средняя цена была против вас, а вы, допустим, там купили валюту на пике и вы, соответственно, в минусе, и с вас не могут взять налог. Это первый шаг, всего лишь первый маленький шаг, который вам предстоит сделать. Что дальше?

Вы выводите валюту на свой банковский счет, да, то есть депозит, где у вас должны доллары пролежать некоторое время, как правило, около месяца. И можете с этого счета вы снять только, скажем, 70-90%, с этого счета. Остальное у вас должно про-лежать месяц. Как из этого выйти? Иначе, опять же, у вас комиссионные и все вместе связанное с этим. Что нужно сделать? Нужно сделать следующее. Снять настолько, насколько возможно. То есть либо оставить 30%, либо 10%, которые положены по условиям открытия этого депозитария и подождать около недели или пару-тройку дней. И через это количество дней прийти и закрыть свой счет долларовый. Тогда они вам обязаны выдать все бабки и без всяких процентов вы эти деньги можете забрать. Вот такой маленький лайфхак по тому, как можно все-таки валюту купить и как можно ее все-таки вывести.

Что касается фондового рынка – это достаточно сложный такой процесс потому, что, когда вы не знаете некоторых тонкостей работы брокерских домов, инвестдомов и банков, достаточно тяжело здесь сделать правильный выбор так, чтобы вас не накололи, и в итоге, не содрали с вас лишний процент. Есть еще один способ. Он довольно простой, но, смотрите. Есть у нас еще один такой банк «Тинькофф», вокруг которого до хрена хайпа, шумихи и всего остального. Та же самая «Nemagia» и прочие ребята, в общем, подняли нешуточный шум. Со многими вещами я соглашусь, как пользователь «Тинькоффа». Сам Тиньков, конечно, одиозная личность, но, в принципе, у нас нет идеальных банков. И «Тинькофф» не панацея. Это всего лишь один из вариантов, как вы можете распоряжаться своими деньгами. Так вот, почему я про него вспомнил? У него можно открыть долларовую и евровую, и рублевую карту. При этом внутренний курс, обменный, да, то есть вы можете на рубли купить доллары прямо сразу через приложение. Внутренний курс довольно выгоден по сравнению со всеми остальными банками, которые могут предоставлять вам подобные услуги. Это удобно, быстро, кайфово. При этом сразу пришли, сняли и так далее. Это удобно. Но если не прибегать, опять же, к услугам мобильных приложений и тех же самых банков, есть много, скажем так, платежных систем, типа «Золотая Корона», Webmoney, Юнистрим. Это, так называемые, сервисы мгновенных переводов. Так что здесь можно сделать? Вот, представьте себе, от 5 там, тире, даже от трех с половиной тысяч долларов, когда наступает прямо ажиотаж и бум размена валюты, то есть все бегут бабушки покупать валюту, банки вообще не дают людям на руки, то есть не продают. Ну, либо вы должны пройти отбор космонавтов, чтобы вам дали 10-15 тысяч долларов. Почему я вспомнил про эти платежные системы. Друзья-товарищи, вам достаточно всего лишь паспорта и вы, как один человек можете 5000 долларов просто купить, продать, вам никто лишнего вопроса не задаст. Юнистрим, «Золотая Корона», Webmoney или Western Union. То есть я имею в виду стационарные точки, не виртуальные. Webmoney у нас все-таки больше виртуальная. Это Western Union, Юнистрим, «Золотая Корона». Это те, у которых есть точки: принес деньги – отпра-вил куда-то там за океан или за рубеж. Так вот, в этих точках вы можете реально прийти, купить 5000 долларов, продать 5000 долларов. Причем, придите вы с дру-гом, с подругой, с женой и вот у вас на двоих, на троих уже 10-15 тысяч долларов. И не нужно трахаться, стоять до хрена времени, выяснять, кто же из вас козел, в банке доказывать с пеной у рта, что вы нормальный человек, адекватный, и принимаете всю серьезность положения. Не нужно проходить отбор космонавтов для того, что-бы вам позволили купить в каком-либо отделении банка или там за неделю, за две, предупреждать, что, ребята, соберите для меня жалких 10 000 долларов. Ничего этого не нужно. Юнистрим, Western Union, «Золотая Корона» - пришли, паспорт предъявили, купили, продали, ушли. Ништяк. Это вот такие маленькие два лайфхака, если все-таки кто-то из вас собирается спасаться в валюте. А это, наверное, один из единственных способов сейчас пережить некоторую нестабильность наших средств и ужасную, ужасную катастрофическую проблему с падением покупательской способности нашей валюты.

Ну, и, наверное, последнее, что мне хотелось бы сказать, это некий вывод в целом о нашей банковской системе, которая после себя оставляет вот такие бескрайние поля пустых финансовых дыр в наших с вами карманах. Ничего не делает ради нас с вами. Я бы хотел вам сказать, чтобы вы все-таки в погоне за деньгами, за счастливыми миллионами и сотнями тысячами долларов, успевали жить, наслаждаться жизнью, радоваться хорошей погоде, банально, солнцу, которое вокруг нас, понимаете? Ведь это все есть в любой стране и в нашей тоже. Но проблема заключается вся в том, что, к сожалению - к сожалению, не везде инфраструктура сделана так, как нужно, понимаете? У нас безумно красивая страна на самом деле. Очень много есть красивых мест на планете и, зачастую, мы не успеваем с вами насладиться ни тем, ни другим потому, что все гоняемся за прибылью, гоняемся за деньгами, гоняемся за карьерным ростом, за хорошей машиной и не успеваем насладиться просто красивыми солнечными днями. Поэтому, друзья, я желаю вам наслаждаться жизнью, зарабатывать. Улыбаться, быть счастливыми, красивыми, чтобы у вас все получалось потому, что все-таки не только ради денег мы живем. Но мы живем ради того, чтобы быть счастливыми, продолжать человеческий род, развиваться. Вот такая философия у меня сейчас поперла. Солнце, ребята, красота, лето! Помните, как песня: чтобы лето не кончалось. Вот я желаю вам, чтобы лето не кончалось. Ну а я со своей стороны буду вас радовать полезным, интересным контентом, который, надеюсь, поможет вам – даже, что там надеяться, - я верю, что некоторым, а даже, возможно, очень многим из вас он поможет сделать правильный выбор в мире финансов, стать более грамот-ными и более счастливыми.
Читать полностью

Как Остап Бендер ICO проводил

Читать полностью

ICOmeter #1: Казнь Eloplay // Eloplay ICO scam punishment

Веденеев: Друзья-товарищи, приветствуем всех в башне «Око», «Око Саурона» – я бы так сказал.
Алексей: 31 этаж.
Веденеев: 31 этаж, все как положено. Внизу бегают орки-гоблины, чего-то там копошат-ся. С 92 года ни хрена не могут закончить этот, так сказать, проект района высоток. Мы не случайно здесь сегодня собрались по одной простой причине. Дело в том, что многочисленные компании, типа «Blackfield Capital», MMCIS, и масса других, которые мы обсуждали в плане…
Алексей: И даже офис «Телетрейда» здесь недалеко, в соседней башне.
Веденеев: Ха-ха, тем не менее, то есть с чем ассоциируется Москва-Сити? Со всеми са-мыми крупными компаниями-кидалами. И сегодня мы с вами начинаем одну маленькую рубрику. Я думаю, она разрастется также, как разросся этот рынок. Мы ее обозвали ICOmeter. То есть здесь мы будем разбирать те компании, которые выходят на ICO. Конечно, безумно сложно и интересно, а я бы сказал, реально скучно обсуждать IPO, тем более, в нашей стране. Потому что оно всегда привязано к какой-либо бирже, какому-либо выпуску ценных бумаг, какой-либо стране, какого-либо предприятия. Что такое ICO? Это, в принципе, IPO без границ, вообще каких-либо, и юридических, в том числе.
Алексей: И без правил, зачастую.
Веденеев: Ха-ха-ха, абсолютно. Поэтому 90-95% ICO – это сплошное кидалово. И сегодня мы обсудим очередное IPO, но только в мире ICO.
Алексей: То есть, проще говоря, в мире криптовалют. С вами сегодня Александр Веде-неев.
Веденеев: Да, я сегодня с такой модной шпаргалкой.
Алексей: Да, и Алексей Гряцких, но уже без ноутбука. Зато у меня есть мысли. У Саши есть ноутбук, у меня есть мысли. Значит, сегодня мы подвергнем пыткам и издеватель-ствам, и попросту, казни, проект ELOPLAY, который, на удивление, считается рекомен-дованным ISO для размещения туда своей криптовалюты в их токены и прочую всю эту историю. И, более того, с начала ICO они уже собрали 250 000 долларов с наивных хо-мячков. Потому что назвать это нормальным инвесторским поведением я бы, наверное, не стал. Тем не менее, соответственно, сегодня этому продукту и проекту, и команде от нас немного достанется. Почему? Потому что, на наш взгляд, ELOPLAY – это такая компьютерная лига, которая могла когда-то взлететь, но не взлетела. Потом столкнулась с конкуренцией, банально, со стороны других игровых лиг, игровых турни-ров и, в конце концов, тупо с игровыми серверами. А денег инвесторских хочется и поэтому – вуаля – мы выходим на ICO! Готовьте ваши денежки. А к вопросу о ваших денежках вот это все хозяйство получило аж 89 из 10…
Веденеев: Из 100.
Алексей: Оговорился, да. 89 из 100 на портале PROFIT GID. Правда, портал этот указан в качестве информационного партнера на сайте ELOPLAY, поэтому мы подозреваем, что не просто так это произошло. А сейчас мы поступим как типичные инвесторы, а именно, типичные инвесторы что? Ну, вот, условно говоря, есть такая шутка про корейцев, что они смотрят white paper, смотрят…то есть инвесторскую декларацию, инвесторский такой проспект, такой pdf-файл, обычно длиной n-страниц. И смотрят, есть ли знакомые лица в команде. Если вот есть знакомые лица и из white paper что-то более-менее понятно, значит, мы туда денег заносим. Ну и пойдем немножко более серьезным путем потому, что мы внимательно почитаем, что написано в white pepper проекта ELOPLAY. Потому что лиц знакомых в команде мы не нашли. Остается что? Посмотреть, чего они делают.
Веденеев: Но я здесь продолжу один как бы важный момент. То есть я, например, себя сам считаю геймером с большушим стажем. Не буду долго об этом разглагольствовать, но, тем не менее, как это, зачастую, раздражает, когда вы покупаете single-play игру, а туда вносят микротранзакции для того, чтобы сэкономить ваше время. Но, в принципе, вы же покупаете игру для того, чтобы как раз провести в ней хорошо и весело время. А ту вы должны еще купить какую-то другую фиговину, которая должна сократить это самое времяпрепровождение времени, да.
Алексей: Это, так называемая, тактика Play-to-win – не занес бабок, будешь очень долго возиться и будешь…
Веденеев: Да, будешь очень долго там прыгать, скакать для того, чтобы достигнуть це-ли.
Алексей: Убогеньким персонажиком, голеньким...
Веденеев: Да-да, низкий уровень и прочее. Так вот, например, очень многие люди играют, так или иначе, в игры и, так или иначе, слышат о разных турнирах, типа, там по Counter Strike, по StarCraft, и море других каких-то игр.
Алексей: Ну, да, сейчас крупные мэйджоры проходят – вот был в Москве, был в Киеве.
Веденеев: Да, да, но суть в чем основная? Да, действительно, проводятся турниры. Тем более, если мы берем, скажем, вообще мир криптовалюты и, так называемой, игровой валюты, откуда она вообще пошла, эта крипта, то первый, кто подхватил из реальных производителей, это была компания NISSAN…
…которая вместе с корпорацией SONY, совместно, собственно, тренировали бойцов, я имею в виду живых пилотов, сначала в компьютерной игре, а потом даже один из наших русских компьютерных пилотов стал реальным пилотом команды NISSAN. Прецеденты есть, типа, всё круто, всё понятно, но основной рынок вот этих самых платформ, которые у нас занимаются тем, что организовывают разного рода турниры, я имею в виду, компьютерные – стрелялки, гулялки или, там, стратегии и другие игры, даже казуальные – это, в основном, производители того же самого игрового железа и либо контента. Ну, скажем, ELOPLAY я вообще не слышал и не видел даже ни в одной заставке из игр.
Алексей: Ну вот, даже если вы покопаетесь на их сайте, то не обнаружите среди парт-неров чего-то более-менее значимого…
Веденеев: Ну там, не знаю - Warner Bros, Ubisoft
Алексей: Тут дело даже не в этом…
Веденеев: Take-Two и так далее.
Алексей: Дело даже не в том, что там вы не обнаружите, а даже не обнаружите…ладно, допустим, мы там насуем логотипов и представим, что они там вывесили. В какой фор-ме они должны быть партнерами? Почему? Потому что в другом ICO, например, я видел, что, вот мы ведем переговоры с MSI. Ну, с таким же успехом и мы можем с Сашей вести переговоры с MSI. Только чем это закончится.
Веденеев: Главное – ведем.
Алексей: Да, мы можем и с SONY вести переговоры, мы можем вести переговоры с SAMSUNG, но вопрос: чем они закончатся?
Веденеев: Давай, значит, сделаем следующее. Я прочту, что такое ELOPLAY, чтобы народ хоть чего-то понял, о чем идет речь, чего мы наехали на непонятную контору с непонятным названием? Чего и какого хрена она занимается?
Алексей: Тут важный момент, что Саша сейчас будет читать куски из того, что эти люди пишут сами на себя.
Веденеев: Ну, да, то есть это определенный проспект или как там – white papper.
Алексей: Вот то, что white paper называется.
Веденеев: Значит, киберспортивная платформа ELOPLAY.COM позволяет игрокам организовывать и участвовать в турнирах с децентрализованными призовыми фондами. Офигеть! Чего это значит?
Алексей: Продолжай, это еще не конец.
Веденеев: Так, хорошо, это еще не конец. Значит, дальше. Они работают через смарт-контракты и позволяют отдельным игрокам или брендам автоматизировать проведе-ние киберспортивных турниров. А чего, они бы так и сказали, ребята, мы техники, которые вам провода сейчас соединят тут и прокладку сделают между компьютерами.
Алексей: Да, нет на самом деле там если отвлечься от всех этих умных слов, да, потому, что большая часть, к сожалению, у white paper-ов большая часть ICO – это, зачастую, набор умных слов для того, чтобы люди в нем потерялись.
Веденеев: Ну, понятно, давай я еще…
Алексей: Ну, вроде, умные ребята, короче.
Веденеев: Да, давай добью совсем мозг им. То есть команда также внедряет токены ELOPLAY, которые выполняют функцию основной движущей силы экосистемы смарт-турниров.
Алексей: Куда ж без экосистемы-то
Веденеев: Кабздец! ELOPLAY представляет смарт-турниры с децентрализованными призовыми фондами. Они могут быть организованы отдельными игроками, организациями или брендами. Такие турниры работают с использованием смарт-контрактов в сети Ethereum.
Алексей: Эфир, короче говоря.
Веденеев: То есть я, я не…
Алексей: Ну, извини, то, что не знаешь слова Ethereum – это твои проблемы.
Веденеев: Нет, я не сказал про эфир, я просто, ну…
Алексей: Ethereum – он же «эфир»
Веденеев: Да, то есть реально они еще сюда залезут.
Алексей: Ну, потому что, понимаешь, какая история. Сейчас мы, когда закончим все читать, важно понять одну простую штуку. Большинству подобных проектов без упоминания слова «блокчейн», без упоминания слова «криптовалюта», без упоминания слова «децентрализация», никто денег бы не дал. Но в виду того, что есть определенный хайп, в виду того, что есть определенная движуха вокруг этого всего, все тихо сошли с ума и как только люди видят блокчейн, они начинают всюду говорить: а, наверное, эта хрень полезна. Никому не приходит в голову, что, а зачем здесь блокчейн? Вот, давайте, вдумаемся. Там звучала такая фраза, что децентрализованный призовой фонд – ну, ладно, мы сейчас про них отдельно поговорим – смарт-турниры. Чего это вообще?! Вот что обозначает слово «смарт»?
Веденеев: Я должен замочить орков гоблинов или, не знаю, там, звездный какой-нибудь, **ять, десант? Или еще что-то? Ради того, чтобы получить какой-то топ на ELOPLAY? Или реально хорошую…
Алексей: Нет-нет-нет. С токеном, там это, по сути, внутренняя игровая валюта. Это про-сто…
Веденеев: Так, а зачем, если она есть в любой игре и так уже?
Алексей: В том и вопрос. Там возникает масса вопросов, что эти люди, значит, начали мутить воду вокруг блокчейнов, вокруг вот этих смарт-турниров и прочего, не ответив на ключевой вопрос: нахрена там блокчейн? Нахрена там криптовалюта?
Веденеев: То есть какую полезную функцию она для вас выполняет?
Алексей: Она реально, по сути, не выполняет никакой. Почему? Потому что все то, что делается в проекте ELOPLAY, а также во многих других, которые тоже вышли на ICO, на самом деле, сделано уже давно. И по большому счету проект ELOPLAY не заявляет иг-ровые серверы, в конце концов.
Веденеев: Я сейчас, я сейчас еще об… вот, я сейчас еще одну такую маленькую вы-держку, да, значит, из того, что они нам втирают тут. «Смарт-турниры предоставляют собой экосистему на основе технологии блокчейн», то есть вообще ни хера не понятно. Это все равно, что квазиэлибристика, прокачанная до девятого уровня, позволяет мне на хрен уложить всех где-то там в дальнем углу карты. Ни о чем. «…позволяющую автоматизировать проведение киберспортивных соревнований.
Для игроков это совершенно новая возможность самоорганизовываться, собирать
турниры и самостоятельно формировать крупные призовые фонды. Для брендов
турниры предоставляют прямой доступ к киберспортивной аудитории. Это может
быть как активное проведение собственных брендированных турниров, так и
размещение своей рекламы на страницах платформы». Ребята! Вот я вам попросту хочу сказать…
Алексей: Вся эта херня была уже давно в BattleNet-е, как минимум.
Веденеев: Я так скажу, ребята, я предлагаю вам разместить рекламу в селе Коровино, Порецкого района, Чувашской республики, на каждой остановке этого села. Это круто. А теперь вопрос: что за деревня, какое на хрен село и где это находится и зачем мне там что-либо размещать, если о нем никто ничего не знает? Вот, примерно, тоже самое как бы, ELOPLAY – никто об этом не знает, но у нас выгодно размещать теперь рекламу, покупать у нас всякую херню.
Алексей: Ну это такие некие хотелки людей, на самом деле, важные вопросы какие? Значит, со смарт-турнирами…
Веденеев: Я понимаю насчет самоорганизоваться и, типа, это полезно. У нас есть такая вещь, как…
Алексей: Подожди!
Веденеев: …как бы античитерские программы, которые очень многих ребят, также, как и я, например, я в Rainbow Six очень люблю играть. Это такая игрушка, которая не Counter Strike, но это про спецподразделения со сложным определенным интерфейсом взаимодействия команды игроков между собой, где вы должны освобождать заложников, уничтожать террористов и так далее. То есть умная такая игра. При этом, конечно, нас в Сети раздражает одна такая вещь – это защита от читерства.
Алексей: Да, согласен.
Веденеев: И, соответственно, очень многие такие вот программы, которые, типа, за-щищают от читеров, они раздражают тех игроков как я, которые официально купили контент, заплатили за него деньги, играют без всякой читерской фигни. Но при этом эти программы блокируют само подключение к серверам. И, возможно, вот на этом хайпе, скажем, недовольство многих таких игр, ELOPLAY может быть чем-то интересен. Но, ребята, как они решают этот вопрос. Они что нам предоставляют? Закрытый доступ, где вот этой фигни всей не будет, и мы можем спокойно играть? Полагаю, так?
Алексей: Да, нет, ну, положа руку на сердце, смотри, да, мы сейчас к этому перейдем, но положа руку на сердце ELOPLAY – это глобально ничем не отличается от игровых серверов годов 90-х, там, 2000-х. От игровых лиг, которые сейчас – вообще ничем. Я пытался продраться сквозь все это, то есть я полностью прочитал white paper. Там Са-ша тоже в нем покопался, да. И посмотрели, кстати, мы ни хрена не поняли, в чем раз-ница между, условным «BattleNet», годов там 90-х - 2000-х и ELOPLAY сейчас. Вот в чем, в чем разница между тем, что нам сейчас подают как это…подожди, как экосистему, вот некую важную штуку, как экосистема, революция, крипто и прочая херня…
Веденеев: Ничем.
Алексей: …от обычного игрового сервера. Да ничем.
Веденеев: Вот, смотри. Издательство любое, которое выпускает определенную игру, если у него есть определенные сетевые параметры, этой игры – любая. Это может быть онлайн ОПГ, стратегия – не важно. У них есть сетевой режим или multiplayer. Компания-издатель или производители самой игры, они поддерживают игровые сервера до определенного момента времени. Потом говорят, ребята, все, мы устали поддерживать, мы переходим там на следующий уровень, все, это больше не будет никогда поддерживаться. При этом, естественно, многотысячная аудитория, которая говорит, блин, мы хотим играть дальше. Они говорят, ребята, мы не будем поддерживать, все, сервера закрываются. Таким образом, появилась маленькая ниша. И у меня, между прочим, есть один из клиентов в этой нише, который, в принципе, неплохо на этом реально зарабатывает. У него находятся как раз сервера, которые предоставляют возможность таким закрытым проектам со стороны издателей или производителей игры, которые закрывают сервера для поддержки игры, он наоборот их открывает. И таким образом эти игровые проекты продолжают жить очень много лет. Но уже прибыль от этих серверов идет непосредственно тому человеку, который предоставляет этот доступ. И у нег сервера там в Канаде, в Норвегии, во Франции. И он их, в принципе, снимает их под определенную субаренду, да. Где-то у него есть, действительно, свои там сервера, и он предоставляет доступ к таким вот игровым проектам для того, чтобы они могли жить там дальше. А там игроков от пяти до двадцати тысяч человек. И вы представляете, что каждый там платит там за пользование этой темой. То есть можно зарабатывать довольно неплохо. Вот вам один из бизнесов, который реально может быть не привязан к никакой любой точке мира. Я могу сказать, что человек живет здесь, в России. Зарабатывает этим на жизнь довольно неплохо и потом финансирует другие проекты из этого дохода. Но опять же, мы же задаем кучу вопросов. Чем отличается это от того, что мы сейчас вам рассказали, об этом примере, который я вам сейчас рассказал? Чем отличается от основного издателя, а потом от частного предпринимателя, который предоставляет доступ?
Алексей: Да ничем.
Веденеев: Чем? В чем здесь прикол-то? Почему я должен давать на это деньги?
Алексей: Более того, таких проектов, как ELOPLAY, далеко не один. То есть ну вы хотя бы между собой чем-то отличайтесь. Я даже не говорю про игровые сервера, кото-рые… вот чтоб было понятно. Игровые сервера существуют с 90-х годов. В свое время у меня, соответственно, меня есть друг, мы с ним знакомы еще со школы, в свое время он гонял на игровых серверах. Соответственно, электроника адская, которую выпуска-ли Need for speed, и входил в топ-10 мировой десятки. Он в мировую десятку входил. Скриншоты будут, не переживайте. То есть Track Record еще сохранился, он лежит на отдельном сайте, скрины увидите. Ну, он под ником [SB]Serg - вероятно кто-то еще помнит эту всю историю. Так вот, суть в чем. Проект ELOPLAY для того, чтобы гонять в условный NFS на хрен не сдался. Да, понятно, что там другой набор игр, но суть в них в чем? Что, опять же, на фиг все это не сдалось. Все это было, прекрасно работало без блокчейна…
Веденеев: Ну, у Electronics Arts, у них свой абсолютно большой контент сетевой. Он есть.
Алексей: Да, это все равно дало, короче говоря, прекрасно…
Веденеев: Ubisoft, Electronic Arts – на хрена этот ELOPLAY, если у этих ребят все давно схвачено, опыт есть. Ресурсы – самое главное у них есть для того, чтобы создать охре-ненные темы.
Алексей: Да, то есть, по большому счету, получается, что с точки зрения вот игрового сервера и прочего, то разницы нет никакой. Остается какой вариант? Что это потенци-альная какая-то лига, которая могла бы раскрутиться, создавать потенциальные турни-ры, ну, какую-то движуху с этого иметь, естественно, свою копеечку-процент брать. За-шибись, но тут возникает интересный момент в описании. Значит, чтобы было понятно, что такое децентрализованный турнир. Потому что там же написано, как обычно, псев-донаучная галиматья. Я тоже умею такую писать, и Саша умеет. Мы предпочитаем без этого дерьма обходиться, потому что…
Веденеев: То есть простым языком, да, сейчас объясним, что такое децентрализован-ный турнир.
Алексей: Да, мы исповедуем принцип, что, если клиент не понял – не купил. Соответ-ственно, мы привыкли уже изъясняться как можно более просто. А тут наоборот. Кли-ент не должен понять, чего ему всовывают потому, что в противном случае, он никогда и не поймет, то есть не поймет, нахрена все это нужно?
Веденеев: Ну, он просто тупо не даст денег, если не использовать умные словечки.
Алексей: Я больше того, думаю, что проекту ELOPLAY когда-то давали денег инвесторы и потом передумали.
Веденеев: Или обломились просто.
Алексей: Сказали, ну, ребята, ну не взлетает, не взлетает. Они такие – хорошо, мы найдем сейчас 250 штук за пару дней с хомячков – оп! Круто? Круто. То есть в этом плане мы им завидуем, но - тем не менее, децентрализованные призовые фонды. Звучит красиво, по-блокчейновски так, да. Распределенный призовой фонд. Ребята, вот мы с Сашей поучаствовали в хреновой горе децентрализованных турниров. Просто в огромном числе. Любой турнир, где есть взнос за судейство, оргвзнос или взнос на призовой фонд, является призовым. Соответственно, является турниром с децентрализованным призовым фондом. Попросту говоря, везде, где вы скидываетесь какие-то оргвзносы или на призы, у вас децентрализованный призовой фонд. Это отличает…
Веденеев: Все подпольное казино – это и есть децентрализованное…
Алексей: Да, это подпольное казино, это любительский турнир по футболу, это турнир между школами по волейболу.
Веденеев: Да, скидываемся там на ящик пива, сока и так далее.
Алексей: Это домашний турнир по покеру. Я могу сказать, что в 90-х годах, когда еще активно геймил. Вот сейчас Саша более активно геймит, а я так – скорей, посмотреть какой-нибудь крупнейший по Mortal Kombat-у на Youtube там чего-нибудь выложат. Ну и думаешь, вот, круто, пацаны наяривают. Так вот, я в свое время поучаствовал в хреновой горе турниров, децентрализованных, подчеркиваю, с децентрализованными призовыми фондами. Team Fortress, например. В свое время, если кто помнит, был такой легендарный клуб «Орки» в МИСиСе. А точно там же я еще поучаствовал, но уже в доме культуры, в децентрализованных турнирах с децентрализованным призовым фондом «Magic: the gathering». И позже мы как-то обошлись без проекта ELOPLAY, вот как-то обошлись, сука, без блокчейнов и без крипты. Как же, блин, мы жили, а?
Веденеев: Вот вообще, а чем он мне поможет самоорганизоваться, понять не могу? Бу-дильник мне что ли будет поставлять вставать?
Алексей: Да, площадка поможет самоорганизоваться. Да, блин, любая игра, любой иг-ровой сервер может…
Веденеев: Любой игровое содружество, оно самоорганизовывается в сети, само.
Алексей: Раньше люди самоорганизовывались в рамках одного дома. Тянули локалку и вот игровая ника в рамках подъезда.
Веденеев: Все там, контрим всем двором. Да, пацаны, сегодня вечером в шесть часов.
Алексей: Да, все, что были.
Веденеев: Что говорить, я еще когда работал в Цифрограде Элефанте, это в бытность свою наемником по найму, мы вечерочком, бывало, в субботу или в пятницу, часов до 10, бывало, до 11 наяривали на своих компах. У меня там свои компы были. Соответ-ственно, мы наяривали по сетке. Играли мы в Контру, само собой. А потом мы еще в одну такую интересную игрушку, значит, установили, по-моему, Silent Hunter назы-вается. Ну, то есть там типа подводный охотник.
Алексей: Да, была такая, да.
Веденеев: И мы, в общем, на подлодках друг за другом охотились, эхолокация…
Алексей: Слушай, у нас вообще огонь был. Короче, сейчас-то этой темы нет как бы в виду того, что широкополосный доступ, вот это все. А раньше народ заморачивался и тянул сетку между домами.
Веденеев: Да, да, да.
Алексей: То есть когда ты берешь арбалет, наворачиваешь провода, херачишь между домами потому, что, естественно, провода просто так не протянуть. То есть ты берешь большую связку проводов там…
Веденеев: То есть один из компьютеров выступал базой для Сети.
Алексей: Ну, то есть он сервером являлся.
Веденеев: Ну, помощнее компьютер всегда выбирали потому, что нагрузка на сеть идет и, соответственно, к нему все подсоединялись и мы рубились в ту или иную игру. Это была либо Контра, либо какой-нибудь там…
Алексей: Ну, когда было лень заморачиваться, были игровые клубы. Они, кстати, до сих пор есть.
Веденеев: Да, они тоже, дали.
Алексей: И все это жило, сука, и блокчейна.
Веденеев: И мы реально в какой-то пятничный вечер шли там после работы, там, учебы или институтов, и там человек пять, вот мы играли там. Как раз я тоже первый раз на таких дорогих крутых компьютерах мы поиграли как раз вот в эту игрушку Rainbow Six, где радуга, да, то есть подразделения, состоящие из разных бойцов разных стран. То есть они могут даже разговаривать по-разному. У каждого есть своя специализация. Мы играли реально по сети, это было круто. Когда вас там 4-5 человек подразделение, вы между собой взаимодействуете. Мы до этого в клубе играли и там, условно говоря, один стол из шести человек сидит на одной стороне, вторая команда сидит на другой стороне. Вопрос: чем мне вообще… я не могу сказать, что было плохо.
Алексей: Да зашибись было.
Веденеев: Проблемы, вообще, то есть проблемы с этим не было – сорганизоваться, пойти поиграть, получить удовольствие, заплатить за это деньги. Участвовать в каких-либо турнирах, типа, там от компании ASUS и прочее. То есть, есть реальные…
Алексей: Слушайте, я вот могу сказать…
Веденеев: Смотри, можно найти в Интернете реальное видео по этому поводу. Воз-можно, где-то в Игромании тоже есть, где-нибудь там, в архивах. Пацану было 14 лет, у него опекун - дед. Все, естественно, думали, что он занимается херней. Потом парень попал в команду, как раз, по-моему, по Контре. Слушайте, парень стал зарабатывать по 14 000, примерно, по 15 000 долларов в месяц. Ему официально, он стал представителем команды то ли ASUS, то ли какой-то еще такой известной компании, и ему реально платили за это деньги. То есть у ребят тренировки, как у качков. Они тренируются, потом выступают в турнирах, у них есть заменный состав, если чего-то с кем-то там произошло, там, не знаю – лег по здоровью или он просто говорит: ребята, не могу на этой карте прыгать, скакать. У другого там лучше получается на этой карте и с этим оружием работать. Соответственно, это реально тренировки, реально ребята занимаются, заморачиваются, делают.
Алексей: Нет, ну это поэтому так и называется – киберспорт с приставкой «спорт», что это…
Веденеев: При этом, товарищи, это все без всякого ELOPLAY происходило и продолжает происходить. Я не вижу здесь проблемы. То есть я не вижу такой проблемы, что она решает.
Алексей: А там есть одна важная история, там вот посмотри, у тебя в куске white paper-a это есть.
Веденеев: А, вот!
Алексей: Что без ELOPLAY…
Веденеев: Подожди, «Смарт-турнир - это единственная возможность для непрофессио-нальных игроков принять участие в соревновании с крупным призовым фондом». Ребя-та!
Алексей: Это наглое просто беспрецедентное вранье.
Веденеев: Абсолютно! Если бы игровой индустрии нужно было, чтобы в ее игру играли только гребаные профессионалы, она бы ни хрена ничего не зарабатывала. Что вы по-нимали, игровая индустрия по данным какого-то мохнатого года прибавляла в год по 28 миллиардов долларов. Вы представляете, какая это сумма. И продолжает прибавлять потому, что сейчас появились эти очки виртуальной реальности, стали более интересные игры по ходу темы все происходить. И по сети с друзьями можешь. Бегают придурки такие в очках по комнате. Ты думаешь, чего происходит? Сам одеваешь эти очки и охреневаешь, что там происходит.
Алексей: Короче говоря-то, еще даже в 90-х люди ухитрялись без ELOPLAY, без смарт-турниров и прочего, выходить в элиту. Просто тогда в самой индустрии было гораздо меньше денег. Но уже тогда было достаточное количество турниров. Я приводил при-мер Serg[SB], гонявшего в NFS, уже тогда хватало в целом турниров. Просто все это сжирало время, и многие уходили из киберспорта потому, что это не приносило денег. И это единственная причина, по которой, в общем-то, люди это бросали. Если бы это приносило денег, возможно, мой бы одноклассник сейчас бы ездил там по турнирам, по Кореям, по там, не знаю, по США и так далее, и просто мочил бы там, стабильно входя в призы и в очки. Вот в чем вопрос. Все это было прекрасно и без вот этой фигни вокруг блокчейна. И когда нам говорят, что это единственная возможность… Ребята, есть Youtube, есть Twitch, ты можешь записать свои…
Веденеев: Ну, опять же, вот эксперимент с NISSAN, с этими гонщиками.
Алексей: …свои стримы и прочее.
Веденеев: Я, например, не знаю, что NISSAN снова набирает гонщиков в свою команду, доукомплектовал, то турниры проводили Electronic Arts, UBisoft и так далее, они так и проводят, и там могут принять участие любой, кто просто вот зашел и зарегистрировался. Сначала проходит онлайн, то есть по всему миру много миллиардов людей тупо рубятся через приставки, через компьютеры, они рубятся. Проходят определенные турниры. Они начинают побеждать, да, они, соответственно, растут. После прохождения одного турнира, они идут на следующий, на следующий, а потом, в итоге, мы видим, как ребята становятся профессиональными  киберспортсменами. Но здесь они говорят, что это единственный способ с большим призовым фондом поучаствовать в турнире в том, в котором никто играть не умеет. В чем прикол? В чем прикол – это даже неинтересно смотреть самим же. Я не умею застрелить чувака в голову из снайперской винтовки. Напротив меня такой же дебил, который не может застрелить. У нас раунд, ребята, будет три часа идти. В чем прикол? Это неинтересно смотреть, неинтересно, ни рекламы, ничего. Это скучно, дебильно.
Алексей: Там все прозаично. Просто, знаешь, как говорят, есть же принцип: «не нае**шь, не проживешь». Вот здесь тоже самое. Причем, опять же, какой момент, что помимо того, что есть там Youtube, стримы и прочее, то есть тебе уже есть куда вы-биться в люди, но по большому счету, чем бы мог стать проект ELOPLAY, но чем он явно не собирается становиться – это проект, так называемых низших лиг. То есть для тех, кто, может быть, не знаком с структурой американского спорта, там это как выглядит. Есть некая иерархия, очень важный момент – забыли сказать, что когда звучит применительно к слову «децентрализация», это означает ровно одно – любительский спорт. Это никогда не профессиональный. Потому, что любой профессиональный спорт стремится строго к централизации. Меньшее количество лиг, меньшее количество команд, больший процент профессионалов, их именно с большой буквы, больший процент звезд для того, чтобы что? Бабки, трансляции, зрители, спонсоры.
Веденеев: Чтобы это смотрели.
Алексей: Да, чтоб это покупалось. А когда мы говорим «децентрализация» - это означа-ет что? Что херова гора непонятных людей.
Веденеев: Попросту говоря, если мы берем вот сервис, например, Amazon TV, Netflix. Ребята, сейчас идет реально прямые трансляции, прямы трансляции игровых турниров. Их покупают эти сети и транслируют.
Алексей: Но кто там играет? Про- уровень.
Веденеев: Про-, профессионалы. Вот даже DOTA 2. Заполонили. Я не фанат этой игры, да, но, тем не менее.
Алексей: Даже я смотрел.
Веденеев: Но заполонили все и говорят, чуваки, бот, который разработала какая-то команда, то есть робот, он играет лучше, чем люди. Это же охеренно, да, там, начиная с первой сети и заканчивая искусственным интеллектом – это просто тупо интересно посмотреть. А теперь представим себе вот эту вот фигню с непрофессиональными лигами либо низшего уровня. Это и так было неинтересно. Зачем?
Алексей: Нет-нет. Тут возникает вопрос, что низшие лиги, в принципе, все равно нужны. Почему? Потому что низшие лиги…
Веденеев: Из них вырастает потом…
Алексей: Да, низшие лиги поставляют материал для высших лиг.
Веденеев: Да, сырье, скажем.
Алексей: Но для этого вы должны позиционировать себя как – мы, низшая лига, как ступенька к профессионалам. Но для этого у вас должны быть что? Партнерские отношения с высшими лигами, партнерские отношения с крупными командами, со спонсорами.
Веденеев: Чтобы, когда выделили в иерархии низших лиг кто-то вышел наверх, он не вышел в никуда, а продолжил какое-то свое движение. То есть, понимаете, они дей-ствуют по принципу нашего образования. Выпускник вышел после института на улицу и на этом все закончилось. Чего он там пять лет просрал в своем институте, непонятно. Его никуда не направляют, его никак не ведут, ни одна из компаний не борется за то, чтобы нанять его на работу. Более того, например, в американской системе образова-ния, пусть она платная, я не говорю, что она совершенна – нет. Но, ребята, там на любой кошелек, во-первых, есть вариант, а второе – там реально компания борется за выпускников.
Алексей: Курса со второго, причем.
Веденеев: Да, они начинают их сами обучать, они дают им задания, берут их на практику, а потом вообще нанимают на работу, просто покупают. Даже, бывает, с четвертого, с третьего курса уже сразу их забирают, даже не заканчивают они там эти институты. И это люди знают и потом это как пример для того, чтобы следующие выпускники к ним приходили на то, чтобы там…
Алексей: Это, по сути, такая же система о привлечении…
Веденеев: О привлечении студентов. А посмотрите, пожалуйста, вообще вот, особенно, этот вопрос родителям, у которых якобы дети-бездари играют в компьютерные игры. Посмотрите, пожалуйста, товарищи родители, куда вы хотите отправить своих детей. На обучение – я имею в виду. Какое образование вы хотите им дать. Вы хотите, чтобы ваш ребенок просрал пять лет жизни, а вы своей собственной пять лет жизни или шесть лет жизни и кучу бабла, для того, чтобы ребенок получил образование, которое ему на хрен не нужно и никак его не прокормит. Куда потом он пойдет? Кто будет бороться за то, чтобы он устроился именно в эту компанию или в эту корпорацию? Куда вы готовите своего ребенка? Вы хотите, чтобы он жил лучше, но вы посмотрите, ну, реклама у нас - привлечение абитуриентов. Я нигде не видел, чтобы хотя бы один институт сказал: наш выпускник, короче, работает вот так-то.
Алексей: Слушай, ну, они говорят, но это все обычно…
Веденеев: Леш, реклама следующим образом звучит. В нашем институте чемпион мира по киберспорту учился. В нашем школе, там, не знаю, Владимир Владимирович Путин обучался. Ребята, это никак не характеризует школу. Вот реклама такого рода, что Петр Семенович возглавляет одно из подразделений Газпрома, он учился на нашем факультете по государственному управлению, короче там, менеджменту госпредприятий и пошел работать по специальности конкретно вот в эту компанию. Дальше его карьерный рост и т.д. Вот это показатель. А когда мы говорим, что у нас учился там Вася Петечкин и он создал какой-то новый Гуглонет или GenCoin, мать его. И мы такие – вау, как круто! А потом, если посмотреть, где он учился. Учился он вообще на художника, учился он на двойки и его пытались, как говорится, вообще исключить из школы или из института.
Алексей: То есть попросту говоря, школа, образование и так далее, здесь ни при чем. Тоже самое происходит здесь. По-хорошему, что должно быть, как делается в нор-мальной схеме в американском том же спорте. Есть высший уровень. Это профессио-нальные команды там. NFL, NHL, NBA и так далее. Есть лиги ниже, например, студенче-ские лиги, типа NCAA или там AHL, например, в хоккее, который определенного рода аналогом может служить, ECHL и так далее. И они как бы по лесенке забираются, но весь этот процесс по лесенке задокументирован. Это, так называемый, Track Record или ваш персональный там… у боксеров это просто record называется, например, да. Когда все это записывается – с кем вы играли, как играли и так далее. И это передается наверх и является, в том числе открытой статистикой. Но, более того, бывает специальная, так называемая scouting report. То есть это когда специальная служба скаутов, которые… вот где, по идее могла бы быть взаимосвязь с крупными командами, что определенные скауты или автоматические отсылки определенных отчетов в те или иные команды, в те или иные, ну допустим, спонсоров, если при них есть, так называемые, заводские команды, если так автогонками это все объяснять. Вот, что они, им уходит информация. Ребята, посмотрите, вот этот перспективный, вот этот. Вот тогда это был бы инструмент промоутирования игроков. Игрокам было бы понятно, зачем в ELOPLAY идти. Потому что меня скауты посмотрят, заметят, поднимут в лигу выше. Бах, бах – и вот я звезда. Ну, как это в спорте происходит. А тут чего? Децентрализованные турниры с призовым фондом в 10 000 долларов. Причем, замечу, это 10 000 долларов, собранные за полтора года.
Веденеев: Смех.
Алексей: И 3000 турниров. Ну, как бы, хер с ним. Понятно, что…
Веденеев: Ребята, компьютеры, на которых рубятся в крутые игры, стоят гораздо до-роже 10 000 долларов, друзья-товарищи.
Алексей: Но дело даже не в этом. Дело в том, что, а на чем вы будете зарабатывать? Теперь вы кинете инвесторов потому, что ваш процент, ваш эскроу, ваш fee, который вы берете, 8%. За полтора года вы заработали 800 долларов. Ну охренеть теперь. Дайте нам, пожалуйста, 250 000 долларов в крипте за два дня после этого. Тут какой еще важный момент. Что все эти ребята из ELOPLAY, они, значит, внедряют токены внутри для там оплаты. У них есть токен внутренний, есть токен, который еще продается на, соответственно, будет продаваться на бирже, который вы будете покупать и который будет давать некоторые права. Уже как бы странная фигня, ну, да ладно, как бы. Плодятся токены, там пойди разберись, как они между собой работают. Ладно, забили на это. Будем считать, что мы недостаточно умны для их хитрой схемы. Тем не менее, возникает вопрос. Если токены можно потратить на рекламу, на организацию турниров, на всякую такую фигню, где конвертационный курс этих токенов в то, что будет? Потому что, как мы знаем, это же, по сути, программа лояльности. У вас есть баллы, вы можете на них чего-то потратить. Супер, только теперь, давайте, вспомним, на что мы можем потратить, например, баллы Аэрофлот-бонус или там баллы какой-нибудь Газпромнефти, или BP. До хрена ли мы можем что-нибудь купить на эти баллы? Как показывает практика, для того, чтобы купить билет или кофеварку на эти баллы, нужно потратить год, а иногда и не один, чтобы тупо эти баллы…
Веденеев: Если говорить, друзья про Аэрофлот-бонус, те, кто много летает, а я доста-точно много летаю, там не все так просто. Там очень даже хитро, друзья.
Алексей: Да, и баллами там и тоже не целый билет оплачиваете, вы оплачиваете за не-го…
Веденеев: Для тех, кому интересно, вы потом в каких-то других видео про путешествия я расскажу об этих вещах. А сейчас хочу сказать вам об одном, скажем, декларирова-нии намерений ELOPLAY, которые, значит там, всего из трех строчек состоит. «ELOPLAY позволяет организовать смарт-турниры и участвовать в них». Ну, то есть просто можно было сказать: ребята…
Алексей: Мы игровой сервер.
Веденеев: Да, это можно сделать и без них. «Размещать рекламу на ELOPLAY». Я не знаю, кому нужна реклама в совершенно неизвестной деревне или сервисе, который никто не смотрит.
Алексей: Да, обратите внимание на количе
Читать полностью

ICO и криптовалюты #1: Криптохайп и ICO-лохотрон VS грабеж государства и мошенники в банках (18+)

Гряцких: Уважаемые зрители! Сегодня с вами на канале Александр Веденеев.
Веденеев: И Алексей, злобный маркетолог.
Гряцких: Гряцких, его фамилия. Тем не менее, важное предупреждение. Уберите, по-жалуйста, детей от экрана, беременных женщин, лиц с нестабильной психикой и тех людей, кто верит в православный блокчейн, священное ICO и чего у нас?
Веденеев: Учет еще.
Гряцких: И божественную крипту.
Веденеев: Ха-ха-ха, да. Ну а я со своей стороны хочу сказать и предупредить всех, что все-таки криптовалюта, это наша обыденность уже скоро будет. То есть следующий виток развития финансовой системы в мире. Разнообразные токены, обеспеченные неизвестно чем и неизвестно как, но, тем не менее, для многих людей - это непонятная вещь, но я скажу, что все-таки за этим будущее – раз. Это следующий виток развития финансовой системы – два. Третье. Несмотря на все хорошие начинания и непосред-ственно хороший посыл всей этой темы криптовалюты, вокруг нее, то есть её задачи, цели и мечты, которые нас с вами, обычных людей, должны освободить от ига корпораций и сделать обмен деньгами, ценностями беспрепятственный и безграничный. Ну, в общем, приблизить нас к тем современным фантастическим фильмам, где, собственно, везде одна и та же ценность в виде валюты или платежного средства.
Гряцких: Да, один кредит какой-нибудь.
Веденеев: Да, ну что-нибудь, да, там – шашки, крышки там.
Гряцких: Но это были хорошие новости, и они закончились. Плохие новости заключаются в том, что хайп вокруг ICO, биткоина и прочая фигня, эта та вещь, которая уже была в истории и не один раз. Как показывает вся эта история, что хайп – это такая вещь, которая имеет свойство очень быстро сдуваться и, зачастую, с хреновыми последствиями для тех, кто в этом не успел вовремя поучаствовать, а зашел в конце. Что имеется в виду? В 90-е года, когда в России только появилась более-менее свободная финансовая система, чего? – каждый первый-второй выпускал акции, векселя, облигации и чего только нет – кучу матерных слов на эту тему.
Веденеев: Самое главное было – ваучер.
Гряцких: Да, то есть обмен ваучеров и прочая история. Чего происходило? Куча народу становилась эмитентами, выпускало всю эту историю, потом уходило в закат с вашим баблом и махала вам ручкой. Да, прекрасная фирма «Властилина», прекрасная компания «МММ», которая до сих пор живет.
Веденеев: «Хопер-инвест», ха-ха-ха.
Гряцких: «Хопер-инвест», все мы в «Хопре».
Веденеев: «Олби» - рыжий дипломат, меня даже в школе дразнили потому, что у меня был рыжий дипломат. Я помню эту компанию «Олби».
«Ну, вот, я и в «Хопре». Я к Вам, Катя, за акциями пришел». - «Прекрасно».
«Первого ноября в Москве, в Доме Союзов, начинается открытая продажа акций «Олби дипломат» - самой крупной сети супермаркетов России».
««Хопер инвест» - отличная компания». – «От других».
««МММ-инвест» - сделайте ваш ваучер золотым! Доверяя свой ваучер «МММ», вы дове-ряете свое будущее лидеру российского бизнеса. В «МММ» не проблем. Нас знаю все. Мы смогли заработать деньги для себя, мы сможем заработать их и для вас. Мы сдела-ем ваш ваучер золотым!»
Гряцких: Да, то есть эта вся история закончилась тем, что все в этом охренеть как разочаровались, а акции, облигации и прочее стали обыденностью, но для людей, которые в этом уже разбираются, а не для тех, которые решили, что деньги можно сделать из воздуха, достаточно их отнести любому дяде. К сожалению, эта схема не работала никогда и не будет работать никогда. Единственное, кто на этой схеме всегда зарабатывает, это тот самый дядя, которому вы отнесли деньги. Но этот хайп был не единственный. Потом, значит, хайп был вокруг маркетинга и  рекламы. У меня друг говорил, что, если где-то в середине 90-х годов, что, если ты работал в рекламе, а особенно, если ты считал медиапланы, бабы давали тебе сами собой. И это, в принципе, имеет под собой основание - потому что посчитать завалящий медиаплан могло стоить десятку грина. Два дня работы – десятка грина. Нормально, да? Это голубая мечта любого инвестора. Но этот хайп очень тоже быстро закончился, и работа в рекламе стала совершенно примитивным убогим ремеслом, зачастую, где об тебя вытирают сапоги и говорят, что надо делать. Потом был хайп вокруг IT. Все, сука, должны были в IT. Войти в IT. Вот сейчас вот это на Украине, вот это вот – «войти в IT», «стань IT-нацией» и прочая хрень.
«Ни к чему нам трактористы, инженеры и юристы, агрономы не в чести, все хотят слу-жить в IT»
Гряцких: То есть куча восторженных хомячков побежала в IT, чего-то стали кодить, по-том поняли, что, сука, в кодинге тоже есть конкуренция, и просто чего-то лобать на PHP, на Java, на С# и так далее – мало. То есть чего? Было много шальных бабок, огромные зарплата – раз. Огромных зарплат нет. Они особо огромные у незначительного числа людей. Что у нас было далее? Далее был бум мессенджеров, биг-даты, чат-ботов и прочего говна, ну, естественно, связанного с IT. Чего в итоге? Бум очень быстро стух. Сейчас боты толком на хрен никому не нужны. На big data все уже насрали и поняли, что это работа с данными и не более чего. Просто данных стало побольше чуть, посложнее. Мессенджеры, ну, там появляются люди, которые каждый раз хотят натянуть там Viber, натянуть Whatsapp и натянуть там Facebook, но как приходят, так и уходят. То есть все это тоже заканчивается.
Веденеев: Но, если мы говорим вообще про историю, это первые вообще у нас были пейджеры. А после пейджеров пошли уже эти сотовые мобильные телефоны.
Гряцких: Да, когда только сотовые появились, это же сумасшедшая движуха была. У тебя есть сотовый телефон. Охренеть, все там.
Веденеев: Все, размер с кирпич.
Гряцких: Можно было положить телефон на стол и девки все понимали – у тебя 25 сан-тиметров. Надо бежать. Сейчас, если вы положите телефон на стол не произойдет ров-ным счетом ничего.
Веденеев: Абсолютно.
Гряцких: Соответственно, вся эта движуха вокруг крипты, ICO – она временная. Потом это либо маргинализируется, ну, как вот, например, с ценными бумагами, где там есть небольшое число людей, в этом разбирается и как бы, конец. Либо это все станет ча-стью повседневной жизни, как вот те же самые мобильные телефоны. Ну, есть и есть, ну вот, они существуют, ну мы с ними живем. Но пока все с этим носятся и все хотят личную крипту. В правительстве уже думают, что надо выпустить личную крипту. Вот у нас вице-премьер Шувалов с этим носится. Носится правительство Эстонии. Десять крупнейших банков объединили, чтобы зафигачить свою криптовалюту. Ну, потому что бабло идет мимо них. Надо успеть, надо, сука, успеть. И чего дальше? А, значит, Мавроди проводит ICO и выпускает свою какую-то там крипту, чего-то там мутит вокруг биткоинов, эфиров и чего-то своего. Значит, модели уже проводят свои ICO, там какая-то телка из штата, девица из штата Айова или чего-то в этом роде, проводит ICO вокруг компании, которая на блокчейне будет продавать марихуану. Нормально так.
Веденеев: Ха-ха, ребята! Они соберут много денег, я отвечаю.
Гряцких: Главное, при чем здесь блокчейн? Потому что хайп еще вокруг блокчейна. Все должно быть в блокчейне, все ***** должно быть увешано блокчейном. А экономика до блокчейна – уже посрать. И на отдельных конференциях смотришь, там люди говорят: вы знаете, а вот мы считали затраты с блокчейном и без. Так блокчейн дороже выходит. Мы такие: ай, нет, с блокчейном должно быть зашибись.
Веденеев: Ха-ха, так.
Гряцких: Да, потом, соответственно, Герман Стерлигов открывает криптобиржу. «Али-са», помнишь? Если вам меньше 20 лет, вы это не помните. Но в девяносто, по-моему, третьем году, Герман Стерлигов уже открывал биржу «Алиса». Это тоже было эпичная хрень, как это? Как бы сказал Оксимирон – историческая *****, причем, с ударением на слове *****.
«Звучит как очередное эксцентричное шоу от легенды российского биржевого дела Германа Стерлигова, который еще в далеком 1990 году был одним из учредителей пер-вой в России товарной биржи «Алиса». Имя собаки Алисы вновь всплыло. Первая мос-ковская криптобиржа также названа в ее честь, а трафарет с силуэтом собаки, красует-ся на стене здания».
Гряцких: Дальше. Причем, ICO проводят абсолютно все. То есть люди ради ржаки, ради ржаки, выпустили, провели ICO продуктов под названием HUINYA, оно именно так и называется, поэтому это слово в этот раз мы не запикаем и, соответственно, ICO AHOLEE, ну, латиницей написано. Люди собрали бабло под это. Ни продукта, ни хера – ничего. Просто народ поржал и посмотрел, сколько хомячков поведется. Хомячки по-велись на не очень значительные суммы, но факт того, что повелись. И при этом что происходит с криптой, вот это вот на ICO, и вся эта херня? Все должно, сука, расти. Как вот акции «МММ». Леня Голубков рисует летящий в космос график акций. У-ии, проле-таем сапоги, пролетаем автомобиль, пролетаем квартиру, пролетаем загородный дом в Испании. В стратосферу, на хер, летим на космическом корабле в Марс. То есть по-другому никак. При этом вся эта прекрасная секта крипты и вся эта секта блокчейна и все, мало думает о том, чего происходит в реальности. А в реальности, например, 15% криптовалюты спи***но у людей, либо выманено мошенническим способом. Ребята, это масштаб тех…, это масштаб денег, вот этих вот, украденных, он реально очень большой. То есть я не уверен, что в обычных деньгах такое количество вещей в такие короткие сроки воруется. Имеем далее. Теперь, чтоб было понятно. Значит, так как сейчас это все новое, то нет никаких правил. Нет никаких правил – это вот вам доста-точно посмотреть, как выглядела старая добрая MMA, когда можно было выбивать друг другу глаза, ломать руки, ноги, колени. И это было по-своему прикольно.
Веденеев: Потому что это же бои без правил, какие там правила?
Гряцких: Да, но есть один момент. Это прикольно ровно до тех пор, пока тебе руку-ногу не сломают, да, какой-нибудь более подготовленный товарищ. И сейчас, примерно, такая же история происходит, что куча восторженных хомячков, не имеющих никакой финансовой, ну и вообще, даже умственной подготовки, идут на этот рынок и думают, что сейчас я закуплю биткоины и всё – уау, в космос! Пролетаем квартиру, машину и останавливаемся на загородной вилле, где-нибудь в Майами. В реальности – как пойдет. Потому что достаточно посмотреть, например, биржи BTCe. Закрыло ее правительство, бабки испарились. Кто-то вывел кучу бабла прямо перед закрытием, явно зная инсайдерскую инфу, и теперь только сказками кормят, что сейчас откроемся, сейчас вернем, сейчас все будет, сейчас где-то кэшем, сейчас где-то битками, сейчас где-то эфиром вернем. Короче, пацаны – все будет. Все это круто, если бы не одно «но». Ровно тоже самое говорила владелица компании «Властилина», по-моему, в 93-м или 94-м году своим вкладчикам, которых она пачкой кинула через болт за месяц, людьми, которые стояли над ней. А это, если я не ошибаюсь, была Подольская ОПГ. А над Подольской ОПГ стояли люди вот с такими вот, со звездочками на плечах. Но которые не нарисованы, а, знаете, вот из металла делают. Они блестят еще так красиво. Там, полоски там. Все здорово.
Веденеев: Ну, ты еще фамилии назови, чтоб понятно было просто. Ха-ха-ха.
Гряцких: Фамилии? Ну, слушай, там…
Веденеев: Ха-ха-ха.
Гряцких: Ладно, вырежем это из видео на хрен. Ха-ха-ха. Короче, давайте так, ребята, чтобы по-чесноку. Биткоины, эфиры и прочая история – это реально то, что сейчас вы-глядит как финансовая пирамида. А финансовая пирамида – это такая вещь, на которой можно охрененно срубить, просто охрененно срубить, если ты знаешь, когда войти и когда выйти. Если ты не знаешь, когда выйти, то, скорее всего, будет позиция, как Саня любит ее называть: конь в тебе. А конь может войти глубоко и жестко, и без смазки. И когда выйдет, вы, как бы, вам будет очень плохо, и вы будете потом постоянно навещать врачей. Поэтому вы должны понимать, что, если вы закупились битками, особенно от души эфиром, там, биткоин кэшем и прочим, вы должны четко знать, когда выходить, как эти бабки вывести. Как их вывести в платежное средство, то есть в деньги настоящие, либо там в ценные бумаги, либо в активы. Потому что просто сами по себе битки – это такая субстанция, которой пока… Смотрите, по большому счету ICO, массовая продажа токенов и прочее, она ничем не отличается от того, что мы с Саней когда-то делали в школе, ну, в разных школах, это – продавали вкладыши от жвачек сразу большую коллекцию. Если ее продать за деньги, она много стоит - но если ее не продать за деньги, то она стоит ноль.
Веденеев: Ноль.
Гряцких: Ровно как с недвижкой. Если у вас есть квартира, пока вы ее не продали, цена ее ноль.
Веденеев: Ноль. Потому что в реальные деньги – это достаточно тяжело продать её. Я могу добавить с точки зрения образования про то, что такое фондовый рынок и что такое ICO.
Гряцких: Но это мы чуть позже сравним ICO и IPO. Но суть в чем, что, по сути, вам про-дают фантики. Фантики ничем не обеспечены, кроме генерации электричества. И вы должны очень четко понимать, что…
Веденеев: А даже генерация электричества, Леша, не обеспечена потому, что это в принципе участники любого сообщества, которое говорит, вот, давайте, у нас вот это вот токен, вот это вот валюта наша шишка-мышка будет стоить 100 долларов. Да, я го-ворю: 100 долларов. Ты говоришь: 100 долларов. Да, все, она имеет цену 100 долларов. А вот другие говорят, что она стоит 50 долларов. И мы такие – *****, нам же нужно 100! Но они говорят: только 50. Окей – мы соглашаемся потому, что они могут сказать, что она вообще может стоить ноль. То есть не просто сказать, а проголосовать своим, собственно, капиталом. Да, и если она будет ноль, то она будет ноль. Если там 10-20-30-100 человек скажет, что она будет 150 долларов, значит, она будет 150 идти.
Гряцких: То есть важный момент, что по большому счету вся эта крипта и токены, это абсолютно похожая вещь на игровую валюту. Когда вы покупаете доспехи бога, штаны дьявола, подгузники ангела и прочую хрень, да, для каких-нибудь игр и прочее, вы покупаете это за реальный кэш. Но за реальный кэш, который переводится в крипту, потом вы это покупаете, но тем не менее, вы за реальный кэш заносите, да.
Веденеев: Ну, то есть виртуальные деньги, которые вы… это, кстати, для того, чтобы люди понимали, а среди нас много людей, которые росли на играх, то есть геймеры. И дети у вас тоже играют в приставки и компьютерные игры на PC. Это банально, допу-стим, Sony network и Xbox Lite. Это две сети, где сообщество геймеров и игроков име-ют, так называемые, что? Аватары, то есть свои цифровые копии, которые там покупают себе квартиры, покупают себе машины, какие-то драгоценности. То есть они обставляют свою виртуальную жизнь ровно также, как это делаем мы в реальности. И, заметьте, за те же самые реальные бабки. Просто они эти реальные бабки превращают в виртуальные и потом путем покупки виртуальных денег, они уже внутри игровой структуры социальной, могут себе позволить купить игры, пригласить друзей домой, потусить там и так далее, и тому подобное.
Гряцких: При этом важно понять, откуда вообще все это взялось и во что это выроди-лось. Потому что любую хорошую вещь человечество умеет что? Изговнять.
Веденеев: Изговнять.
Гряцких: И превратить в абсолютно абсурдную хрень, даже если она была придумана изначально здраво. То есть в чем история? Да, то есть крипта – это в хорошем плане какое будущее? Крипта, вот эта вся история с блокчейном. Почему? Потому что регуляторы, банки, финучреждения и прочие ребята вокруг правительства и государства сделали все, чтобы охереть как затруднить жизнь гражданам. Быстро бабки не перевести, быстро документы не получить, деньги у тебя могут зажать, не выдать, арестовать. Особенно, если у государства деньги заканчиваются, вот как у нас сейчас в России, то поводов спереть у вас деньги у государства становится гораздо больше.
Веденеев: Все верно.
Гряцких: И, соответственно, в идеале крипто бы распределенные эти реестры убрали бы вот этот вот риск, что государство говорит: вы знаете, нам нужно ваше бабло. И вот как в 91 году, когда вот этот вот принудительный обмен был денег. Ну, не все помнят и, может быть, не все читали. Но дали ровно два дня на проведение деноминации гражданам. Не успел? Все, твои бабки сгорели.
Веденеев: Ну, да, твои проблемы уже.
Гряцких: И в результате чего? Огромное количество населения России осталось без денег и без штанов, хотя на сберкнижке лежало огромное количество денег. Вот это абсолютное скотство, которое может вытворить государство. И в этом, в принципе, и миссия крипты и иных штук, чтобы обойти эту хрень. Но что произошло? Естественно, все это превратилось в херню очень быстро. Почему? Потому что программеры решили, что мы можем создать новый дивный мир вне государств, некий виртуальный новый дивный мир, где будет все хорошо, все классно и будет до хера блокчейна, шлюх, там, не знаю, ништяков и прочего.
Веденеев: Но идея-то, в общем-то, благородная. Они хотели так, ну и я бы тоже хотел. Но вам нравится, когда вы приходите в банк, вам говорят – объясни-ка, откуда у тебя деньги, иначе мы их тебе не выдадим.
Гряцких: Да, или, когда вы приходите получать кредит, а тебе говорят, вот, штаны вы-верни, попку раздвинь, мы там сейчас всё изучим и еще миллион документов нам при-неси.
Веденеев: Или там честно заработанные средства, которые вам перечислили на ваш же банковский счет, вы вынуждены отдавать от этого там не один десяток процентов, что-бы – первое: получить свои деньги в срок, использовать их дальше в бизнес, ну и вооб-ще. То есть вас постоянно везде обдирают, придумывают какие-то непонятные процен-ты, какие-то комиссии, которые прям вот так…
Гряцких: Причем, в одностороннем порядке.
Веденеев: В одностороннем порядке. То есть это все банки имеют право делать это в одностороннем порядке, не предупреждая вас. Причем, плевать на все ваши vip-обслуживания, приват-банкинг и так далее. Насрать, там все время вас пытаются в этом плане поиметь. Очень часто. Соответственно, когда вы пытаетесь, не знаю, кому-то перечислить там деньги или оплатить товар за рубежом, вы прекрасно знаете, в нашей стране ни хера не производится ничего такого, чтобы мы могли себе позволить. Дабы просто тупо мы сейчас сидим снимаем, на что мы пишем? У нас нет вообще.
Гряцких: Все импортное, всё.
Веденеев: Всё импортное. Даже лодка, на которой мы плывем, все, мать его, импорт-ное. Телефоны – все импортное. У нас нет ничего русского. А теперь представим себе, что мы хотим это купить, заказать на том же самом там, не знаю – AliExpress или там…
Гряцких: Ebay.
Веденеев: Ebay, и так далее. Так нам не дают этого сделать, с нас обдираловку дерут.
Гряцких: Так говорят: давайте, там взносы. Одно – взнос, другое, налоги.
Веденеев: Да, давайте там, таможенные сборы и все остальное.
Гряцких: То есть государство нам говорит: мы обосрались, но денег мы возьмем с вас.
Веденеев: Да, и у меня вопрос: какого хера я должен платить за товар, который нужен мне для моего пользования, государству, которое ничего не сделало для того, чтобы этот товар мне доставить? Ничего не сделало. Оно просто изгадило все производство и говорит, нет, короче, если ты хочешь иностранщину, тогда заплати нам денег. Я спра-шиваю: за что? За что? Хорошо, я плачу эти деньги. Я вам так скажу, ребята. Растаможка в нашей стране – это ж у меня накипело. Вы на моем канале уже увидите, скажем так, небольшие обзоры той техники, которая у меня используется в семье. Друзья-товарищи, что касается автозапчастей, мотозапчастей, у меня накипело потому, что гребаная эта вонючая уродская таможня, у меня ощущения, друзья, что вот у нас есть в деревнях на засол огурцов, засаливают, квасят капусту. У меня такое ощущение, что ни реально квасят и засаливают запчасти потому, что невозможно, особенно на Харлей Дэвидсон, ребята, ждать годами запчасти. Меня это бесит. Иногда очень бысро, а иногда ты попал в какой-то сраный контейнер. Так его несколько месяцев выпускать не будут. Вы знаете, у меня вот в последних видео ни одного нет, где я бы гонял на своем собственном моте. И обзор моего мотоцикла я так и не могу доснять уже почти год. Почему, вы думаете? Да потому, что я задолбался реально ждать запчасти. Я вам больше скажу. Когда те или иные запчасти на какую-то машину, двигатель, и так далее, приходят, то даже полицейские, даже гаишники в курсе, что они не будут у вас спрашивать растаможку двигателя, подвески, колес и запчастей. Максимум, они посмотрят растаможку рамы и кузова. Всё. А, представим себе, что вы какой-нибудь кастомайзер. Вы реально раму используете как основу. Вы купили все, что угодно, но только не целиком автомобиль, а по отдельности. Так я что вам хочу сказать. Чаще всего, в 100% случаях, ни двигатель, ничего, не растамаживается вообще. Но мы, как потребители платим за это 40 гребаных процентов, минимум, либо 120 за растаможку. Куда это идет? В карман этим тварям. Вы скажете, совсем недавно таможню взгрели, арестовали, разогнали. Да ни хера подобного. Два месяца это была показательная порка. Вы думаете, что-нибудь изменилось? Ни хера. Через два месяца все тоже самое. Просто один клан поменял влияние на другой. Всё.
Гряцких: Итого, мы приходим к тому, что государство, как институт, успело обосраться много где и надо бы его заменить. Начать, например, с финансов. У программеров, вот этих IT…
Веденеев: Ну не то, чтобы начать с финансов, это вообще, в принципе, основа. Чтобы, идите вы в жопу, вы не получите мои деньги никогда. Идея благородная, согласен?
Гряцких: Да, но проблема в том, что все эти наши прекрасные айтишники и так далее, они живут в своем выдуманном мире, где нет других сука, государств, где нет трансгра-ничных отношений, где нет налоговиков, нет таможни.
Веденеев: Самое главное – там, где не существует транснациональных корпораций. Во всем виртуальном мире, там, даже в сериале «Хакеры», во всех компьютерных играх, вы главный герой, главный апологет, который сражается с этими корпорациями и спа-сает мир, поэтому, в принципе, нормальная идея.
Гряцких: Да. И получается так, что они хотят вот эту всю штуку создать вне как бы госу-дарств. Ну, ребята, к вам очень быстро придет государство и докажет, что вы задроты, которые верят в некий священный хайп, а государство говорит: так, хайп убрали на хер, всё. Так, налоги – раз, короче. Декларирование, регулирование и прочее – два. И вот эти ваши прекрасные…
Веденеев: И отстегивание в карман – три. Всё.
Гряцких: И вот эти вот ваши прекрасные выступления на конференциях, как бы, извините, я вот скажу, как в свое время, как про рок-музыку, по-моему, ребята из то ли Ронни Джеймс Дио сказали, то ли кто-то из заслуженных рокеров говорит, что – что такое, типа, рок-журналистика? Это люди, которые не умеют играть, дают интервью людям, которые не умеют писать, которые пишут для людей, которые не умеют читать.
Веденеев: Ха-ха-ха.
Гряцких: Вот это сейчас мир блокчейна. Когда люди, которые не умеют говорить, сука, иногда даже не умеют думать, приходят к людям, которые точно не умеют думать и говорят: дайте, сука, денег. И те такие – ну, *****, давай. Ха-ха. И вот так сейчас выглядит в среднем типовое ICO и вот эта вся вокруг возня, вокруг крипты. Потому что я посмотрел не одну конференцию по блокчейну и по ICO, пообщался с некоторым количеством ICO-проектов, прикинувшись, что мне нужно как бы вакансия маркетолога. Да, ну и тебе тут же рассказывают, что и как. Это *****.
Веденеев: Ха-ха-ха.
Гряцких: Это кромешный *****. Придется, конечно, все запикать что я говорил.
Веденеев: Все запикать, да.
Гряцких: Но это, конечно, *****. То есть, ну, то есть там логики, к сожалению, у многих людей нет и поэтому они все хотят успеть до конца вот этого вот, 2017 года. Сейчас уже первого сентября. Вот школьники сегодня пошли в классы. Кто-то не пошел потому, что очередной там намаз курбан байрам.
Веденеев: Очередное ICO пошло, ха-ха-ха.
Гряцких: Да, мусульманские какие-то истории, видимо, тоже ICO божественное спуска-ется там. Ну, не важно. Вот, но факт в чем, что вот этот весь хайп, он пройдет, и многие, кстати, из тех, кто ICO проводит, они уже понимают, что надо успеть урвать бабло сейчас. Потому что потом люди протрезвеют и скажут: вашу мать, где доходность. Где продукты, где чего? Нету? На хер идите, на хер. И, соответственно, денег в тех объемах не дадут. Но пока хайп, он такой, что религиозный фундаментализм от этого блокчейна крипты, он настолько огромен, что он, по-моему, он опережает исламских фундаменталистов. Осталось только адептов блокчейна чего-нибудь взрывать уже начать. Вот ты пришел на конференцию, сказал, *****, я не верю в ваш проект с блокчейном. Тебе ***** полбашки отстрелили. И сказали: во имя святого блокчейна – православие или смерть.
Веденеев: Все.
Гряцких: Вот, более того, это по большому счету уже даже превосходит религиозное сектанство, которое сформировалось вокруг компании Apple, вокруг компании Tesla и вокруг компании BMW. То есть что? Мы лучшие, мы самые охеренные, наш продукт са-мый лучший, у него нет недостатков. Только скажи про недостатки, получи в фасад. Тварь *****, как ты можешь не верить в божественное провидение в виде яблока, там, изображение логотипчика с винтом вертолетным или вот эту буковку «Т». Это вот нам спущено богом. Да, то есть объяснить людям, что компания BMW ненавидит своих кли-ентов и ненавидит признавать случаи, когда у них горят моторы и ломаются к херам. Объяснить, что компания Tesla не знает, что такое сервисное обслуживание и ненавидит своих клиентов, особенно тех, которые говорят, ты знаешь, у меня машина сломалась прям чего-то совсем. Ему говорят: да иди на хер, короче! А где у вас, типа, дилеры там, ремонтные станции? Говорят, на хер иди, у тебя отличная машина. Вот компания Tesla так обходится со своими клиентами, которые покупают у них автомобили. Но, слушай как.
Веденеев: Но я чуть-чуть, я чуть-чуть помягче скажу. То есть обрисую так. Есть рьяные фанаты. Все, что говорит Алексей по поводу тех же самых Tesla и так далее. Ну, дей-ствительно, та же самая Tesla. Мне нравится Маск, мне нравятся его идеи безумные.
Гряцких: Он крутой чувак.
Веденеев: Мне нравится Tesla, но, мать его, она абсолютно не сервисный автомобиль. То есть выпускать автомобиль, который не имеет сервиса, это бред.
Гряцких: Непонятно, как чинить, где чинить.
Веденеев: Не обманывайтесь друзья-товарищи. Самый лучший сервис Tesla, он реально либо в России, либо в странах СНГ. Объясню почему. Потому что эти ребята покупают на аукционах и покупают, в общем, крашевые Tesla и именно оттуда идут запчасти. Потому что нет новых запчастей, в принципе не предусмотрено на этот автомобиль потому, что в принципе, у них такая тема, что Tesla не ломается, в принципе. Но это неправда. Tesla реально ломается, выходит из строя. Это и электродвигатель, и прочие вещи. Безусловно, Tesla одна из надежнейших машин, в принципе, в мире. Но вы поймите, как и любая там электротехника, электробайк, электроавтомобиль…
Гряцких: Она ломается.
Веденеев: Это тоже техника, она тоже ломается, у нее тоже есть определенные не только сроки службы, но и вот, просто, вы попали в ДТП. Ну, тупая история – вы попали в ДТП. Но если бы вам машину меняли на новую – вопросов нет. Но этим занимается не компания Tesla, а в принципе, страховая компания, которая должна оплатить это. Но ведь, чаще всего, этого не происходит. Если к какому-нибудь дилеру приехать, Мерсе-деса или какого-то другого, в тех же самых штатах, вы это увидите. В общем, ну, чего вам рассказывать. Вы можете найти просто один из, так скажем, блогеров – не помню, как его зовут. У него какая-то партия «5.10». Он, видимо, с Украины, мужичок. Я, честно, не вникал в то, что он хочет сделать со страной Украиной, но он очень классную обрат-ную связь дал по поводу Tesla и пользования автомобилем. Вы знаете, как он через два года все-таки сменил Tesla на Мерседес. Причем, Мерседес гораздо круче, приятней, и вообще – кабриолет, по факту, да. И никаких проблем. То есть он кайфует и говорит, ребята, не покупайте Tesla, в общем, покупайте Мерседес. И мне нравится, как закачи-вает видео. Типа, зарабатывайте.
Мужичок с Украины: Ну, вот, Мерседес, оказывается по-человечески относится к лю-дям. Всего лишь за один час они мне оценили ту машину и выдали вот эту. И вы удиви-тесь – она 2016 года, кабриолет, белый. Причем краска вот эта вот не греется вообще на солнце Флориды. И я наконец-то избавился от Tesla, Илона Маска и всех проблем, которые она делает людям.
Веденеев: Я просто к чему это сказал. К тому, что мы сейчас с Алексеем вам рассказы-ваем, вы очень многое можете увидеть в интернете, просто забивая запросы. Очень много видео, очень много статей. Более того, мы под видео несколько ссылок на неко-торые статьи вам скинем для того, чтобы у вас более полная картина сложилась, и вы больше понимали в тех вопросах, которые мы сегодня освещаем в связи с не просто хайпом. Ну, хайп – это английское модное слово. Половина не понимает, что это такое. Все думают…
Гряцких: Ну, это суета, движуха и шумиха.
Веденеев: Ну, в общем, шумиха. По-русски сказать – это шумиха вокруг какого-то определенного события или продукта, или еще чего-то. Это, знаете…
Гряцких: Хотя сегодня мы узнали, что слово «hype» на местном, так сказать, диалекте, ну, где мы сейчас находимся, может означать, мягко называю, то есть когда, как это сказать? Завуалированное слово нае*****. Потому что, если ты скажешь, что это кида-лово, пирамида и так далее, ну, *****, как-то некрасиво.
Веденеев: А вот слов hype, это, знаешь, как, я сейчас скажу. Ребята, лунная программа в Соединенных Штатах. Гонка космических вооружений. Это и есть тупо хайп, только на уровне государства. А теперь он пошел в массы, только в другой теме.
Гряцких: И кратенький вывод перед тем, как мы перейдем к деталям. То есть, да, ребя-та, мы много сейчас сказали, но это еще не детали. Перейдем-ка к деталям. Вы должны понять, что вся эта история с криптой, с ICO – это та же хрень, что и «МММ». То есть вы должны вовремя войти и очень быстро выйти, зная, ровно, когда.
Веденеев: Я не могу сказать, что «МММ» - это плохо. Ребята, там тоже идея очень классная была – обрушение мировой экономики, доллара и так далее. То есть Мавроди никогда не скрывал. Вот чем мне нравится Мавроди. Я честно скажу, я не то, что его фанат, он мне нравится. Потому что чувак всегда говорил правду. Это, мать его, пирамида. Вас в любой момент чпокнут.
Гряцких: Кинут.
Веденеев: Но в моей пирамиде вот все хорошо. Деньги выплачиваются, люди приходят. Ему говорят: но она же рухнет. Он говорит, ну, слушайте, все в мире…
Гряцких: Все пирамиды когда-то падают.
Веденеев: Все пирамиды, ни рушатся. Все банки рано или поздно банкротятся. Вы знае-те, я недавно смотрел интервью Канделаки и второго ведущего, типа реального поли-тика. И у них был в гостях Мавроди. Мне очень не понравилось, как вела себя Тина по-тому, что эти два горе-ведущих с пеной у рта говорили, что их банк, где они держат деньги, круче всех, а Мавроди всех кидает и обманывает.
Гряцких: А банк их потом может поиметь в любой момент, если нет ресурсов.
Веденеев: Я просто жду этой новости, да, просто газетной или там ведомостей. Как с Табаковым. Да, Олег Табаков потерял 650 миллионов рублей в таком-то банке. Охре-неть.
Гряцких: Это «Пересвет», если не ошибаюсь.
Веденеев: Охренеть, охренеть. Ну, то есть суть-то в том, что, ну, банки каждый день, вот есть прецедент банка, который постоянно банкротится, но почему-то у всех слепая вера, что банк – это круто. Банк – это самое главное наебалово. Какого хрена идет санация, спасение? Сейчас идет тот же самый хайп и шумиха вокруг корпорации «Открытие», в которой многие из вас, и я в том числе, торговал. Но, ребята, еще до этого хайпа и всей шумихи я на хер вывел оттуда средства, и клиентских, и партнера, и свои. И, честно скажу, я там сейчас не торгую потому, что жду, пока их вот так натянут. Потому что в любой момент наши деньги могут использовать. Первое – для залоговых поручений на любом рынке – начиная с банка, заканчивая, собственно говоря, брокером. Все взаимосвязано, структура. Откуда это все? Какого хрена выделяется там 75 миллиардов из Центрального банка для того, чтобы просанировать «Открытие»? Какого хрена они раздали?
Гряцких: Это наши бабки. Наши бабки.
Веденеев: Это наши бабки, ребята. Мы платим налоги. Какого хрена у банка есть воз-можность давать кредиты ничем не обеспеченные? Вот вы тоже ругаете криптовалюту там и так далее. То есть многие там адепты банковского сектора. Но, ребята, банки раздают кредиты ничем не обеспеченные.
Гряцких: Причем, людям аффилированным, которые эти бабки куда-нибудь выводят либо сливают в строительных проектах.
Веденеев: Выводят, воруют и так далее. Сливают. Но прикол-то в том, что если бы банки были зажаты четко, что денег можешь ставить вот столько, сколько у тебя есть. Они же как делают. Типа, им сначала дали первую лазейку. Вот у меня есть нормальный плательщик кредита. Я вот даю те деньги, которые я заработаю с этого кредита, но ты их еще не заработал, банк. И любой, опять же, плательщик кредита может вдруг, ну, умереть и не платить уже кредит по факту, да. И у тебя не может этого заработка. Но первую лазейку им дали. А потом вообще им руки развязали – им не нужно никакое обеспечение – ни золото держать в банке, ни хрена. Они просто аффилированному… во, у меня есть те облигации. Вот я их в качестве залогового поручения. Ну, попросту говоря, у меня есть банк, есть брокер. Брокер выпускает собственные облигации, я как банк, инвестиционное подразделение, покупаю эти облигации и говорю, типа покупаю. По факту ни хера я не делаю.
Гряцких: Из кармашка в кармашек переложил.
Веденеев: Из кармана в карман и говорю, вот, ребята, у меня столько денег. Тоже са-мое, как делал брокер. Он брал наши с вами деньги, наши с вами деньги, с наших бро-керских счетов. Каким образом? Он их физически не изымал, но отчитывался перед заемщиком – не важно, банком там, биржей, брокером другим. Говорил, ребята, у меня есть бабки, дайте, пожалуйста, под эти бабки мне вот эти бумаги. Я их прокручу и отдам вам деньги. Так, в основном, брокер и делал. Но что происходит, когда он этого сделать не может, когда полная жопа на бирже? Он, сука, берет наши с вами деньги и отдает в качестве залога. Но если он это сделает, его, естественно, натянут. Но сделать он это может только тогда, когда ваши деньги находятся в кэше.  Это очень важная новость для вас всех. Если у вас на фондовом рынке бабки находятся в кэше, с вероятностью 50 на 50 вы можете в такую ситуацию попасть. Если у вас есть позиция, то это намного сложнее сделать любому брокеру, который на грани банкротства, скажем так. Но я вам уже один из вариантов, как стандартная финансовая система нас всех имеет, рассказал. При этом, никто за пользование нашими деньгами нам с вами не платит. Нас еще трясут постоянно. А теперь обратно к криптовалюте.
Гряцких: Так, короче, переходя плавно к деталям, о которых мы сейчас поговорим. Еще раз подведем итоги. Короче, крипта – это новый «МММ». ICO – это новый «МММ» в квадрате. И вы должны четко понимать. Важно вовремя войти и важно очень вовремя удрать с деньгами. Не успели? Вы нищие. Всё. Поэтому если вы в это заходите, вы должны четко понимать, что в один прекрасный момент, причем, вам не скажут какой, вы можете стать нищим. Но если вам повезет, и вы быстро подсуетитесь, нароете где-то инсайд и так далее, вы можете реально до хренища заработать. И у Сани есть один человек, который периодически скидывает там истории по ICO, которые вот я смотрю, как некий анализ этого всего дела. Чувак нормально поднялся. Но, зачастую, также как с Форексом, с бинарными опционами и прочим, поднимаются кто? Владельцы бирж, организаторы ICO и так далее, то есть не те, кто заходит в массовом потоке, а те, кто держит контору, те, кто держит кассу. Если вы не держите кассу, вероятность того, что вас натянут, большая.
Веденеев: Да, я просто хочу в двух словах сказать, что я знаком со многими людьми, которые в криптовалюте, скажем так, не последние люди, а что-то понимают, да. И если получится, я обещать не буду, друзья-товарищи, но, если получится, мы попробуем снять с этими людьми видео потому, что все-таки люди, которые зарабатывают на этом бизнесе по нескольку миллионов долларов, интересно пообщаться. Да, в свое время у меня на канале я выпускал замечательное видео с моим бухгалтером в Соединенных Штатах, с Левиным, который реально точно также зарабатывает по нескольку миллионов долларов в год и ему есть что сказать о том, как нужно платить налоги и, собственно, где можно сэкономить и как это сделать легально. Поэтому я всегда за то, чтобы учиться и познавать информацию у тех, кто непосредственно в теме, непосредственно в деле и умеет с этим обращаться. Опять же, вы должны понять, что криптовалюта и все вытекающие производные из этой темы, это не есть плохо, это не есть зло. Это на самом деле круто и
Читать полностью

Медиа архив

Диалоги с Веденеевым 1.2 - Роман Паршин - Жадность биржи, страдания инвесторов и творчество ЦБ

Диктор: В предыдущей серии.
Роман: Отдав деньги нам, он должен дистанцироваться от этих денег, от принятия решений. Если ты считаешь себя умнее, возьми эти деньги, пожалуйста, и управляй сам.
Веденеев:  Если ты живыми деньгами в этом участвуешь – всё. Он такой: и ты, и я – причем, по уши и вообще с плечами. Соответственно, и он тебе тогда скажет: а какого хрена я? Ни фига! Я корыстный, я корыстный. Абсолютно корыстный потому, что я на этом зарабатываю. Я, соответственно, использую…
Роман: Забираешь у богатых, типа нас, наверное, сейчас,  и отдаешь бедным. Но это неправильная компания тогда, организация, если все построено на одном человеке. Во-вторых…
Веденеев:  Ты сейчас замахнулся на святое – на Российскую Федерацию. То есть, свалить за рубеж не получится?
Роман: К сожалению. Ха-ха.
Веденеев:  Ха-ха-ха.
Роман: Чем больше будет конкуренция у нас, тем будет лучше. Тем будет, значит,…к сожалению,  у нас монополист – биржа. И здесь отсутствует конкуренция, по сути.
Веденеев:  Санкт-Петербургская, к сожалению, не вытянет.
Роман: Пока, пока не способна, но…
Веденеев:  Даже «не пока» - не вытянет.
Роман: Но я думаю, что если они сделают все правильно в части, во-первых, два момента есть.
Веденеев:  Ты знаешь, что они могут? Как выйти? Это просто Трамп приедет, скажет: вам быть!
Роман: Не-не-не.
Веденеев:  Забашляешь бабло.
Роман: Мы потеряли в прошлом году очень много денег на косяках Московской биржи.
Веденеев:  Не ты один.
Роман: И меня, конечно, до сих пор это удивляет – позиция биржи, когда они ни извинятся, ни извинится – ничего не сделают в части…может быть, они, конечно, с крупными игроками, не знаю, с рядом крупных игроков имеют какие-то двустронние…
Веденеев:  Это мы сейчас плавно переходим уже к тому, что сейчас происходит вообще на бирже и у регулятора.
Роман: Ну, я к тому, что я, в целом, говорю, что если ребята с Санкт-Петербургской биржи сделают какие-то уникальные предложения или возможности откроют: скорости, комиссия. Я как-то ехал с человеком, он мне рассказывал, как заселял в свои корпуса Агаларов. «Крокус Сити Молл» такой. Он запускал туда людей под ставку ноль. В ноль. И люди жили по 9 месяцев, оплачивая только коммуналку ну и свой персонал, который им нужен. Вот как только у них пошло какое-то…
Веденеев:  Ты должен вложиться сначала, для того, чтобы…
Роман: Конечно, конечно. Конечно.
Веденеев:  Время занимает.
Роман: И это заняло 9 месяцев, прежде чем стали платить какие-то арендные ставки. Сейчас там  не протолкнуться. Вот если кто-то реализует Московская, в данном случае – Санкт-Петербургская биржа подобную идею. Замкнуть в себе участников, предложат супер условия на супер возможностях под ставку ноль на год, например, рубль, рубль.
Веденеев:  А при этом ликвидность, при этом ликвидность она будет даже не с российского рынка, а оттуда. Оттуда.
Роман: Конечно, конечно.
Веденеев:  То есть они будут предоставлять ликвидность тамошних инструментов. Но это связано еще и с валютой.
Роман: Дополнительно и наши, дополнительно и наши дадут, на самом деле. Если дадут наши инструменты, если они все это предложат и договорятся с рядом крупных игроков, я думаю, что…
Веденеев:  Это, с одной стороны, радужная перспектива.
Роман: Ты же помнишь, наверное, эту историю, когда в 2003-2002 году Московская биржа стала, взлетела просто вверх на…когда они открыли – просто раздали бесплатно 40 шлюзов. Или 80? 80, по-моему.
Веденеев:  Это было тогда.
Роман: Это просто, это же прорыв был, который они обеспечили просто. Вначале они их продавали. Никто не покупал, потому что никто…цена, которую они просили, была высокая. Была экономическая целесообразность неочевидна. Все было такое. А потом они сказали: берите, ребята, берите. И они столько от этого получили профита, просто несравнимо по цене, которой они тогда получали бы от продажи этих шлюзов. Здесь – то же самое. Здесь очень важный момент. Очень важный момент. Что когда ты создаешь людям условия, которые позволяют им развиваться. Косты – у нас очень важный элемент. Косты съедают очень большую часть дохода. И ты вынужден всегда балансировать, искать какой-то.
Веденеев:  Комиссионные – да, это вечный бич.
Роман: Конечно, ты должен туда заплатить и здесь заплатить. Каналы, сервера.
Веденеев:  Те же самые роботы, зачастую, они либо генерят комиссию, либо все-таки зарабатывают какую-то денежку.
Роман: Конечно.
Веденеев:  Тут камень, опять же, о двух концах. Потому что зарабатывать от больших денег – это одно, а тупо генерить комиссии – это совсем другое.
Роман: Здесь еще важный момент, какой. Что люди – брокеры – могут на самом деле сохранить те уровни комиссии у себя для клиентов на прежнем уровне. И у них вырастет маржа. Они смогут эту часть денег, если они умные люди, они смогут направлять, опять же, на свое развитие, привлекая все новых и новых участников рынка, новых клиентов и за счет этого…
Веденеев:  Но если мы говорим о…на самом деле, брокеры же, по факту.
Роман: Ну, мы вытащим. Да, я знаю. Я знаю.
Веденеев:  Тем более, он не единственное в бизнес…он единственный в бизнесе.
Роман: Конечно, я прекрасно все это знаю.
Веденеев:  Но он позволяет много каких махинаций проводить в других финансовых областях. Если говорить честно про биржу, да, то есть мы еще вернемся к конфликтным клиентам. Если говорить конкретно про биржу, у меня такое ощущение, что с 2015 года, с форума – там такой был форум экономический 2015 года – где открытым текстом было сказано, что, ребята, все физические и другие компании нас вообще не интересуют. У них выбор стоит, у Московской биржи: лечь под несколько банков европейских-американских, либо под наших российских. И их, конкретно, нужды выполнять. И их нужды выполняются. На нас им далеко и глубоко.
Роман: Слушай, я работал на Московской бирже, в свое время, и я знаю, как бы, не понаслышке, что переговоры о слиянии Московской биржи, ММВБ еще тогдашней с Deutsche Borse…
Веденеев:  Красной и синей.
Роман: Да, да, да, с Deutsche Borse. Синей, когда они были еще, с Deutsche Borse. Они с ней несколько раз начинались. Но когда произошло слияние Московской биржи с РТС, немцы сказали: ребята, мы знаем, что такое объединение. Мы знаем, какой это непростой процесс слияния, объединения всего – инфраструктуры, прежде всего. И технически, и…
Веденеев:  Потому что и красные, и синие – все друг на друга одеяло тянут.
Роман: Конечно. И они сказали, ребята, вот мы, минимум, через три года к вам вернемся с вопросом разговора с этим. Но прошло уже больше.
Веденеев:  Я думаю, не вернутся.
Роман: И, я думаю, что тоже. У них это сейчас…потому что российский рынок – он не растущий, он стагнирующий. Здесь пока что еще нету, наверное…
Веденеев:  Ребята, ну, смотри, видно же, что они делают.
Роман: Стратегически, стратегически, на самом деле, делают они, на мой взгляд, очень много неправильно. Но это: я кто такой?
Веденеев:  Да, но вот вопрос, да, порассуждать. Для чего это они делают? Зачем? Они конкретно…это конкретно финансовая структура, обслуживающая несколько других структур.
Роман: Нет, нет. Прежде всего, была ошибка акционирования биржи. Это самая первая ошибка. Биржа, как инфраструктурная организация, должна была находиться в рамках партнерства. Только партнерство обеспечивает интерес равного доступа. Она не нацелена на извлечение прибыли. Почему очень многие успешные дома – модные дома или там брокерские дома, или еще какие – находятся в частной собственности и не выходят на биржу? Они в партнерстве работают. Потому что это позволяет людям не ориентироваться на сиюминутный результат.
Веденеев:  Light crowd – моща финансового мира!
Роман: Ну, не все, на самом деле. В большинстве из них такие – закрытые. И только какие-то очень важные события заставляют их раскрыться и перейти в другую форму собственности, стать публичной компанией и разместиться на бирже. И у них меняется сразу целеполагание. Так они ориентировались на развитие, на обеспечение бесперебойности, на увеличение оборотов. Количество для них не являлось…оно важным для них было.
Веденеев:  Акционеры хотят чего-то.
Роман: Конечно, акционеры хотят дивидендов.
Веденеев:  Я туда деньги вложил. Вопрос: зачем вложил деньги?
Роман: Либо роста курсовой стоимости, либо выплаты дивидендов.
Веденеев:  У нас в итоге бесконкурентная тема в плане биржи.
Роман: А получается, что они выжимают, вот так вот отжимают, все выжимают, говоря о том, что повышение ставок, повышение комиссии на срочные секции, сейчас это 14%. Это очень мало в рамках источников дохода с биржи. Значит, оно должно где-то быть пропорционально все три рынка: валютный, срочный и спот, фондовый рынок. Вот, соответственно, увеличение в два раза обеспечивает нам двойную эту, обеспечивает как бы, да, какой-то баланс. Насколько вообще как бы, кто-нибудь считал эффективность эту экономическую для участников рынка, для клиентов, для инвесторов этого рынка? У меня это всегда как бы…
Веденеев:  Знаешь, смотри, простую эффективность для, скажем так, десятиклассников. Простая эффективность. Вопрос тебе задаю, как и бизнесмену, и руководителю, и как наемному сотруднику. То есть все в комплексе. Никогда не рассматриваю ни людей, ни проблему только с одной стороны, а в комплексе. Вот, смотри. Что лучше: иметь одну точку, но зарабатывать на ней 80% дохода или иметь 100 точек и зарабатывать там по 10%?
Роман: Ну, 100 точек, конечно.
Веденеев:  Бинго! То же самое с квартирой. Что лучше: купить квартиру, допустим, там, в Иллинойсе или в Чикаго за 120 000 долларов или купить четыре с долевым участием по 30 000 баксов? Естественно, второе. Потому что какой-то у тебя может быть не очень ликвидный, какой-то ликвидный.
Роман: Здесь много факторов, конечно.
Веденеев:  Естественно. Простой пример. Вот все, что сейчас делает биржа – это приводит к чему? Не к тому, к чему это приводит, например, в США. Они смотрят всегда на США, всегда на них. Но, ребята, не забываем, в США,  во-первых, там четыре, минимум, биржи. Есть Relay, есть там Nasdaq, Amex и так далее. Есть CME и прочее. Есть еще куча других групп, есть сырьевые темы, свои, там, да, у них свой спрут, своя ликвидность и так далее. Но самая главная фишка. Когда регуляторы выходят, как говорится, на тропу войны, да, а бизнесмены на другую тропу войны выходят. То есть, приходится так, что, допустим, раньше было достаточно тебе для какой-то роботизированной системы на счете иметь там 100-150 тысяч долларов. Они тебе немножко яйца пытаются выкрутить. Тебе приходиться увеличить эти же самые системы, чтобы у тебя работали прибыльно, тебе надо увеличить их до 350 000 долларов на одном счете, ну, либо придумать что-то новое. При этом, у них для этого 5000 инструментов. У нас – я про 30 инструментов вообще молчу. Это, друзья, там, максимум, два. Ну, иногда, три.
Роман: Ну, два-три.
Веденеев:  Всё. И больше как бы, собственно говоря, не на чем. Если только специализироваться на мелких. То есть, внимание, вопрос! Они зачем отсекают, скажем, так, поток денежный? Вот у нас есть денежный поток. Вот у тебя есть крупные, средние – ну, у тебя, в целом, есть определенный поток. И, допустим, поток, который занимает, к примеру, на данный момент, процентов сорок в твоем бизнесе, как в акционерном обществе. Он тебе говорит: на хер всех, давай, только мои интересы соблюдай. Я за это увеличу с 40% до 50. Ты такой – ну-у. А если этого не сделаю? Ну, тогда я свалю. Ты такой: да! Тут 40, но стабильно, а здесь вот 60, но фиг его знает. Поэтому, ладно, хрен с ним, я соглашусь на 50, и все эти свалят. Но мы же знаем как чего происходит. Возьмем «физиков», крупных «физиков», частных предпринимателей, у кого бизнес и так далее. И для тех компаний, которые, допустим, ведут валютное хеджирование через биржу, а не через банк. Это выгодней. Но мы же знаем, как они ведут себя – как проститутки. Это же бизнес. Чуть что не так – фьюить – и биржа сидит, и никого нет. То есть она теряет обычных «физиков», да, а компания…ну, ты сам обрисовал некоторые сложности, многими другими. Ну, допустим, к примеру, я физический чел. Мне нужно там, поторговать я хочу. Они сейчас какую-то классификацию вводят. Вообще весь этот бред, который идет…
Роман: Ну, там, вроде, я вчера читал сообщение Алексея Тимофеева (11.33). Ну, вроде как удалось там договориться о каких-то…
Веденеев:  О чем?
Роман: …позицию Центрального банка в части, ты имеешь в виду: квалифицированный/не квалифицированный, профессиональный инвестор. По этой части? Ну, вроде как есть там.
Веденеев: Ты понимаешь, в чем бред. Они говорят о том, что это направлено на защиту инвесторов. Ребята, если это направлено на защиту инвестора, то просто, давайте, сделаем так. В госкомпаниях перестанем выдавать зарплату. Они ж все тупые, они же не знают, куда деньги тратить. Я всегда говорю: ну, зачем? Зачем, он купить какую-то херь, просрет свою зарплату, а ему надо там – не знаю - десятерых детей кормить. Давайте, так, всё зарегулируем, да. То есть защищать будем по полной программе. Лечиться ты будешь - вот здесь, ездить ты будешь - вот сюда, а ездить ты будешь вот на этом, жить ты будешь вот здесь. Потому что он дебил, он же не может…какой он, на хер, инвестор? Он же не знает свою как пенсию сохранить.
Роман: Принципы конкуренции это нарушает.
Веденеев:  При этом, эта же самая структура, не побоюсь этого слова – эта же самая команда, которая нам уже второй год подряд говорит о том, что ни у тебя, ни у него, ни даже ни у Артура, ни у других и нету никого в плане чего? Пенсии. Вообще ни хрена нет. Говорит, мы вашу пенсию…
Роман: Ну, да, правильно.
Веденеев:  И уже два года подряд нам об этом говорят. При этом, я слышу в той же самой, допустим, еду в такси и слышу там рекламу. Ребята, у меня 30 очков – крутая пенсия. Что за бред, какие 30 очков? Мы там в компьютерную игру что ли играем? Набираем до 80 лет, тридцатый уровень набрали, все, у нас ништяк – пенсия! Какая, на хрен, пенсия, если ее давно просрали, проворовали, туда-сюда вложили? У нас ее нет. И, внимание, вопрос: я понимаю, все может быть. Но почему мы с тобой платим налоги? Я как «физик». Ты платишь, как компания. Куда эти налоги идут?
Роман: Я как «физик» тоже плачу и, между прочим, приличные налоги.
Веденеев:  Я сейчас тебя рассматриваю с точки зрения, как компании. Все берем. Собственно говоря, для чего мы платим налоги? Они же не идут…вот даже то, что мы платим пенсионные и страховые взносы. Они же не идут на нас.
Роман: Послушай, мне кажется, мы живем, послушай меня. В этом плане я с тобой полностью согласен. Здесь очень важный только есть момент. Мне кажется, что в эпоху больших перемен, да, людям надо больше просто сосредотачиваться на каких-то вещах. Ну, мы не можем глобально влиять на мир.
Веденеев:  Согласен, абсолютно.
Роман: Мы живем в реальном мире. Мы можем себе сколько угодно рассказывать о том, что мы можем что-то изменить.
Веденеев:  Но объем лицемерия в плане того, что нас с тобой защищают как инвесторов – это вообще бред сивой кобылы. Но фишка в другом. Если раньше у нас было множество счетов по 100 000 рублей, по 10 000 рублей. Люди просто, ну, знаешь как, как говорится – дрочили на рынке, игрались и так далее. Сейчас им нужно уже полтора миллиона для этого. Вопрос: для чего? И, собственно, кто эти советники, которые будут одобрять твою сделку? Это что за…
Роман: Нет, ну, тут еще, я думаю, что все точки над «и» не расставлены и время покажет.
Веденеев:  Подожди, еще точки над вами будут такие, как, типа, как Клименко, который будет говорить: ребята, сюда ходить, сюда не ходить.
Роман: Я поэтому думаю, что очень многие люди и рассматривают альтернативные возможности – западные рынки, как вариант, куда уйти для того, чтобы как раз не связываться со всеми проблемами.
Веденеев:  Я думаю, что мы все дружно туда свалим.
Роман: Здесь есть масса нюансов, которые мы там, например…
Веденеев:  Ты знаешь, прикроют все сейчас.
Роман: Нет-нет, здесь очень важный момент. Мы работаем в рамках, вообще как бы, полностью соблюдая требования регулятора, нормативно-правового поля, в котором мы работаем.
Веденеев:  Рома, сейчас задам такую важную. Нормы – они, определенные, носят характер правовой. То есть я как тебе могу сказать как юрист с финансово-правовой специализацией. Есть закон, который ты обязан соблюдать. Есть Конституция, есть Федеральный закон, есть Налоговый кодекс. То есть, есть кодексы, есть федеральные законы, есть Конституция.
Роман: Только – Конституция, кодексы, законы.
Веденеев:  Ну, если говорить по главенству – да. То есть, соответственно, у нас идет: Конституция, потом у нас идет…
Роман: Кодексы.
Веденеев:  Кодексы. Потом у нас идет…
Роман: Законы. Федеральные законы.
Веденеев:  Федеральные законы. Потом у нас идут нормативные акты и, соответственно, там пленум Верховного суда, Конституционного суда – туда же.
Роман: Там все остальное.
Веденеев:  Вот в эти этажи они вклиниваются. Но, зачастую, для вас, как для юридических лиц, любая рекомендация Центрального банка – это тупо на уровне закона. Но это не закон, потому что Центральный банк не принимает законы. Он всего лишь дает рекомендации. Но все прекрасно понимают, что если ты его рекомендации не выполнил, то завтра тебя на хрен лишат лицензии. Вот и все.
Роман: Я скажу по-другому, немножко. Я ездил как раз на прошлой, позапрошлой неделе в Екатеринбург на очередную Уральскую конференцию (15.55). Не помню уже, по-моему, Чистюхин говорил, сказал такую фразу, ли Селютина. Мы в прошлом году приняли 460 нормативных актов. В этом мы приняли 230. Но мы еще наверстаем упущенное. Поэтому, ты знаешь, здесь даже не надо рекомендаций. Тот нормативный поток нормативных актов, который выпускает Центральный банк по тому вопросу. Их пишут в очень интенсивном порядке. Там уже…
Веденеев:  Нормативный акт утверждаться. У нас есть…
Роман: Он регистрируется, безусловно.
Веденеев:  У нас есть Государственная Дума, у нас есть Совет Федерации, у нас есть Президент.
Роман: Нормативно-правовые акты – это не законы. Это не федеральные законы.
Веденеев:  Нормативно-правовые акты регулируются, в любом случае, законами федеральными и кодексами. Они не могут между собой конфликтовать.
Роман: Но это все в рамках нашей деятельности. Они, безусловно, для исполнения. Ну, например, ко мне приходит группа, которая занимается…
Веденеев:  Вопрос такой. Кто занимается конкретно разъяснением нормативно-правовых актов или федеральных законов?
Роман: Никто не занимается.
Веденеев:  Занимается, занимается. Верховный суд толкованием…и Конституционный суд. Но Центральный банк берет на себя эту функцию…
Роман: Не берет.
Веденеев:  Берет.
Роман: Не берет.
Веденеев:  Берет.
Роман: Не берет.
Веденеев:  В плане нормативных актов он берет это, но он не может это делать по закону. Есть Закон о Центральном банке. Он реально Федеральный закон о Центральном банке.
Роман: Да, но он разъясняет какие-то нормы? Он в рамках своих распоряжений, приказов…
Веденеев:  Он разъясняет. Он объясняет, что, чуваки, то, что я делаю – это в защиту клиента, в защиту инвестора.
Роман: Он как бы устанавливает правила игры. На самом деле, во многом эти правила игры оправданы. Потому что финансы – они всегда требуют дополнительного контроля. И хорошо, что мы, на самом деле,…
Веденеев:  Правила игры очень просты.
Роман: Они в Америке, в Америке, если…
Веденеев:  Смотри, глобально. Центральный банк подчиняется России или нет? Центральный банк подчиняется Правительству? Нет. Кому они подчиняются? Мировому банку.
Роман: Нет, конечно.
Веденеев:  Связь с мировым банком однозначна у любого центрального банка. И он должен быть как независимый орган.
Роман: Саша, Саша, подожди. Ты мне скажи. Сколько у тебя будет занимать регулирование твоей деятельности, как брокера, дилера в Америке? Там нормативных актов…
Веденеев:  Нет, нормативных актов там действительно будет много.
Роман: Потому что у тебя каждый шаг влево, шаг вправо будет прописан досконально.
Веденеев:  Да, он прописан. Но эти правила игры, они прозрачны и они не меняются каждый день.
Роман:  У тебя, юриста, но у нас идет формирование инфраструктуры. Я здесь, на самом деле, в какой-то степени могу понять политику Центрального банка. Они хотят навести порядок потому, что та инфраструктура, которая сложилась, у нас масса есть участников, которые находятся вне правового поля. Ну, например, люди, которые занимаются доверительным управлением, как частные лица. Есть такие граждане?
Веденеев:  Есть.
Роман: Есть такие граждане. Их много, их много просто.
Веденеев:  Ну, в принципе, они занимаются в рамках правового поля. Они…
Роман: Какого правового поля?
Веденеев:  Стоп! Договор займа, например, оформляется стандартный.
Роман: Ну, это на самом деле псевдо доверительное управление.
Веденеев:  Псевдо – да.
Роман: Псевдо.
Веденеев:  Но, опять же…
Роман: А почему они не идут, они…
Веденеев:  Смотри, вот если мы говорим об этом, вот если мы говорим…
Роман: Подожди! Вот я тебе по этому поводу.
Веденеев:  Мы говорим, в правовом поле доверительного управления ответственности меньше, чем в плане договора займа.
Роман: Послушай меня. Центральный банк сейчас пытается дисбаланс этот выровнять. Почему? Потому что мы, как лицензированный профучастник несем массу издержек, которое несет простое физлицо, которое этим занимается. Потому что у нас требования есть, там, ну не знаю, самые банальные, по капиталу, по аттестованным сотрудникам, по наличию программного обеспечения. Это все регулируется у нас. У простого человека этого…
Веденеев:  Вы, как организация юридическая, именно юридическая, вы можете прекратить существование, и вопрос к вам заканчивается, закрывается.
Роман: Хотя у нас, у «физиков» то же самое.
Веденеев:  Ха-ха, нет. У нас есть закон, нет, у нас есть Закон о личном банкротстве.
Роман: Да.
Веденеев:  Который еще ни разу не был, да, и есть конкретно ответственное лицо в этом направлении.
Роман: А у нас есть Закон о банкротстве юридических лиц, который также может быть применен. А шагом к этому может быть аннулирование лицензии профучастника и других вопросов.
Веденеев:  Да, но когда мы говорим о юридическом лице, у вас у каждого, как у «физика» есть там свои капиталы, есть какая-то собственность, которая здесь не будет участвовать. А когда мы говорим про «физика»…
Роман:  Подожди, давай, мы разделим. Давай, мы четко разделим с тобой. Потому что у нас, как у инвестиционной компании есть четкое понимание разделения и в рамках закона, и в рамках деятельности.
Веденеев:  Согласен.
Роман: Собственные деньги, свой собственный капитал, который учитывается, совершенно…
Веденеев:  Да, но ответственность.
Роман: Не участвует.
Веденеев:  Согласен. Но ответственность?
Роман: Если мы залезаем в те минусы, которые не прописаны в договорах, мы должны компенсировать из собственных средств. Но поскольку мы достаточно серьезно относимся к вопросам риск-менеджмента…
Веденеев:  Но мы говорили про репутацию. Но факту, но по факту.
Роман: Правильно, но есть основной капитал. У нас уходят люди.
Веденеев:  Согласен.
Роман: Ведь все – компании нету. Основная задача – это формирование…
Веденеев:  Но, согласен, с точки зрения юридической, юридической, то, что именно юрлицо – оно прекратило свое существование…
Роман: И чего?
Веденеев:  И все.
Роман: И что?
Веденеев:  И человек не добьется правды.
Роман: Нет. Все деньги, если ты…подожди. Давай мы с тобой две вещи разделим.
Веденеев:  Банкротство. Брокеров…
Роман: Нет, мы с тобой разделим две вещи. Это мошеннические действия и все, что лежит в сфере уголовного законодательства и гражданско-правового.
Веденеев:  Согласен, согласен. Есть одно и другое. Но по факту…
Роман: Если ты ведешь деятельность в рамках закона, если ты все ведешь в рамках тех предупреждений, лимитов, рисков, которые ты оговорил заранее…
Веденеев:  Я с этой точки зрения согласен, но с точки зрения как клиента, я говорю, как клиента, говорю. Если я работаю с юридическим лицом, у меня…
Роман: Ты гораздо больше защищен, потому что…
Веденеев:  Нет, нет, нет.
Роман: Потому что ты звонишь Васе Пупкину. Вася, ты где? Да, еду-еду к тебе. А сам сидит уже в самолете.
Веденеев:  Смотри, Вася Пупкин…нет, я защищен.
Роман: Ты smart-lab часто читаешь? Рекомендую почитать. Там много таких случаев.
Веденеев:  Периодически. Но, смотри, смотри. Здесь очень важный момент следующий. К примеру, привожу пример. Есть компания, да, юридическая. У нее там уставной капитал ООО, может быть, 10 000 рублей.
Роман: Да.
Веденеев:  Все, ну ты вот и получишь эти 10 000 рублей.
Роман: Подожди, ты, когда идешь в какую-то компанию…
Веденеев:  Я согласен с тобой.
Роман: Опять мы с тобой возвращаемся к информационке. Ты все можешь посмотреть. Выписку из ЕГРЮЛ смотришь, какой капитал 10 000 рублей. Ты такой - 10 000 рублей – хм, странно. Если вы такие серьезные парни, почему только 10 000 рублей?
Веденеев:  Но сильнее ты, сильнее защищен, все-таки сильнее именно с точки зрения, когда, допустим, оформляется договор займа. Вот человек у человека занимает. Да, при этом он оставляет тебе в залог что? Ну, к примеру, я не знаю. Машину, мотоцикл, дом или там землю – не важно. Но какой-то актив реальный, который он оставляет в залог полученных денег от тебя. И он либо выплачивает тебе процент, либо ты получаешь все это себе. Землю там, дачу, квартиру – не важно. В истории с юридическим лицом такого гаранта нет. Юридическое лицо прекращает свое существование…
Роман: Ты также можешь попросить у юридического лица гарантии, еще какие-то, ты можешь также попросить гарантийные письма.
Веденеев:  Покажи мне хоть одно. Стоп! Гарантийные письма.
Роман: Или еще что-то.
Веденеев:  Гарантийные письма, гарантийные письма.
Роман: Ты смотри, чья гарантия, кем гарантия подписана. Ты смотри, на самом деле, мы отвечаем капиталом своим. У нас не рисковый капитал вот в нашей компании. У нас вообще никогда. Мы со всякой гадостью, типа векселей и прочее…
Веденеев:  Рома, я не говорю конкретно про вашу компанию, не-не-не, я не говорю конкретно про твою компанию. Я говорю вообще в плане юридического лица и физического лица.
Роман: Физическое лицо – оно гораздо мобильнее. У него нет ничего, может не быть, он может…
Веденеев:  Смотри, если у человека ничего на него не оформлено – это одно, а когда у него все-таки оформлено. Он является собственником одного, другого, у него есть…
Роман: Ты слышал, что сейчас пошли требования, например, к банкротству банков. Центральный банк начинает, или АСВ (агентство по страхованию вкладов), которое занимается как раз этими ситуациями, разруливает, они начинают обращать взыскание, пытаются обращать взыскание на имущество владельцев, топ-менеджеров банка. То есть если ты швырнул кого-то и если ты вывел деньги, то они пытаются работать с этим. И это следующий этап.
Веденеев:  Вот видишь – пытаются работать. Я понимаю, что следующий этап. Потому что работы много. Но, согласен, что защищены меньше?
Роман: Подожди, нет, не согласен абсолютно. Потому что надо четко разделять гражданско-правовую ответственность и уголовную. Понимаешь, потому что если ты обманул человека, украл деньги, не знаю – вывел их на оффшоры свои и улетел туда жить.
Веденеев:  А мы с тобой не говорим про обман. Роман, мы с тобой говорим про факт. Ну, не получилось – все просрали.
Роман: Что такое – просрали? Давай, мы четко будем понимать – что такое просрали? Ты вышел за оговоренную с клиентом просадку по договору.
Веденеев:  Смотри.
Роман: Нет, подожди, Саша. Это важный момент.
Веденеев:  Согласен. По поводу ответственности. От тебя ничего не зависит. Биржа просто взяла, отключила на хрен всех, а потом включила. И послала нас всех дружно на хрен. И вот здесь начинаются две истории.
Роман: Представь себе, вот у тебя капитал, у тебя квартира есть. А у тебя даже нет квартиры.
Веденеев:  Смотри, две истории разные. Юридическая компания и «физик».
Роман: «Физик», он, смотри. Саша, подожди, вот послушай, я тебе расскажу историю. Давай, ты мне вот ответь на вопрос. Смотри, согласен ли ты со следующим состоянием. Есть «физик». Приехал в Москву, живет или там где-то. Он классно раскрутился на smart-lab, поднял кучу клиентов. У него миллион клиентов. Сто клиентов. К нему народ идет. У него 100 клиентов.  У него нет ничего за душой. Ну, в лучшем случае, он снимает квартиру, у него есть хороший комп. У него мозги шикарные, например. Потому что он смог раскрутиться, он там что-то делает.
Веденеев:  Ну, к примеру, да.
Роман: У него реально ничего нет. И он вдруг влетает на бабки. Чего делать?
Веденеев:  Ничего не делать. Это был риск.
Роман: Как риск? Ну как бы, а вот по твоей теории, что он получит-то? Что в итоге получат люди-то?
Веденеев:  По моей теории.
Роман: Вот случилось 3 марта прошлого года.
Веденеев:  Ну, смотри, здесь может быть все, что угодно. Он либо будет восстанавливать, как ты говоришь, если репутация, даже человек будет это восстанавливать, у него что-то есть, пусть не на всех его 100 клиентов хватает, но какая-то часть хватает. К примеру, да. Там, я не знаю, заложил свою почку, легкое одно – не важно, там. Получил там тысячи, сотни две в евро.
Роман: То есть на самом деле, баланс-то должен быть между капиталом, который у тебя находится под управлением и тем риском, который…то есть, твоим капиталом.
Веденеев:  Согласен, согласен. То есть ты не можешь брать больше, чем, условно говоря, там ты можешь гарантировать капитал. Я согласен с тобой.
Роман: Если у тебя ничего нет, чем ты отвечать-то будешь?
Веденеев:  Смотри, вот это абсолютно верно. Но юридическое лицо, оно, кроме своего собственного капитала, ответственности больше никакой не несет вообще.
Роман: Так что мешает этому юридическому лицу создаться не в форме общества с ограниченной ответственностью? Если ты такой классный, создай общество с неограниченной ответственностью. Как партнерство. Как они называются? Общество с…
Веденеев:  С долями?
Роман: Ну, как бы да. По-моему, так и называется: общество с неограниченной ответственностью.
Веденеев:  По поводу хорошего варианта развития событий я с тобой согласен. Но я тут даже не говорил конкретно про твою компанию, а говорил вообще, в принципе, про юридические лица.
Роман: Вообще?
Веденеев:  Посмотри внимательно под те же самые договора с брокерами или, например, с банками. Там везде написано маленьким шрифтом, что, ребята, мы можем в одностороннем порядке изменять на хрен все условия. Классика жанра.
Роман: Не знаю, это опять не про нас. Извините.
Веденеев:  Опять же, я не говорю конкретно про твою компанию. И если бы твоя компания была той, о которой мы сейчас беседовали.
Роман: Меня бы здесь не было.
Веденеев:  Вот именно. Ты бы здесь не был. Вот классика жанра. Допустим, человек вложил там несколько лет назад доллары в банк. Ну, даже не в банк, а в инвестиционное подразделение банка-брокера. Там слитная бывает организация, типа «укашечек». Соответственно, он вложил под определенные условия. Он за все платил. Они ему сделали минус 20%. А несколько месяцев назад они такую штуку придумали, как налог на прибыль в рублях. То есть когда он заходил в долларах, был там доллар 30 рублей, а сейчас он, типа, там 80. Вот, заплатите налог в рублях. Он говорит, ребята, вы мне минус 20% сделали от миллиона долларов. Какой на хрен я вам обязан платить? Представляешь, какое разводилово? И ты ничего не можешь сделать потому, что везде мелким шрифтом написано. Ты не можешь наехать на биржу и предъявить ей иск, что ты, сука, меня нагнула. Ты там отстояла, скажем, так, интересы юриков, а нас, «физиков» всех ***. И просто *** мои деньги. Я не торговал, я ничего не делал. Брокер здесь ни при чем. Просто биржа всех вот так чпокнула и что-то случилось. Но никто ответственности не несет. Опять, берем правило биржи и устав.
Роман: К сожалению, это от монополизма. Да, да, да.
Веденеев:  Вот, я об этом говорю. То есть тебя посылают на хрен.
Роман: Вот поэтому должен, подожди… если глобально проблему решить, ты должен…
Веденеев:  Смотри, если мы говорим про «физиков», если мы говорим про «физиков», если так человек себя повел, к нему же больше никто не придет и он пойдет к тому, кто так не поступает.
Роман: Лимиты на эту организацию ты ограничиваешь свои. Ты будешь искать альтернативные способы.
Веденеев:  Если эта организация на этом рынке одна, так…
Роман: Подожди, никогда не бывает чего-то одного. На самом деле…
Веденеев:  Про Санкт-Петербургскую биржу мы вообще не говорим.
Роман: Всегда у человека есть выбор. Мог пойти по одному пути, по другому пути, и выбрать этот рынок, и выбрать это рынок. Развивать компанию так…я когда пришел в компанию, я попросил всех клиентов, которые были на брокерском обслуживании, закрыть счета. Ну, потому что это не наш бизнес.
Веденеев:  Правильно.
Роман: У нас есть четкое понимание нашего развития. Мы знаем, что мы будем делать через год, через три, через пять.
Веденеев:  Но, тем не менее, юридические лица, да, как ты сам говоришь, они зарегулированы в хлам. И, к сожалению, по нашему законодательству, по нашему законодательству…
Роман: Ты вот скажи мне, пожалуйста, из тех, у кого убили лицензии за последние год, там, два, много было вообще реального бизнеса? Много было реального бизнеса?
Веденеев:  «Точка» банк очень классный.
Роман: Нет, я говорю про профи, на самом деле. «Точка» банк – я не знаю. На самом деле…
Веденеев:  Я тебе так скажу. Если говорить о профессиональных рынка участников, к примеру…
Роман: Может быть, одна-две компании реально были, реально настоящими такими.
Веденеев:  Все они уроды! Все они уроды!
Роман: Скорее всего, скорее всего.
Веденеев:  Потому что косячили, постоянно отключался, еще что-то. И тебя на хрен посылали. Ты говорил: блин, ребята. Вот очень часто такое было. Сделки человек не совершает, а его бабки используют в качестве гарантийного обеспечения в других проектах. Что за беспредел?
Роман: Меня в данном случае больше беспокоит, что растет, растет очень сильно регуляторный риск. Да, потому что ты количество нововведений, которые придумывает Центральный банк. Вот я говорю, ко мне приходил недавно внутренний учет-контроль. Они говорят, за месяц поменяли три раза форму дебиторов-кредиторов потому, что в начале там было, я не знаю, прочерк, потом поставили звездочку, теперь нолик.
Веденеев:  Бред.
Роман: Да, хорошо у нас работает человек, который разработал в свое время систему как раз, которая обеспечивает внутренний учет. Как раз связано с бухгалтерией, разработали с 1С, на 1С, и с управленческим учетом. То есть у нас все завязано внутри, у нас все внутри варится. И мы очень быстро перестраиваемся, благодаря этому. Но вот компании, которые вынуждены это все покупать на стороне, которые пользуются сторонним софтом, они как бы, вот…я к тому, что и таких нововведений очень много. То есть у меня вот здесь я что-то не успел сделать, у меня пришла проверка и я уже должен штраф заплатить. 300, 500, 700 тысяч за то, что я где-то что-то пропустил и что-то не сделал.
Веденеев:  А почему они вас не информируют?
Роман: Нет, они выпускают, а это моя задача уже дальше.
Веденеев:  Нет, а где они выпускают? Я понимаю, в России.
Роман: Ну, «Консультант Плюс» как бы.
Веденеев:  Зашибись! «Консультант Плюс» вообще коммерческая организация» если что. «Консультант Плюс» - это коммерческая контора. А у тебя должен быть доступ свободный к информации.
Диктор: Смотрите в следующей серии!
Веденеев:  Мне кажется, в тебе сидит отчасти регулятор ЦБ, где-то там внутри.
Роман: Не-не-не. Просто я хочу понять.
Веденеев:  Он в тебе сидит и периодически – оп! – туда.
Роман: Нет, нет такого.
Веденеев:  Есть.
Роман: Не может быть такого.
Веденеев:  Ну, есть такое.
Роман: Ну, нет. Вот, смотри.
Веденеев:  Ну, есть.
Роман: Про риск-менеджмент биржа знает тебя, как облупленного. Она знает, на каких ры
Читать полностью

Диалоги с Веденеевым 1.1 - Роман Паршин - Ставки, Трамп, споры с клиентами и ценные сотрудники

Веденеев:  Итак, всем привет! Друзья, мы сегодня записываем очередную нашу бизнес-встречу. В гостях у меня сегодня Роман – представитель не просто инду-стрии, а, скорее, компании. Такой, в которой работают, как я их недавно окрестил, каннские львы. Наша индустрия – это Горчаков и Салтыков.
Диктор: Роман Паршин, родился в 1974 году, в Москве. В школе занимался спор-тивным ориентированием, увлекался футболом, но профессиональным спортсме-ном становиться не захотел, хотя предпосылки были. Имеет два высших образо-вания: юридическое и финансовое. На фондовом рынке с 1997 года. Работал в ассоциации участников вексельного рынка, откуда перешел в федеральную ко-миссию по рынку ценных бумаг и уже через 4 месяца стал заместителем началь-ника управления. Карьеру продолжил на Московской межбанковской валютной  бирже, советником директора по фондовому рынку. Но получив заманчивое пред-ложение, ушел в реальный бизнес. В дальнейшем работал в различных инвести-ционных компаниях и с 2013 года возглавляет инвестиционную компанию «Фо-рум». Свободное время посвящает жене и детям – двум сыновьям и двум доче-рям.
Веденеев:  И сегодня мы Ромой поговорим вообще о всем, что наболело в инду-стрии: о роботах, о перспективах. В общем, затронем все по чуть-чуть. В общем, Ром, хоть мы с тобой и знакомы недавно, но компания у тебя уже довольно давно существует, правильно? И ты в нее тоже не 10 лет назад пришел, а тоже некото-рое время назад.  Вот сколько уже контора существует?
Роман: Компания зарегистрирована в 2004 году как юридическое лицо. В 2008 году она получила лицензии брокера, дилера и управления ценными бумагами. Ну, соответственно, с 2008 года она существует как профучастник. Я в октябре 2013 года стал директором и вот уже как три года я являюсь директором инвестиционной компании «Форум».
Веденеев:  Соответственно, насколько я помню, компания у тебя занимается ро-ботизированными системами и на российском рынке, в основном. Правильно?
Роман: Да, исключительно пока на российском. Но мы постоянно смотрим на за-падный рынок потому, что та ситуация, которая в России, те возможности, кото-рые нам открываются в России, они, наверное, в общем, мягко говоря, не соот-ветствуют нашим возможностям. Поэтому с завидным постоянством мы возвра-щаемся к этому вопросу, но поскольку всегда существуют другие проекты, в ре-зультате западные рынки, они постоянно откладываются. Да, то есть проект, он в той или иной форме существует, западных рынков, выход на западные рынки, но, к сожалению, руки до него пока не дошли.
Веденеев:  То есть именно практическая реализация на том, чтобы зарабатывать на американском, допустим, рынке, или на каком-то другом, она еще пока в пол-ную силу не работает.
Роман: Ну, здесь же ведь мы идем как юридическое лицо, если идти. Здесь же возникает масса технических и юридических проблем, которые…но, с другой сто-роны, сейчас появилась очень прекрасная…я как раз сегодня разговаривал с Сер-геем Сердюковым, в очередной раз. Есть предложение от Санкт-Петербургской биржи, да, она так официально называется, от Санкт-Петербургской биржи для того, чтобы выйти на Америку через биржу, через Санкт-Петербург. Да, это очень интересный, мне кажется, проект, к которому мы внимательно присматриваемся и в ближайшее время, наверное, начнем процедуру захода на биржу, которая поз-воляет нам работать на Америке, не открывая никаких зарубежных лиц в зару-бежных юрисдикциях. Полностью по российскому законодательству, в рамках рос-сийского законодательства, в рамках российского рубля. То есть все риски, кото-рые у нас есть, это, по сути, российская инфраструктура.
Веденеев:  То есть, фактически, ты не будешь работать с валютой, ты будешь работать с рублями и…
Роман: Клиент открывает у нас также счет доверительного управления. Клиент также отдает нам российские рубли в управление. Все вопросы, которые возника-ют, решаются по российскому законодательству. Если, не дай бог, возникает ка-кая-то судебная перспектива, она опять же рассматривается, решается в рамках российского…
Веденеев:  То есть, свалить за рубеж не получится?
Роман: К сожалению, ха-ха.
Веденеев:  Ха-ха. Ну, хоть здесь есть позитивный такой момент. Ну, как всегда, хочу, что называется, выводить на чистую воду. То есть по чесноку.
Роман: Я только за.
Веденеев:  Как дела сейчас с роботизированными системами?
Роман: Приход Дональда Трампа ознаменовал новую, наверное, веху в состоя-нии рынков. Да, то есть с середины февраля месяца волатильность неизменно падала. И это, действительно, наносило нам не самое…наносило по нашим си-стемам. Наши системы не готовы работать на такой волатильности, в большин-стве своем.
Веденеев:  Они не ожидали, что Трамп придет к власти.
Роман: Они не готовились к этому. Потому что в любом случае мы ожидали сле-дующим этапом – это повышение в декабре процентной ставки. Ей нужно будет повышать ставку. Мы это обсуждали на наших совещаниях в компании.
Веденеев:  А с чего бы это?
Роман: А потому что у неё нет уже выбора.
Веденеев:  Как нет выбора?
Роман: Состояние экономики растет, ставки не могут находиться беспрецедентно долго на таком уровне. Поэтому рано или поздно она вынуждена будет повышать ставку.
Веденеев:  А когда, когда?
Роман: Мы ожидаем в декабре, на ближайшем заседании.
Веденеев:  То есть в этом декабре?
Роман: Да, да, да. Мы ожидаем, и это добавит рынку волатильности. А непосред-ственное вступление Трампа в должность, которая состоится в январе, инаугура-ция, она приведет еще к большему росту волатильности. Потому что одно дело - когда ты еще не выбранный, выбранный, но еще не вступивший в должность пре-зидент, а другое дело – когда ты вступил и ты принимаешь первые шаги на этом посту.
Веденеев:  То есть делаешь непосредственно что-то. А почему именно такая ставка, что они будут повышать? Я скажу так, скажу так. Я сделаю проще. Значит, есть…мы же говорим про американский рынок?
Роман: Да.
Веденеев:  Есть 100 баксов.
Роман: О, ты богатый человек!
Веденеев:  Есть 100 баксов. Я делаю ставку на то, что они не повысят.
Роман: Я делаю ставку…у меня, к сожалению, нет 100 баксов, но мы с тобой…
Веденеев:  Ну, соответственно, я и для Ромы достану еще соточку.
Роман: Спасибо. Все, спасибо.
Веденеев:  Забились.
Роман: Забились.
Веденеев:  Соответственно, потом мы посмотрим: будет или не будет. Просто, опять же, я делал в свое время ставку на то, что Трамп станет президентом. Все крутили у виска: это сумасшедший человек. В свое время даже интересный актер, который мне, в принципе, нравится именно как актер, но многие его характеризуют не очень хорошо как человека. Хотя лично не знаком. Это Роберт де Ниро.
Роман: Я видел, я видел это видео.
Веденеев:  Он очень мощно не хотел, чтобы выбирали Трампа. При этом я не-давно посмотрел еще одно видео. Это реслинг WWE. И на реслинге кто-то тоже там не подал руки Трампу и очень возмутительно с ним разговаривал, за что Трамп ему ввалил нормальную пощечину. Я сам в Facebook это дело перепостил, но зная реслинг – это все  постановочное шоу, это очень классный пиар-маркетинг. И, наверное, все видели видос, как двухместный болид, там чемпион Формулы-1, а как раз гонками у меня занимается Даша и она сразу мне говорит: смотри, вот тут чемпион мира, по-моему, двукратный, Формулы-1 – он как раз вез Трампа до Белого дома на болиде двухместном. Вот это в-жжж, в-жжж.
Роман: Да, но мне кажется, я недавно читал, кстати, интервью Трампа, которое он дал журналу Playboy в 90-м году.
Веденеев:  Да-да.
Роман: В котором предсказывал…
Веденеев:  В 88-м
Роман: 90-91 год.
Веденеев:  Он говорит, если я буду баллотироваться, я, говорит, мол, выиграю.
Роман: Он сказал, что я буду баллотироваться только в случае, если я увижу, что…
Веденеев:  Я реально выиграю. И он сказал о том, что я не, ну, то есть, не участ-вую в проигрышных мероприятиях. Только вот то, что…
Роман: Во всяком случае, он предсказал.
Веденеев:  Он же у Опры был, у Опры был.
Роман: У Опры был. Он, Горбачев, развалит Советский Союз и это произошло. Он там очень много вещей говорит про состояние отношений с другими странами. И если это действительно будет реализовываться, Америка действительно со-средоточится на своих внутренних проблемах, изменит своё отношение ко многим организациям, в которых она участвует, пересмотрит.
Веденеев:  Ну, я скажу так. Я болел потому, что хотелось все-таки, чтобы не фа-натики, которые хотят воевать с Россией, какой-то херней заниматься во внешней политике. Извините, за мой французский, а конкретно заниматься своими внутренними проблемами, развивать страну, инфраструктурные проекты и так далее.  Хотя можно еще лет 50 в этой стране спокойно прожить на тех инфраструктурах, которые есть сейчас. К тому же, часть моих партнеров, они с ним партнеры по другим видам бизнеса и проектам. И они характеризуют его, как человека слова, который сказал, условно говоря – сделал. Он, то есть не такое трепло политическое, как обычно это бывает. Потому что в США есть четкое разделение политиков и бизнесменов. Но здесь уникальный гибрид и, мне кажется, у него есть шанс. Но, опять же…
Роман: Но мне кажется, что это все-таки человек, которого мы еще очень сильно не понимали и недооцениваем потому, что…
Веденеев:  Нет, а чего недооценивать? Там все просто: либо республиканцы, ли-бо демократы. Они занимаются своей политикой, а Трамп будет заниматься сво-ей. Он независим ни от одной партии.
Роман: Он будет с позиции бизнеса на все смотреть. Он будет давить в каждой сделке до последнего.
Веденеев:  Так это правильно.
Роман: Но он, как он выразился, правильно, он давит, но не передавливает, что-бы…главное – вовремя остановиться в любой…
Веденеев:  Ну, самое главное мы сейчас с тобой предполагаем – повысит он ставку или не повысит ставку.
Роман: Мы с тобой забились на это дело.
Веденеев:  Да, мы забились. Я думаю, повышать ставку - сейчас нет, но вот то, что ВВП – он может и не увеличить там до 6%. Но, я думаю, до 4% он сможет дой-ти. Хотя бы два раза он сможет увеличить. Ну, по крайней мере, те вещи…
Роман: А на каком горизонте?
Веденеев:  На горизонте своего президентства.
Роман: 4 года.
Веденеев:  Примерно, да. Возможно, он и два срока пробаллотируется. Почему нет? У него есть…
Роман: А ты знаешь, что человек, который предсказал, который предсказывал че-тырех или пять предыдущих президентов Америки, предсказал и его. Сейчас он дал прогноз, что Трампа ждет импичмент.
Веденеев:  Это легко может быть потому, что республиканцы и демократы, они, собственно, так просто власть из рук не выпустят.
Роман: Ну, он вообще как бы же не…ну, все предыдущие президенты Америки – он исключение, первое в истории Америки, когда вышел он, по сути, не являет-ся…
Веденеев:  Ему плевать, какая партия.
Роман: Да, он не является, он не ее, как сказать, не ее детище. Не протеже её. Он просто присоединился к ним, чтобы выдвинуться.
Веденеев:  У них две партийных системы, поэтому пришлось либо так, либо так.
Роман: Просто они мажоритарные. Там есть и другие. Если посмотришь, было четыре кандидата. Просто они набрали настолько мизерное количество голосов, что оно просто в принципе не учитывается потому, что все прекрасно понимают, кто основные партии, которые ведут соревнования.
Веденеев:  Ну, вот, хотели по-деловому, в итоге болтаем о политике.
Роман: Ну, это, как всегда, политика определяет.
Веденеев:  Но сейчас деньги пошли в политику.
Роман: Я думаю, что наши, конечно же, хвост подняли. Мы видим это по хвалеб-ным отзывам. Но мы прекрасно знаем историю, что очень многие ожидания, кото-рые всегда были в нашей стране в части выборов каких-либо персон, потом обо-рачивались для нас такой же головной болью и те ожидания, которые были, они молниеносно улетучивались.
Веденеев:  Говорить можно много, а вопрос: сколько, в итоге, они это сделали? Самый главный интересный момент. Вот эти все политические и экономические перипетии – они так или иначе…
Роман: Конечно.
Веденеев:  … все же влияли на разные роботизированные системы. Вот за это количество лет, скажем так, из этих лет, сколько существует компания, сколько у нее было годов прибыльных, а сколько убыточных?
Роман: Ну, этот год еще пока не закончился. Я могу отвечать только за те годы, пока я директор. Да, 2013 год мы закрыли в небольшой плюс, с того момента, как я стал директором. 2014-й у нас был хороший плюс. 2015-й еще больше хороший плюс. Если говорить в цифровом выражении, то 2014 год мы закрыли на 50+ до-ходность годовых. Это с учетом наших всех вознаграждений. То есть это чисто, да, на клиентах. И 2016-й мы закончили плюс шестьдесят, 60+ на клиента. В этом году у нас сейчас в районе минус, плюс – такое вот состояние. У нас были очень супер хорошие январь-февраль. У нас был очень высокий приток клиентов. После чего началось снижение вот этой волатильности и, как следствие…
Веденеев:  То есть классика жанра. То есть заработали до хрена – пришло до хрена народа. Соответственно, пошел спад и все: ну, как же так, у Васи все хоро-шо?..
Роман: Здесь есть два момента, очень важных, на мой взгляд, которые надо четко понимать. Во-первых, клиенты, они, конечно же, слушают все доходность. К сожалению, они крайне редко слушают риск. Те клиенты, которые слушают риск, в большинстве своем – хорошо, что они, все-таки, люди…мы прежде всего пытаем-ся донести про риск людям. Да, мы продаем риск. Вот те стратегии, которые у нас сейчас находятся в таком состоянии подвешенном, она высокорисковая. И мы всегда говорим клиентам, что там просадка около 40%. 40% у нее вот просадка.
Веденеев:  А вероятная доходность?
Роман: 80-90 в год.
Веденеев:  Со скольки начинается минимальная?
Роман: От 40.
Веденеев:  А, также от 40. То есть риск…
Роман: 40.Мы, на самом деле, лучше всегда заложимся пессимистично, но пока-жем лучший результат, чем мы сразу человека сориентируем на 120%, а получим 10, например. Да, это будет…
Веденеев:  В плане воспитания инвесторов в России – это все очень…
Роман: Ну, у меня всегда в этой ситуации, я всегда советую людям смотреть на горизонт. Потому что нельзя заходить в инвестиционные компании…
Веденеев:  А горизонт, сколько лет длится?
Роман: Это, минимум, как мне кажется, три года должен он быть. Нельзя зайти в компанию и разочароваться. Каждый день нельзя на это смотреть, нельзя смот-реть результаты каждый день по своему счету, по результатам. Потому что это, может, как выносить тебя…просто мы можем заработать клиенту в день – у нас были случаи – по 10% за один день. За один день 10%.
Веденеев:  Не звонили: давайте, прикроем до конца месяца?
Роман: Нет-нет, это больше как бы, ну, люди звонили, подожди. Здесь очень важ-ная вещь.
Веденеев:  Звонили когда: зачем вы просрали за час?
Роман: Здесь очень важный момент, что доверительное управление - это пред-полагает, что человек нам доверяет. Отдав деньги нам, он должен дистанциро-ваться от этих денег, от принятия решений. Если ты считаешь себя умнее, возьми эти деньги, пожалуйста, и управляй сам. Если ты пришел к нам, значит…
Веденеев:  Но такие сложности возникали? Да, Рома?
Роман: Безусловно. Они всегда есть. Есть же разные клиенты.
Веденеев:  Почти универсальный рецепт от этого.
Роман: Интересно, да.
Веденеев:  То, что мы сейчас с тобой сделали.
Роман: Зарабатывать деньги?
Веденеев:  Вот то, что мы сейчас с тобой сделали. Вообще ни с кем не спорить. Ты говоришь: окей, я готов ставить твой депозит, что я сделаю лучше, чем ты.
Роман: Саша, я живу в рамках российского законодательства.
Веденеев:  Здесь российское законодательство, оно никак тебе не умаляет отве-чать как мужчине, да, то есть за свои слова. Если, допустим, вопрос – мы же гово-рим – вопрос доверия.
Роман: Да, конечно.
Веденеев:  Представим себе, один человек поработал с тобой несколько лет. У него к тебе есть доверие. И даже если какой-то год или квартал вы не очень удач-но работаете – плевать, он за эти года уже все это увидел, он знает, что это такое может быть. И он какой-то год необязательно может быть в плюсе, но по совокуп-ности он все равно – в профите.
Роман: Слушай, но, может быть, кстати говоря, хорошая идея.
Веденеев:  Вы будете убеждать его, вы будете там с ним спорить, будут... – за-чем? Зачем? Ты готов ставить свою репутацию? А репутация – как она, то есть, отвечает за свои слова? А как? Всегда только деньгами. Если ты живыми деньга-ми в этом участвуешь – всё.  Он такой: и ты, и я, причем, по уши и вообще с пле-чами. Соответственно, и он тебе тогда скажет: а какого хрена я тогда? Рома, по-чему ты мне не говоришь, что нужно вместо десяти, тридцать лямов всего впен-дюрить? Ты говоришь – риск. А он говорит: готов. То есть ты готов просрать от тридцатки 30%?
Роман: Слушай, надо подумать. Интересное предложение.
Веденеев:  На самом деле, этот универсальный способ я использовал даже в компании, когда работал. Почему он универсальный? Потому что здесь, опять же, ты уверен в какой-то конкретной своей компании, прежде всего, в своих сотрудни-ках, в своей стратегии. Ты сам ее используешь, допустим, сам на ней сидишь. И при этом, если кто-то начинает сомневаться – это все начинает между клиентами разрастаться. Да, то есть кто-то кому-то фьюить. И потом с ними работать, в плане клиентских менеджеров – какой смысл? Зачем тратить на это время? А клиенты – когда у всех все хорошо, у всех всё зашибись. Никто тебя не парит. Когда начинается чуть плохо на рынке – все сразу оп-оп-оп. Но ставочки решают все. Я в свое время очень много заработал на ставках именно по этой причине.
Роман: Да, хороший опыт, да.
Веденеев: Почему много заработал? Потому что, во-первых, я сидел точно также как  клиент, на тех или иных продуктах. То есть я говорю: ребята, вопросов нет. Мы вместе с вами сидим на этом. Я в этом уверен. Я готов ставить на это свои деньги. Если вы не готовы – не вопрос. Или вы утверждаете, что это ни хрена не заработает, и начинают отговаривать своих друзей и знакомых. Я говорю: окей, сколько готов поставить? То есть часто же такое бывает. И получается так, что человек не может отвечать за свои слова или ему страшно отвечать за свои сло-ва. При этом, когда он видит твою уверенность в этом плане. А ведь эта уверен-ность не всегда безрассудность и храбрость. Это просто говорит о том, что ты го-тов пойти на риск.
Роман: Конечно, конечно.
Веденеев:  Ни один из инвесторов не приходит исходя из того, что он потеряет. Он приходит исходя из того, что он заработает. Это всегда было. И вдруг начина-ется череда, собственно говоря, сливов и не очень хорошо. У меня пример с мои-ми партнерами есть, которые со мной вместе руками делают. Они очень много за-рабатывают. Просто вдумайся: до 300%. А одному мы заработали 904% за все время работы. 904% - это почти за три года с копейками. Это был у меня рекорд за очень, если говорить процент и, собственно, сумма и количество лет. Прям там за три года с копеечками 904%.
Роман: А какие риски были?
Веденеев:  Риски, стандартно – 30%. Но при этом часть капитала и со 100% риском шло, и с чуть меньшим. Но по отношению ко всему капиталу все равно было не более 30. И могу сказать, что в любом случае мы периодически эти риски превышали. Но здесь есть ответственность определенная. Какая? То есть если просрали, условно говоря, часть, в моменте, у нас же есть отчетный период – год. Если по итогу года я там не уложился в своих 30%, допустим – минус 40 или 50, - значит, я 20%, минимум, должен компенсировать. Логично это будет и честно по отношению к клиенту?
Роман: Честно, да.
Веденеев: Согласен? А представь себе, что ты не 20%, а все 50 компенсируешь? И у клиента логичный вопрос: зачем он это делал? Ну, потому, что, ребята, то ли мне вас останавливать, то ли мне уже работать с вашим крупным капиталом и от него уже зарабатывать. Условно говоря, один простой вопрос всегда себе клиенты задают: было 10 миллионов – стало ноль. Я принес 10 миллионов. Вложили десять – я заработал еще десять. У них вопрос: он сейчас заберет эти 10 миллионов, которые он дал? Нет, я заберу только часть прибыли – 30% - от тех 10 миллионов, которые я заработал сверху.
Роман: Я реально представляю, что ты Робин Гуд.
Веденеев:  Ни фига. Я корыстный, я корыстный, абсолютно корыстный потому, что я на этом зарабатываю, я, соответственно, использую…
Роман: Т отбираешь у богатых, типа нас, наверное, сейчас, и отдаешь бедным, понимаешь?
Веденеев:  Да, брось! Почему у богатых? Знаешь, я, скорее, смотрю так. Есть «физики», которые занимаются тупо отмыванием бабла. Мы сегодня с тобой здесь…вернее, не «физики», а «юрики». Ну также и физики этим занимаются.
Роман: Ну, есть разные категории граждан.
Веденеев:  В нашей стране, к сожалению, все виды деятельности и бизнеса, в том числе. Не говорю про малый и чуть-чуть средний. В основном все заточено на что? На отмывание государственных денег и распил госбюджета. Все. Мы это ви-дим по дорогам, по инфраструктурным проектам, по прочим Роснано, Ростех-ам и прочей ерунде. Когда там вбухиваются миллиарды, а потом – ну, не получилось, не сошлось. Бред собачий? Бред. Никто за это ответственности не несет. Или вот сейчас вот Улюкаева арестовали, а он пишет стихи. У него творчество просну-лось. Это вообще, конечно, суперсмех. Но тем не менее, почему мы сегодня с то-бой говорим об этом, потому что сама компания и те люди, которые у вас там ра-ботают, они уже много лет на рынке. И у них какая-то там сложилась определен-ная репутация и история.
Роман: У них очень хорошая…
Веденеев:  И никто из них не бегал никуда, если было что-то плохо, никого там, условно говоря, не нае**вал за пиком эту штуку. Ну, к сожалению – это правда. И при этом были в рамках того законодательства, которое было, которое позволяло делать вот это, вот это. Потом пошли вот эти рамки, и мы сейчас плавно с тобой переходим к тому вопросу. Да, то есть про универсальный способ я тебе расска-зал. Здесь ничего незаконного нет абсолютно. Просто когда вот это время – пустая трата, когда ты пытаешься кого-то убедить, результаты и то, на что ты готов пойти ради этого результата, они больше говорят, чем просто вот эта вот болтология. Как один из топ-менеджеров, в свое время, тоже сейчас мой инвестор. Я должен сказать, что, довольно, мудрый и умный, который начал читать там кучу книг, правильное финансовое планирование вести, что он сделал в самом начале, когда мы с ним только познакомились, уже когда стал моим клиентом. Он купил автомобиль и потом ездил в течении квартала, рассказывал клиентам о том, что у них все плохо с их капитализацией в определенной компании крупной. Я говорю, ну вот как, как вот я, как инвестор, как должен это воспринимать? На красноте бабки, которые ты слил, ты купил новый автомобиль. Ну, понятно, что этих клиен-тов гораздо больше, чем один, но это же психологически же складывается. У нас, к сожалению, люди пытаются работать по американским стандартам, а отношение к бизнесу и ко всему, всегда личное, всегда человек к человеку идет. Поэтому это неэффективный абсолютно спорт. При этом, если мы говорим про компанию, ко-гда ты сам директор компании, совладелец. Ты говоришь, ребята, я с вами в од-ной лодке и если тонуть будем, то тонуть будем все, но я готов за нее до конца.
Роман: Я тону вместе со всеми, если я тону, потому что мои деньги также…
Веденеев:  Логично. То есть, нет такого, что он теряет и, соответственно, ты за счет этого зарабатываешь. Такого нет, как у нас периодически у нас там – одни отнимают на рынке у других.
Роман: Я считаю, что если я являюсь директором компании, плюс ко всему, я ве-рю в те продукты, которые мы предлагаем.
Веденеев:  То есть репутация для тебя не пустой звук.
Роман: Ну, я считаю, что в нашем бизнесе и в финансах, а в части доверительно-го управления еще больше, ты без репутации никуда не денешься. Репутация – это основа всего. Потому что если все будут знать, что там, образно говоря – Вася Пупкин, нехороший человек, который берет деньги и потом их использует не по своему предназначению, по которому договорились, а, проще говоря, всех кидает, например. Это репутация – это пару постов.  У нас социальные сети в наше время делают гораздо больший эффект, чем газета «Правда», наверное.
Веденеев:  Чем даже канал ОРТ и ВГТРК Россия. И ничего исправить не смогут.
Роман: Да, информация долетает до людей очень быстро.
Веденеев:  Тот же самый YouTube.
Роман: Тот же YouTube. Ну, сейчас возможностей, чтобы довести информацию до нужного конечного потребителя, она настолько стала универсальна, быстра и не требует усилий.
Веденеев:  Прежде, чем мы перейдем к нынешним условиям, которые складыва-ются. Вот, скажи, были конфликтные ситуации с клиентами и сотрудниками? Пря-мо такие жесткие конфликты.
Роман: С сотрудниками или с клиентами?
Веденеев:  И с теми, и с другими.
Роман: Я, когда стал директором, у меня получилось так, что ушло порядка 80% персонала. И большинство сотрудников, которое сейчас есть, около 30 человек – это, по сути, все люди, которые были заново набраны. Вот, то есть это была, ско-рее, не конфликтная. Пришлось уволить всего несколько человек. В основном, это люди уходили по каким-то там собственным причинам. Да, то есть я никого нико-гда не держал, потому что я прекрасно понимаю, что человека держать не имеет смысла. Если он уже решил, его смысла…то есть предложить ему трехкратную зарплату я никогда не буду. Потому что есть всему цена. Если это не супер-человек какой-то, просто уникальный, который должен…без которого вся компа-ния, скажем так. Но это неправильная компания тогда, организация, если все, что построено на одном человеке. Во-вторых,..
Веденеев:  Ты сейчас замахнулся на святое, на Российскую Федерацию. Ха-ха-ха.
Роман: Ну, Российская Федерация, да. Поэтому каждый должен находиться на своем месте, каждый должен профессионально заниматься своим делом.
Веденеев:  Согласен.
Роман: Она должна работать как часы. Есть директор, нет директора. Есть разра-ботчик торговых стратегий или он находится в отпуске.
Веденеев:  Но, как такового, конфликта не было? Быстро, да, разрешился?
Роман: Ну, как бы просто неприятно, когда ты иногда приходишь на работу, а у тебя лежит заявление. Я не приемлю такие варианты. Я люблю, когда человек приходит и мне говорит в лицо, что я хочу уволиться. Мне не нравится то-то, то-то и то-то или я нашел лучшее предложение. Я всегда приму. Я не собираюсь там…я никогда никому не звонил.
Веденеев:  Интересно ты ведешь. То есть мне не нравится то-то. Вместо того, чтобы – Роман, я хочу, чтобы мне – первое – нравилось, я хочу тупо за это больше денег.
Роман: Денег. Ну, это нормальная ситуация. Я что-то могу учесть, да, какие-то пожелания. То есть фидбэк – это очень важное в нашей жизни…
Веденеев:  А при этом, если у него есть конкурирующее предложение. Такие, знаешь – вот мне предложили здесь вот. То есть я могу пойти туда либо вот остаться у тебя. Да, вот как это?
Роман: Ну, это шантажик, по-моему, такой, легкий.
Веденеев: Нормально, нормально. Мне шантаж этот почти три года позволял си-деть на одном месте.
Роман: Ну, видишь, какой ты красавец. Я не очень люблю шантаж.
Веденеев:  Ну, тут, знаешь, тут не то, что шантаж. Я в свое время работал в ком-пании «Элефант Цифроград» и мне реально предложили.
Роман: Нет, подожди. Но ты же никогда не знаешь, когда, до какого момента этот шантаж может вырасти. Сейчас он к тебе пришел…
Веденеев:  Здесь не шантаж. Здесь на самом деле, конкретно. Тут же не в том, что взяли, я не к тому, что говорю – шантаж – это тупо больше денег, да, зараба-тывать. Ведь если сотрудник не растет, то есть у него есть определенный потолок, уровень.
Роман: Да, я очень люблю, когда люди учатся, растут, конечно.
Веденеев:  Развития, да. И он, допустим, для него комфортный. Просто за этот же самый комфортный уровень он может в другом месте зарабатывать чуть больше. Ничего страшного. Но есть средняя цена на рынке, понимаешь? А если тебя на перспективу, предлагают тебе, наверх, да.
Роман: Послушай, вот я тебя нанял.
Веденеев:  Это другой момент, согласен?
Роман: Хорошо, посмотри.
Веденеев:  И даже если я остаюсь, не шантажирую, а остаюсь, допустим, в ком-пании, я тебе говорю: Ром, я там готов остаться, но я хочу дальше расти.
Роман: Я вообще-то сторонник роста, я сторонник развития человека. Мне крайне дико, я не люблю людей, которые достигли определенного уровня и остановились в развитии. Я всегда поддерживаю людей, которые хотят идти на курсы, учиться, развиваться. Я считаю, что это дает не только капитализацию. Человек увеличи-вает его капитализацию, но он и увеличивает капитализацию компании. Потому что новые знания, возможности применения.
Веденеев:  Давай исходить из того, что он все-таки из компании свалит, пока он растет.
Роман: Безусловно, безусловно, но он живет в нашем маленьком, но очень плот-ном тесном дружном коллективе. Профессиональном, высокопрофессиональном. Те люди, которые работаю в нашей компании, которых удалось собрать. И соби-рать их приходилось по крупицам со всего рынка. То есть это же не простой про-цесс, чтобы как, не знаю – раньше вышел на улицу, поднял руку, и к тебе подъе-хала машина-такси, еще там вереница встала.
Веденеев:  Тут знаешь как, если говорим про команду. Прости, что перебил. То есть тут не просто, допустим, вот у тебя слаженно, допустим, 29 человек слаженно работают. И приходит один красавчик, классный молодец. Но если все 29 его не воспринимают в коллектив, да, то есть они его отторгают, то тяжело…
Роман: Ты когда-нибудь работал с математиками вообще?
Веденеев:  Да, и с дизайнерами, и с (27.17.), и с маркетологами.
Роман: Просто математики…я работал с разными людьми и эта компания у меня же не первая, где я работаю. И с таким количеством математиков-людей, реально, они очень умные. Очень умные. Я просто горжусь тем, что мне удалось поработать с этими людьми. Потому что они действительно как бы каждый по-своему уникален…
Веденеев:  Согласен, согласен.
Роман: …каждый человек. И, но надо понимать, что это математик с очень высо-ким уровнем IQ. Математика там преобладает, как бы, да. И вот найти с ними об-щий язык – это целое искусство. Я не хочу подчеркивать там свои какие-то уни-кальности, может быть.
Веденеев:  Коммуникации, естественно.
Роман: Но коммуникацию выстроить с каждым из них, коммуникацию, потому что надо его удерживать.
Веденеев:  Есть менеджер, есть IT-специалист. Они друг друга не понимают. А есть человек, который между ними – переговорщик, коммуницирует. Там, что тебе нужно? Единица, тройка, четверка, синус на косинус – понял? Ок. А этот говорит: мне нужен квадратик сюда, этот сюда.
Роман: Здесь, приблизительно такая, что они просто каждый по-своему, он живёт каждый в своем мире. Многие из них живут в своем мире.
Веденеев:  Самое тяжелое – это что? Трейдера с математиком скрестить.
Роман: Они как раз скрещены уже по жизни. Да, и получается, что он понимает на рынке, которые возникают возможности и их реализует в рамках торговых алго-ритмов, которые мы используем.
Веденеев:  Ну, тут классический пример, я всегда вспоминаю Горчакова, которого периодически слушал и смотрел на разных конференциях. У него бывают очень иногда глубоководные, скажем так, доклады, в которые не все врубаются.
Роман: Абсолютно.
Веденеев:  Но есть контингент, который врубается. Когда я тоже некоторые мо-менты смотрю – это вот просто…
Роман: Я просто смотрел видео последнее со smart-lab, когда там Александр Бо-рисович выступал с факторным анализом и как люди выходили из зала потому, что, ну, не их тема. Они пришли, скорее, потусить, у них своя. Вот у нас, скорее, атмосфера именно НИИ. Мы это называем «НИИ» у себя потому, что у нас идет непрерывный процесс разработки.
Веденеев:  Всегда каждого найдет своя аудитория в этом плане. И то, что он го-ворит для тех, кто понимает – это реально круто.
Роман: Конечно, конечно.
Веденеев:  Ну, он не понимает…у них другая тусовочка.
Роман: У них другая тусовка. Это же одно другому не мешает. Молодцы, ребята! Главное – это найти себя, найти возможности и мне кажется, что…
Веденеев:  Ну, это здорово, на самом деле, что люди продолжают развиваться.
Роман: Нет, я лучше люблю еще конкуренцию. Мне вот…
Веденеев:  В коллективе, кстати, есть конкуренция?
Роман: В коллективе она присутствует, безусловно, она внутренняя такая. Она не всегда играет на руку, особенно когда просадки есть. Когда рынок, когда мы зара-батываем – да. Она такая. Ну, это ж такая – без нее никуда. Но я люблю конку-ренцию, когда она есть, конкуренция внешняя, когда появляются новые компании, когда…
Веденеев:  А, не просто внутри.
Роман: Конечно, конечно. Соревнование с другими – это основа.
Веденеев:  Ну есть сейчас с кем посоревноваться.
Роман: Ну, это здорово, на самом деле. Чем больше будет конкуренция у нас, тем будет лучше.
Диктор: Смотрите в следующей серии:
Веденеев:  Все они - уроды!
Роман: Скорее всего, скорее всего.
Веденеев:  Потому что косячили, постоянно отключался – еще чего-то. И тебя на хрен посылали. Ты говорил: ну, блин, ребята! Какого хрена? Вот очень часто такое было. Сделки человек не совершает, а его бабки используют в качестве гарантий-ного обеспечения в других проектах. Просто беспредел.
Роман: Мы потеряли в прошлом году очень много денег на косяках Московской биржи.
Веденеев:  Не ты один.
Роман: Вот, и у меня, конечно, до сих пор эта удивляет позиция биржи, когда они как бы ни извинятся, ни извиниться – ничего не сделают.
Веденеев:  Ну, мы же знаем, как они ведут себя – как проститутки. Это же бизнес. Чуть что не так – фьюить, хоп! И бизнес сидит, и никого нет. Люди просто, ну, зна-ешь как, как говорится,…игрались и так далее. Сейчас же нужно полтора миллио-на для этого. Вопрос: для чего? От тебя ничего не зависит. Биржа просто взяла, отключила на хрен всех, а потом включила. И послала нас всех дружно на хрен. И вот здесь начинаются две истории. Ты не можешь наехать на биржу или приме-нить ей иск: что ты, сука, меня нагнула. Ты отстояла, скажем, так, интересы «юри-ков», а нас, «физиков» всех в *опу. И просто *** мои деньги. Я не торговал, я ниче-го не делал. Брокер здесь не причем. Просто биржа всех вот так чпокнула и что-то случилось, да. Но никто ответственности не несет. Если это направлено в защиту инвестора, то просто, давайте, сделаем так. В госкомпаниях перестанем им выда-вать зарплату. Они ж все тупые, они же не знают, куда деньги тратить.
Роман: Мы в прошлом году приняли 460 нормативных актов. В этом мы приняли 230. Но мы еще наверстаем упущенное.

Читать полностью

Верников в гостях у Веденеева - про клиентов, инвестиции и решение вопросов (часть 1)

Верников: Александр, добрый день!
Веденеев: День добрый, Андрей!
Верников: Давно не виделись. Ты все по европам катаешься, я смотрю.
Веденеев: Ну, да, у меня получается так. Каждый квартал я мотаюсь и по России, и по миру.
Верников: Я смотрю твой блог «Веденеев» и там одни звезды. То Костюшкин из «Руки вверх», то какой-то еще рок-музыкант – я не помню, какой-то. В общем, одни звезды какие-то. Звезды, мотоциклы, Харлеи. То есть ты погряз в какой-то звездной тусовке.
Веденеев: Ну, я бы не сказал – как в звездной тусовке? Понимаешь, Харлей Дэвидсон объединяет много каких людей – от политиков, ученых, до, собственно говоря, артистов. Вот со многими у меня так и получилось познакомиться без, я не знаю, без всякой там охраны и прочей ерунды. То есть стоим в магазине и начинаем обсуждать какой-либо из мотоциклов. Я смотрю, какое-то лицо знакомое. Я так, типа, ты, случайно, не «Чай вдвоем»? Ну, да. А, ну, понятно. Такой, знаешь. Ну и все, как бы. Ну, звезда и звезда. Мы-то здесь…
Верников: Гарик Сукачев, потом, у тебя какой-то мотоцикл Шойгу фигурирует в клипах.
Веденеев: Да, есть такое. Это было, на самом деле, очень неожиданно. Те ребята, которые мне красили мотоцикл, они на самом деле сами долго не вкуривали, что это действительно мотоцикл Шойгу. Ну, приехали какие-то люди, вроде как богатые и солидные. Они приехали первую неделю – мотоцикл не готов. Они приехали вторую неделю – мотоцикл не готов. На третью неделю приехал реальный кортеж с серьезными дядечками, очень много вооруженных людей с вопросом: когда будет готов? И тут ребята немножко присели, соответственно. Тем не менее, торопиться в этом деле нельзя и они все-таки мотоцикл этот сделали. А после этого министр обороны сказал: мне нужно еще пять будет сделать. Так что ждите меня в гости. Такая история.
Верников: Понятно, обоюдоострая вещь – делать мотоцикл для министра обороны. Могут и наказать, если не так.
Веденеев: Конечно.
Верников: А почему ты не рекламируешь, допустим, мотоциклы Ирбитского завода и Вятский квас какой-нибудь, что-нибудь такое патриотичное? Почему ты американские мотоциклы?
Веденеев: Ну, ты знаешь, тут дело даже не в рекламе. Тут дело для души. Я много разных мотоциклов пробовал, в том числе и белорусского завода Минск, да, если так говорить. Я учился когда на права, на категорию А, я попробовал 13 разных мотоциклов, начиная там от малокубатурных дырчиков до, заканчивая тяжелыми мотоциклами. И вот что-то тебе подходит больше. Да, то есть либо стиль чопперов, либо стиль каких-то спортивных мотоциклов. Это у каждого человека свое. Я вот не прикипел к быстрым скоростным мотоциклам, я вот прикипел к чопперам, да, то есть к Харлеям. Надежная техника: тяжелый, устойчивый. Самое главное, когда ты едешь на скорости, тебя никуда не сдувает ветром.
Верников: Понятно. А какой-нибудь Gold Wing – она, значит, легкая и ненадежная техника, ты считаешь?
Веденеев: Ты знаешь, на Gold я тоже катался. Вот, допустим, когда я в Питер езжу постоянно, у меня там есть, скажем, так мототакси, которое я постоянно беру. И началось это у нас знакомство довольно давно, наверное, года два назад. А потом я стал и партнером в этой компании. В общем, народ катается, и когда я приезжаю, я, собственно, сам тоже езжу, потому что намного эффективней, чем на машине. Особенно классно в аэропорты. Быстро, с комфортом ты на месте.
Верников: Ну, давай, мы сейчас поговорим немножко про экономику.
Веденеев: Давай.
Верников: Потому что все-таки ты финансовый советник.
Веденеев: Ха-ха-ха.
Верников: А если мы поговорим о Гарике Сукачеве, который твой знакомый хороший, да, то у меня ассоциируется он совсем не с финансами. Скажу тебе честно.
Веденеев: Логично. Но, тем не менее, сейчас его пригласил канал ОРТ и канал Discovery. И они сейчас будут на одной из моделей Harley Davidson, скорее всего, это будет какая-либо версия либо Sportster, либо что-то еще. Они будут снимать покатушки на Алтай. Ну, прям вот там по плато и все остальное. Так что как бы кризис кризисом, причем, если как бы посмотреть, Гарик Сукачев уже давно каких-то громких концертов не давал, нигде, как бы, не ходил. Но тем не менее, это также как и другой знаменитый актер. К сожалению, он не в моем стане, не харлеевец, он фанат BMW. Это Юэн Макгрегор, тот, который снимался у нас в Звездных войнах и в других вещах. Он путешествует со своим другом, в том числе, кстати, по России он тоже путешествовал на мотоциклах BMW GS, «гусях». Я как раз познакомился с ирландцами, когда ехал в Европу, которые по миру вообще ездили. Они с ним пересекались, когда ездили в Белоруссию и США. Ну, было интересно с ними пообщаться. Поэтому как бы это сейчас мы в сторону, возвращаемся к финансам.
Верников: Да, ну, давай, начнем о финансах. Вот Белоруссию ты хвалишь, пишешь, нет, ты на видео записал, что там все молятся на Лукашенко. Это видео.
Веденеев: Да, это действительно такое было. И просто скажем так, та часть людей, которая мне попалась в Минске и еще в нескольких городах, скажем так, из 100% населения, такого активного я имею в виду, у которого какие-то там дела есть, они прям никогда в жизни не хотели бы, чтобы у них был президент Путин. Они хотят просто, чтобы у них был Александр Лукашенко, типа законы соблюдает. Ну а на самом деле, я могу сказать, очень предприимчивые люди, многие бизнесмены, они все-таки стонут от того, что происходит в Беларуси, если говорить конкретно о Беларуси. И могу сказать, что вот когда я поехал, допустим, в Европу. Это уже было не открытие мотосезона и не закрытие, когда нас все холят лелеят, любят. И там куча народа, которые фанаты. Ты приезжаешь на заправку, на тебе смотрят как на врага народа. И таких белорусов очень много, которые нас терпеть, собственно говоря, не могут – я имею в виду русских. И, собственно, что мы им такого сделали? Но вот такая тема. Потом, у меня произошел такой неприятный инцидент. У меня, скажем так, пукнул двигатель от того, что я просто не успел долить масло вовремя. Конечно, моя вина. Просто была очень сильная буря и дождь. Мы знаем, что дороги за рубежом более-менее хорошие, там водоотвод. Но, ребята, когда у тебя почти по колено воды, ты едешь рассекаешь воду. Буря, вода и когда мы приехали в отель, я думал, либо я сейчас буду заливать вместе с водой это масло, к ничему хорошему это не приведет, либо я потерплю до Варшавы. Это была Чехия, город Брно. Ну, собственно, как всегда, когда ты едешь не один, тем более с девушкой, знаешь, чемоданы собрать, разобрать – это целая история. Окей, мы запаковались – поехали. Но мне, к сожалению, не хватило 50 километров. Я проехал только 330. Так вот к чему я эту историю рассказываю. Две страны, которые на самом деле, я бы всем рекомендовал избегать вообще. То есть кардинально с точки зрения психологического своего спокойствия, душевного, ментального. Это Чехия и это Польша. Там нас просто вот… если поляки нас, откровенно говоря, ненавидят и всячески палки в колеса вставляют, то чехи – это, скажем так, латентные ненавистники, русофобы такие, которые точно также как бы хреново к нам относятся. Это было понятно, когда я встал на трассе. И там просто я нашел человека, который из Беларуси поехал, забрал меня на автоэвакуаторе и мы поехали. От него по дороге там 1600 километров я узнал очень много о Беларуси, тем более он бизнесмен со стажем. У него несколько разных компаний, плюс которая занимается эвакуацией. И он, единственный от компании, который может ездить по всей Европе, так как у него есть некая зеленая грин-карта польская. Хотя как он не фанат поляков. У поляка так. Ты можешь спросить, куда тебе проехать, он тебя в другую сторону на 100 километров дальше отправит от того места, которое тебе нужно. Я узнал о том, что, оказывается, реально есть в Беларуси налог на тунеядство. Ну, то, что ты не работаешь, ты должен платить налог 300 евро. Ребята, ну…
Верников: Кстати, ты будешь смеяться, вот эта история с поляками, которые отправляют в другую сторону, она имеет очень долгую, так сказать… с перевешиванием табличек в другую сторону. Это даже наши эстрадные звезды – Ариэль, Валерия, Ярушин – об этом писали. Отправляют в другую сторону, если, так сказать, выпить немножечко, то очнешься где-нибудь в туалете с проломленной головой.
Веденеев: Ну, это абсолютно верно. И фишка вся в том, что, например, у них много разных видов деятельности было. Вот так вот смотришь на Беларусь, на города и у тебя такое ощущение – да, круто, чего-то там, села работают, что-то тут происходит. Думаешь – охренеть. А вот так пообщаешься реально с деловыми людьми, то есть с теми, кто занимается бизнесом, начиная, например, от мотогаража 242. Я очень долго ржал, думал, что за контора? Реально, 242 гараж. Ты приезжаешь – 242 гараж. Ну и, собственно, для тех, которые какой-то либо бизнес делают: кто-то машины раньше гонял, кто-то еще что-то. Говорит, ну вообще очень сильно прикрутили гайки. Так как в Беларуси мало всего, также как и в России, у них есть одно конкурентное преимущество по сравнению с нашей страной. Оно реально приграничное и через него тащат все транзитом. Соответственно и бизнес у многих с этим, в том числе, связан. И налог на тунеядство – это очень интересно. Допустим, люди в Европе покупают сигареты за полтора евро, в Беларуси стоят 40 центов. Чувствуешь, да? Вот они облепляют себя вот этим всем, всеми сигаретами, допустим, два человека, друга, и едут туда. А они, соответственно, там это все продают, возвращаются обратно. Соответственно, они платят 300 евро налог за то, что они ни фига не работают. Ну как бы, на кой тебе работать, если ты пошел, купил и там продал. Как бы всё логично. Бизнес как бы быстро в этом плане приспособился. Но здесь есть другая фишка. Оказывается, они как граждане Беларуси не имеют права раз, больше чем раз в 8 дней посещать заграницу. И там у них вот таких вот всяких вот чудозаконов очень, на самом деле, много.
Верников: Понятно.
Веденеев: Хотя, опять же, повторюсь, внешне выглядит, достаточно, типа круто и типа благополучно. Но…
Верников: Да. Ну, давай, немножечко по России. То есть я бы хотел бы как построить интервью. Чтобы переломить взгляд через Польшу, через Чехию на наши дела. Может они скорбные, может наоборот – веселые – я не знаю. На наши дела.
Веденеев: Ну, что о наших делах сказать. Опять же, я буду через призму Европы там. Приведу пример такой. Допустим, есть Вася, есть Петя.
Верников: Олейник, что ли?
Веденеев: Ха-ха-ха.
Верников: Вятский квас, вятский квас. Ха-ха-ха.
Веденеев: Так вот, допустим, Васе даете преференции, льготы, кредиты и так далее. Он все супер бурно развивается, у него все классно, все супер. А у Пети наоборот. Все отжимают, прижимают, закрывают и отбирают. При этом, что самое главное интересно, мне нравится в нашей стране. Эти люди между собой работают, дружат и друг друга знают. Ну и, соответственно, Вася спрашивает Петю: Петя, «а не на убой ли меня кормят»? В кавычках. Петя говорит, ну, в принципе, у меня было также как у тебя, поэтому готовься. Вот, соответственно, Петя уже давным-давно как бы уже живет, собственно говоря, в Европе, да, и очень многие так люди в нашей стране, которые делали бизнес, что-то делали в этой стране. Они вот почему-то, часть из этих людей, она очень интенсивно вытесняется с рынка. Такое ощущение, что как будто рынок такой очень тесный, некому туда пролезть. Но, собственно, ребята, если вы хотите, чтобы нормальные люди у вас были и никуда не сматывались, создайте такую атмосферу, чтобы человек хотел платить налоги в этой стране. Это раз. Второе. Видел, куда эти налоги, в конце концов, идут. А так у нас получается, что и налоги толком не собираются, собственно, и отжим постоянно бабла идет. Ну, это как бы всем это надоедает. Единственно, людям действительно обидно, когда они столько лет положили на тот или иной бизнес, научились работать в тех условиях, в которые их там зажали и им приходится больше 60%, а иногда 80% активов просто оставить в России. Просто оставить. То есть прошли те времена, когда тебе угрожали семье, родным, близким, тебя пытаются грохнуть – это уже все прошло потому, что сейчас…
Верников: А они к тебе обращаются с жалобой, вот эти вот люди? Ты же советник теперь финансовый.
Веденеев: Ну, я бы сказал, я, скорее, финансист, который помогает им решать некоторые проблемы. Они же ко мне по рекомендации тоже попадают. И иногда, в принципе, вот мы общались там с одним. Он мне откровенно сказал, Саня, если бы у меня, допустим, не получилось там хотя бы 60% по нормальной цене скинуть, то единственным источником существования у меня оставался бы капитал, который ты мне помогаешь растить. И это на самом деле, блин, страшно, потому что у тебя там семья, дети. Вот сейчас у меня часть, допустим, клиентов-инвесторов, они определились следующим образом. Кто-то не делает ничего в России. То есть они стараются обустроиться где-то там, где у них не отбирают ни хрена. То есть им дают возможность там работать, учиться и делать бизнес. Да и они видят, куда их налоги, в конце концов, идут. А часть людей – это, скорее, те люди, которые пока еще не, скажем так, обладают большой семьей и родными и близкими, за которых им нужно переживать и они более рисковы в этом направлении, и они хотят что-то делать здесь. Но я им сразу говорю, ребята, вы будьте готовы к тому, что если вы что-то делаете в России, ну вот завтра придут у вас и все отберут. Вот к этому нужно быть готовым, если делать какой-либо бизнес и делать нужно именно с таким расчетом, что чтобы ты не делал, ты завтра это вот прям завтра, можешь это все потерять. Или уже ночью у тебя все отобрали, ты просыпаешься нищим. Ну, по крайней мере, живым и не в тюрьме.
Верников: Ты прямо как про еврейскую невесту и этого: как ни вертись, все равно тебя. Прям как-то очень печально это все.
Веденеев: Ну, по факту, к сожалению, так. Вот, знаешь, сейчас у нас, если говорить про политический строй нашей страны, у нас, в принципе, однопартийная система. Но эта однопартийная система, она сейчас каким образом работает. Внутри каждой партии есть несколько кланов. И вот кланы начинают уже между собой грызться. Потому что конкурентов у них нету. Нету конкуренции вообще никакой. Они начинают грызться между собой. То есть у кого как бы связь выше, тот как бы молодец.
Верников: Саша, давай оставим партийные системы.
Веденеев: Но это, дело в том, что в нашей стране, если говорить про бизнес, да и про партии и политику – у нас все связано, понимаешь?
Верников: Нет, ну я прихожу к тебе, ты финансовый консультант. А ты говоришь: как ты ни вертись, все равно тебя… нормальная позиция? Ты должен быть морально готовым к тому, что тебя…
Веденеев: Да, да. Если, собственно, есть бизнес в России, то к этому нужно быть готовым. Ну как бы, понимаешь – это факт. У нас в России дают тебе максимум 2-3 года либо ты просто должен понимать, что любой бизнес, который ты делаешь, ты создал, ты молодец, ты все супер, ты должен понимать, что это, в принципе, не твое. Ты находишься у руля этого бизнеса только по, скажем, как наемный сотрудник, как генеральный директор или как тот человек, который это создал. И наемником ты являешься у государства, у чиновников. Они захотят, они все отберут и тебя, собственно говоря, уволят. Понимаешь, да?
Верников: Да, Саша, я только не понимаю, а в чем твоя работа? Вот это всем известно, даже детям маленьким, что ты говоришь, что могут отжать. А в чем твоя работа-то?
Веденеев: Смотри, ну, допустим, ко мне тоже не приходят, когда все хорошо.
Верников: По рекомендации.
Веденеев: Да, по рекомендации, когда все хорошо особо как бы никому ничего не надо. То есть, за исключением только какой-то там диверсификации. Туманное слово, которое для наших людей, оно такое, отдаленное, как и весь Запад. Они приходят и говорят: Саня, вот у меня такая фигня как бы. Я слышал о тебе от того и того. Вот у меня такая, условно говоря, проблема или задача. Вот что ты можешь мне порекомендовать? Потому что не все вообще со мной начинают, в принципе, работать и я как бы им сразу говорю: ребята, вы не думайте, что я как бы решение для всех ваших проблем. Они посмотрят видео, пообщаются с теми, кто со мной работает, говорят, вот, мы бы так хотели. Я говорю, ребята, в каждом конкретном случае – это отдельная история. Например, человек приходит и говорит: мне нужно там, хочу купить завод. Стоимость завода 78 миллионов рублей. Вот как бы мне это сделать поскорее? То есть что ты можешь мне предложить, что я могу сделать вот так? И мы начинаем там: что за завод, какой, где он? К чему он должен быть готов, как он это будет делать? Допустим, у него есть какая-то сумма денег и он еще способен ежеквартально, ежемесячно какую-то сумму докидывать. Не важно, на какие рынки. Это может быть Россия, США, роботы, руки – вообще плевать. Тут важно именно рассчитать момент достижения цели. И помимо достижения цели мы еще, собственно, делаем что? Мы каждый год все равно себя радуем. Не знаю, там, снял 10 000, пошел, купил мороженое, телефон и прочую ерунду. То есть порадовал родных и близких, чтобы у человека складывалось правильное отношение к фондовому рынку. Я, со своей стороны, воспитываю, скажем, так в своих клиентах-инвесторах именно правильное отношение вообще, в принципе, к финансовой индустрии. Не то, что там казино и все остальное. Они же к бизнесу как относятся? Типа, это бизнес. Супер! А если бизнес 8 месяцев у тебя приносит убыток и только два месяца в году зарабатывает – это чего за бизнес? Для них это все равно бизнес. А вот когда они приходят на фондовый рынок и получают первый месяц убыток – ой, это все лохотрон. А бизнес – это чего, не лохотрон, где он там 3 года работает в ноль. Это не лохотрон? Да, вот, понимаешь, поэтому за такие вот аналоги приходится постоянно как-то их немного в этом плане развивать. Плюс я сам постоянно какую-то информацию себе черпаю. Если я не буду делиться с ними, у меня голова будет пухнуть. А так они хотя бы, по крайней мере, чему-то вместе со мной учатся и растут. Поэтому мы, почитав все, разрабатываем определенную стратегию и начинаем по ней работать. При этом я всегда делаю расчет самой худшей ситуации и самой худшей доходности. Допустим, самый оптимистичный или самая лучшая доходность – это максимум 30% годовых. Максимум. Причем при всех вот наибольших хороших обстоятельствах. Собственно, худший вариант развития событий – это убытки минус 80, минус 100%. Здесь мы уже обговариваем, как мы будем действовать: либо так, либо так, в зависимости от того, есть у них денежный поток, нет.
Верников: Ну, да. Либо паяльник, либо петлю.
Веденеев: Ну, естественно, да. Они, понимаешь, многие очень делают ошибку, даже мои финансовые партнеры, они не интересуются людьми, откуда у них, в принципе, деньги. А это, зачастую, приводит потом к очень серьезным последствиям. Например, человек был на моей практике, сейчас я с этим клиентом работаю. Взял кредит минус 34%. Вообще, взял кредит 34% под свою недвижку, которая стоит у него там очень много миллионов. И причем, он в два раза дешевле отдал как бы залог, при этом 34%. Представляешь, сколько он в месяц платит? Несколько сотен тысяч рублей. И при этом он, соответственно, типа диверсифицировался: вложился в одно, в другое. Ну, да, приносило прибыль. Потом на одном из направлений у него появился убыток. А у него в голове, знаешь, типа, убытка не будет, что кто-то из них будет всегда зарабатывать. Потом, в итоге, и второй тоже принес убыток и он, собственно, начинает, как бы в этом плане мешать тем, кто ему, в принципе, приносил профит, работать. Причем потому что постоянно дергает деньги, там начинает что-то там угрожать и так далее, и тому подобное. Ну, то есть эмоции начинают зашкаливать. А проблема-то вся в чем? В том, что они изначально не удосужились узнать вообще, откуда бабки и как он с ними собирается распоряжаться. Это очень такой важный момент. Зачастую люди готовы последние деньги, да, то есть, давай, сейчас мы – раз и срубим! А расходы? Вот семья там, дети, работа.
Верников: Саша, пока понятно. Значит, пока по рынку поползли слухи, что ты занимаешься Форексом и гонишь деньги на Форекс. *** Герчику и на самом деле на Форекс не гонишь, а занимаешься серьезными делами.
Веденеев: Ну, я так скажу. Как бы какая разница, где зарабатывать – у Герчика на Форексе или у дяди Вани в Челябинске? Мне в этом плане совершенно все равно, потому что я, допустим, сам умею что-то делать на опционах, что-то умею делать на фьючерсах, что-то умею делать на акциях на российском рынке. Я знаком, допустим, с американским рынком. Но с технической точки зрения мне еще на американском рынке работать и работать. Для этого тоже нужно время и организовывать все. Поэтому некоторые мои познания в финансовой среде позволяют мне выявить, кто умеет делать бабки, а кто нет. Потому что вот эта вся профанация, реклама и прочая ерунда - она мне неинтересна. Вот конкретный факт: есть бабки, есть доход. Работаем – работам, интересно – неинтересно. Вот и все.
Верников:  А у тебя много клиентов уже среди звезд появилось?
Веденеев: Ну, скажем так, достаточно. Есть просто часть из них не публичных, что жалко. Но все-таки большая их часть, она способна быть публичной.
Верников: Я смотрю у тебя и продюсер какой-то Первого канала высказывается.
Веденеев: Ну, есть такая тема.
Верников: Телешоу, телешоу.
Веденеев: Есть, есть. И Камеди там, и другие ребята – это есть. Но опять же, они ко мне тоже не от хорошей жизни там пришли многие. У них, понимаешь, в любой среде, в которой мы считаем, она очень крутая – звезды, продюсеры и так далее, у них там куча денег. На самом деле у них проблема с финансовой грамотностью. Но не то, что они там типа тупые – нет. Они просто, допустим, привыкли, они зарабатывают много и, соответственно, тратят много. При этом зачастую у них не остается никаких сбережений. Это что спортсмены, что звезды. И когда у них наступает проблема, они вдруг – о, блин! – а у меня тут, короче, чего-то кончилось. Епт, а чего делать? А у них там, не знаю, дворец там где-нибудь, куча машин. Все же надо содержать, все же надо платить. И в этом проблема.
Верников: И ты подваливаешь, и говоришь: давайте составим личный финансовый план.
Веденеев: Ну, скажем так, они обращаются ко мне, во-первых, опять же, повторюсь, здесь очень важный момент. Если, допустим, я понимаю, да, у человека, не знаю – 100 000 долларов и больше ничего нет. У него, допустим, жена, скажем так, семья. Она не работает, а он, допустим, работает. Но при этом он не знает… Я сейчас, с твоего позволения, себе маленькую, этот… проводочек сделаю, а то мне уже начинают беспроводные наушники садиться. Прямо сейчас – секундочку.
Верников: Мы сейчас прервемся на секундочку, Саша, ничего? Он меня не слышал. Саша! Мы сейчас прервемся на секундочку. Я посмотрю, как записалась эта часть, ладно?
Веденеев: А, хорошо, хорошо. Вот это, окей.
Верников: Сейчас позвоню.

Читать полностью

Верников в гостях у Веденеева - про клиентов, инвестиции и решение вопросов (часть 2)

Веденеев: Попутешествовал, много проводил здесь тоже времени, познакомился много с кем.
Андрей: Больше не будет.
Веденеев: Да, и, соответственно, у него не факт, что появится, допустим, следующие какие-то доходы, и они у него не прекратятся. Соответственно, нужно как сделать? Это, скажем так, некий форс-мажор, обстоятельства. Так-то, вроде, положил деньги, все супер, в конце года, допустим, какую-то сумму ты получил. Это здорово. Но представь себе, что – раз! – потерял работу или что-то, какая-то проблема со здоровьем, то есть форс-мажор. И, причем, это происходит, допустим, не в конце квартала, а где-нибудь там, в серединке. И тебе понадобились срочно деньги, а их неоткуда взять. А как бы закрывать позицию – это значит, ты теряешь некоторую капитализацию или вообще убыток у тебя может быть в моменте. Дожидаться конца квартала, ну если только перезанять у кого-то – как один из вариантов. Но если вообще дергать капитал, ты сам знаешь, плюс, плюс, плюс, а потом какой-то минус, а у тебя по факту капитала стало меньше для того, чтобы работать. А ты деньги-то уже снял. Соответственно, нам нужно просчитать так, прям по минимуму, да, то есть или по максимуму – в зависимости от задачи – вот нужно сделать так, чтобы год, как минимум не трогать. А чтобы не трогать, нужны какие-то средства, которые тебе помогут, собственно, для существования, чтобы этого не делать. И это такие очень важные моменты, которые многие упускают. Еще был пример такой, это опять же, как это происходит. Допустим, мы достигаем какой-то финансовой цели, к примеру, людям нужно построить дом или квартиру купить. Очень у многих происходило следующее. Они это делали, тратили все бабки на квартиру или на дом и все. То есть, денег у них больше нет. У них какие-то накопления были, мы эти накопления преумножили, больше накапливать не получалось. Они, соответственно, вложили все в дом. Окей, дом построен или квартира сделана. Дальше – это ремонт и содержание. И денег опять взять неоткуда. И самое главное, даже при наличии вариантов, как это сделать, они, допустим, с горем пополам как-то это делают, но нету теперь у них дохода под названием фондовый рынок. То есть они свою задачу решили, но это двоякая вещь. Почему? Они потратили кучу денег, но сейчас-то наше законодательство настолько меняется в России, что тебя, в принципе, за неуплату коммуналки могут на хрен выселить из твоей собственной квартиры, которую ты купил. Без возмещения тебя могут на фиг выкинуть. Ты представляешь, какой вообще бред? Но при этом у тебя уже закончился доход на фондовом рынке, в бизнесе, например, жопа, и ты стал уже таксовать, но у тебя как бы есть квартира, которую ты не можешь содержать. Чувствуешь, какой замкнутый круг? При этом, людям…
Андрей: Я знаю к кому обратиться, чтобы этот круг развязать.
Веденеев: Порочный круг, да. И, соответственно, на примере могу тебе рассказать, например, Леня Школьник, который у нас там продюсер, Камеди продакшн, Убойная Лига и так далее. Вот у них классика жанра. Он очень много каких-то проектов по разным телеканалам вел и адаптировал зарубежные шоу к российским. То есть человек, с достаточно хорошим достатком и, собственно говоря,  коннектин пипл с точки зрения массовости и публичности. Так вот классика жанра, опять же, связанная с нашими олигархами и акциями. Вот была телекомпания СТС и канал ТНТ и другие медиа разные. Естественно, у нас Усманов решил приобрести СТС и прочие такие моменты. Шли переговоры, то, то, но это мы видели в новостях и по РБК нам все об этом рассказывали. А вот что в реальности происходит с обычными людьми, которые работают в этой индустрии. Они восемь с половиной месяцев ни хрена не получают. Ты представляешь, да? То есть, тебе нужно снимать, тебе нужно арендовать, у тебя человек, который занимается звуком, оператор, гример, и т.д. и т.п. – ну, вплоть до тех самых артистов знаменитых, типа Нагиева и других, которые бесплатно работают. И никто из них не знает, им спустя еще два месяца заплатят или вообще им ни хрена не заплатят. Понимаешь, в чем прикол? И они все, как бы, вот зажав, как говорится, булки, они идут по направлению вперед. То есть доделывают проект, пишут пилоты и прочее, прочее. Это же все стоит денег. Допустим, какой-то проект понравился продюсерам, телеканалу, владельцам и они хотят их сделать. Они договариваются на 10 миллионов рублей, чтобы быстро – окей – работают. Все супер! Проект закончился, завершился, пора оплачивать. И вдруг они платят вместо десяти три миллиона. А тебе нужно эти три миллиона распределить как десять. И вот у них такая постоянная проблема.  То есть они…
Андрей: А ты им помогаешь решать вопросы?
Веденеев: Ну, тут, скажем…конечно, конечно. Кому…
Андрей: А как? Ты умеешь из трех десять сделать?
Веденеев: Скажу так.
Андрей: Быстро только.
Веденеев: Я просто рассказываю о том, что как у них происходит. Допустим, когда у него, у Лени стала задача по приобретению, допустим, квартиры для своих родителей, которые у него живут в Пензе, естественно, у нас был такой вариант. Окей, мы можем эту квартиру купить сразу, но здесь есть одна такая опасность, опять же, связанная с чем? Вот, допустим, рассчитываешь на десять миллионов, а придет у тебя всего три. Чего ты будешь делать? А денег-то у тебя нету. Поэтому у нас задача была следующая, то есть, фактически, нереальная. То есть нужно, чтобы был какой-то счет в банке, допустим, фондовый рынок, чтобы была та же самая недвижка. Второе. И третье – опять же, там, работа и бизнес тоже не тухли. Чтобы у тебя все было одновременно. А как это можно было сделать? Да, есть определенные проекты, которые он, допустим, делает и он что-то с них получает. Если он там получил, у него есть возможность доложить на какой-то срок, допустим, к своей капитализации. Мы там планируем, допустим, восемь месяц, семь и так далее. Потом, допустим, когда конец года мы берем, допустим, не всю квартиру целиком, а берем, допустим, её в ипотеку. Для чего в ипотеку? Потому что – первое – мы, соответственно, берем 30-40%, допустим, гасим этой ипотеки и у нас есть капитал, который мы, допустим, в конце года можем потратить на погашение следующей части ипотеки или вообще её полностью закрыть. А при этом еще есть другой доход, который позволяет платить проценты. Если этого дохода нет ни фига и он тухнет, то мы в конце года используем фондовый рынок как погашение процентов и части кредита.
Андрей: Саша, а можно спросить? А приходит к тебе, в сущности, нищета, голь перекатная? Ну, на самом деле, голь перекатная может быть владельцем фабрик, как бы, пароходов…
Веденеев: Я тебе сразу хочу сказать. Вот предложение, с точки зрения – Саня… вот у меня весь Facebook и весь Контакт прямо засыпан предложениями с Казахстана, другими. У них там где-то от 10 000 до 100 000 долларов и всё – как бы у них больше ничего нет. Либо у них вообще нет ни рубля, ни доллара, ни евро, но какие-то заводы, какие-то пароходы, какая-то вот эта вся херня. Я говорю, ребята, вы понимаете. Вот, окей, вы мне это предлагаете, мне же это все равно нужно тупо превратить в деньги. То есть мне нужно решить ваш вопрос по поводу продажи этих активов – недвижки и прочее. В чем прикол в нашей стране? С 15 года, с февраля месяца у нас ни один банк в качестве залогового поручения не берет ничего нематериального. Вообще ничего не берет: ни машины, ни квартиры, ни яхты, ни земли – не выдаем. Им на хрен это ничего не надо. Они берут только в учет твои оборотные средства по бизнесу, по работе. Например, у тебя есть там, был какой-то контракт, в прошлом году, на 200 миллионов рублей. Сколько ты получишь кредита? Максимум 20-25 миллионов рублей. Максимум. То есть жалкие 10% от того твоего оборота прошлогоднего, который у тебя был. И то, это будет под драконовские проценты. Ну и логично, что у всех этих людей возникла одна и та же гребаная проблема: а где взять, собственно, тупо, кэш для осуществления какой-либо деятельности? Они говорят, Саня, можно… я говорю, ребята, это риэлторы, продавцы, то есть я должен выполнять их работу, а не своей финансовой темой заниматься. Поэтому это не очень.
Андрей: Я понял. На самом деле очень сложная у тебя работа.
Веденеев: Она, я бы сказал, не только сложная, я тебе сейчас еще, знаешь, как это, мочкану сильно. Да, вот ты говоришь про голь перекатную или нищебродов.
Андрей: Откуда-то деньги? Как их-то будешь стричь-то? В них самих проблема.
Веденеев: Вот именно, вот, смотри. Когда я работал в бытность свою в Xelius, в Открытие и прочее.
Андрей: Ты в Xelius работал, да?
Веденеев: Да, было дело. Было дело, ха-ха-ха. Опыт такой был с разными компаниями. При этом, от этих, скажем так, многочисленных компаний и даже тех, в которых я не работал, это и БКС, и Финам, и Церих – все, короче, которые у нас только есть брокеры и финансовые учреждения, которые занимались у нас ДУ и предоставлением доступа на рынок, очень многие люди там страдали. И при этом у них были какие-то там минусы, проблемы прочие. Я многих из этих людей, почти с каждым общался и некоторые из них стали со мной работать. Я помогал им в восстановлении капитала. Это, скорее, связано с моим внутренним неким мироощущением потому, что денег с них особо не заработаешь потому, что их нужно сначала восстановить и только после восстановления они могут приносить прибыль. И то, если мы решим их проблему.
Андрей: А ты подписываешь какой-то контракт с ними? А то, знаешь, у нас кидают людей.
Веденеев: Я тебе так скажу. Тут вопрос доверия, он очень важен и, скорее, какие-то контракты бесполезно в нашей России подписывать потому, что юрисдикция у нас вот такая. С точки зрения фондового рынка. Ты можешь подписать с любой корпорацией вот такую кипу бумаг.
Андрей: То есть ты ставишь людей на крыло, а потом они могут улететь и помахать тебе крылом.
Веденеев: Это вполне возможно, но самое главное, никто из них мне не скажет или про меня не скажет ничего плохого. Даже если, как бы он со мной не завершил отношения, он не скажет, что я какой-то кидала или я там что-то не сделал.
Андрей: Слушай, а ведь ты торговал и сейчас, наверное, торгуешь на рынке, да?
Веденеев: Да.
Андрей: А неужели то, что ты торговал менее выгодно, чем то, чем сейчас ты занимаешься?
Веденеев: Ты знаешь, мне как раз и не хочется, чтобы я торговал сам все время. Для этого есть как бы сорвиголовы, которые этим занимаются. Мне интересна другая тема, более организационная, с точки зрения реализации каких-то задач. Потому что просто торговать – это просто торговать, просто делать деньги – неинтересно. Когда у человека есть конкретная задача, особенно я кайфую от того, когда у меня один инвестор с другим состыковываются и у них рождается что-то совершенно другое в реальном секторе экономики, что у нас в стране, что за рубежом. И от этого как бы кайфую, потому что и сам туда могу тоже вкладываться. Но чтобы это произошло нужно определенное время. Ведь у нас, допустим, сейчас я об этом скажу, а потом скажу о более тяжелых вещах с точки зрения нищебродов. Вот, смотри, допустим, человек, когда сходится с другим по какому-то виду бизнеса или предложению, они друг друга не знают. И подстраховаться им нечем. И тот, и другой типа рискует. И вот, допустим, у них проект на 40 миллионов рублей. Один вкладывает 20 и другой вкладывает 20. Они рискуют 100%. И у них недоверие взаимное друг к другу. Вот это вот куча времени уходит на то, чтобы притереться, понять, хороший партнер, нехороший и так далее. Это потеря времени. Теперь, смотри, как происходит у меня. Так как каждый из этих инвесторов и клиентов, которых, я их свожу между собой. Я не просто посредник, который свел одного человека с другим. У каждого из них находится у меня капитал и этим капиталом они застрахованы. Условно говоря, один другого кинет. Окей, я говорю, чувак, извини, Ваня, ты Петю кинул, я, соответственно, весь твой капитал отдаю Пете. И Петя спокоен. То есть нет вот этой потери времени с точки зрения доверия. И оно происходит гораздо быстрей. И, более того, он просто не просто происходит гораздо быстрее, а и объемы таких сделок, они гораздо выше.
Андрей: Нет, я понимаю. Я так с другой стороны смотрю. Вот ты был управляющим, ну и ли трейдером. И сейчас тоже управляющим, но у тебя как бы есть образование психологическое, которое не было в этот момент задействовано сильно. А сейчас ты еще раскрываешь вот это свое образование, когда общаешься с людьми.
Веденеев: Ну, я все время, в принципе, общался с людьми, даже когда я был трейдером-управляющим. Основная специализация моя – это решения геморроя больших корпораций. Это всегда это было. И проблема всех больших компаний и даже маленьких, она одна и та же: они не знают своих клиентов. Для них человек с полутора миллионами рублей – это чмо, а у кого десять – молодец. Знаешь, в чем может быть прикол? Чувак, у которого полтора миллиона, он дал десять своему подчиненному, чтобы тот зашел в эту же компанию. Понимаешь, в чем прикол? Или, например, человека послали на хрен, когда потеряли 60% его капитализации, а это человек, который не нуждается ни в каких инвестициях. У него всего лишь команда его и руководство попросили посмотреть, а где есть диверсификация, которая нам может быть интересна? А этот человек, на минуточку, отвечал за очень крутые объемы сделки МСК и РЕПО в Сбербанке. И более того, когда был финансовый форум 2015 года, он, соответственно, стоял там в уголочке с Набиулинной и говорил: нужно сделать вот так вот и вот так вот. Она говорит: да, хорошо, мы сделаем. Понимаешь, какой уровень людей? При этом компаниям насрать, потому что они смотрят на совершенно другие вещи. И, как мне кажется, это неправильно. Но, с другой стороны, эти люди, они никогда больше с корпорациями не свяжутся. Никогда вообще, но они свяжутся со мной. Они работают в этом плане со мной. Для многих очень важно.
Андрей: Нет, у нас кидают. У нас очень сильно кидают.
Веденеев: У нас вообще весь бизнес основан на кидалове.
Андрей: Вот у нас в финансовом секторе тоже людей не ценят.
Веденеев: Прости, что перебиваю, меня, знаешь, как это реально бесит и расстраивает, потому что у меня вот есть, допустим, там видео, в котором я еще с ребятами с Чебоксар работал семь с хреном лет вообще. Это безумный срок вообще. И только сейчас, причем, почему я только сейчас снял, да, потому что у меня другие там видео появились. Они в свое время мне сказали, что, Саня, 2-3 года – это не показатель. Вот, давай, мы поработаем, типа, дольше. Я говорю, окей. С одним договорился на три с половиной, с другим на пять, с другим на семь лет. Вот эти сроки подошли. Они как бы не сдулись, не ушли. У них там один бизнес развил, другой там еще что-то сделал. Мы, наконец-то, с ними это дело сняли. Потому что многие говорят: да, да, да, мы готовы, а концу года или к концу срока ни говорят: мы не готовы.
Андрей: Нет, у меня тоже приятель…у нас не ценят людей-профессионал финансовые компании. Один приятель у меня работал в финансовой компании и там, значит, были роботы. И эти роботы временами расстраивались, начинали штамповать, скажем, так убытки.
Веденеев: Это нормально, да.
Андрей: Надо было людей успокаивать, успокаивать и, в общем, большая часть грязной работы по успокоению людей лежала на нем. И, в конце концов, он пришел к руководству, говорит: поднимите мне зп на 1 копейку. Они сказали: пошел на хер! Вот у нас так людей ценят. Он, конечно, плюнул и ушел, понимаешь?
Веденеев: Я его отлично понимаю, потому что когда, например, вернулся после 14 года в Россию, я семь с половиной месяцев не получал ни рубля. Я жил за счет доходов своей любимой девушки. И все. И я эти семь с половиной месяцев вот большое количество говна, которое шло со всех корпораций, со всех корпораций, повторюсь. Не только там с тех компаний, которые, а со всех. Оно лилось на меня, реально. И я когда понял, что людей в очередной раз наё…, я говорю, ребята, я этого делать не буду. Я не буду звонить клиенту и говорить, что, чуваки… я не буду его обманывать – зачем? Человек пришел ко мне, он лично мне доверил капитал, а вы меня подставляете. Это моя репутация личная. В итоге, как бы, я, во-первых, не договорился с руководством компании. Я говорю: нужно сделать вот так. Ну, знаешь, когда у тебя вот цена вопроса вот такая копеечка, зато у тебя скилы, ответственность, рентабельность и репутация. Но, оказалось, насрать. Соответственно, репутацию многие из этих компаний потеряли, отделы менеджеров потеряли. Я их всех, этих клиентов предупредил, что их ждет, с чем они столкнутся. Я сказал: ребята, хотите, я мгу вами заняться? Да, я не гигантская компания, у меня нет миллиардов бабосов, но у меня есть мозги, и знаю, как из говна делать конфетку. Причем, как бы, пожалуйста, вы со мной там – кто был знаком, когда я работал в компании, пожалуйста, все это могли видеть. Что называется, я почти весь 12-й год торговал онлайн чуть ли не 24 часа в сутки. Я всегда предлагал всем конкурентам тогдашним, включая United Traders, я говорил, ребята, давайте, окей, поторгуем, как говорится, и устроим баттлы. Никто так со мной и не захотел этого делать. Соответственно, меня всегда бесило то, что непрозрачность всех вот этих вещей. Все рассказывают о каких-то стратегиях, семинарят и прочее. Я говорю: ребята, окей, ну, покажите конкретно тему, чтобы сделать.
Андрей: Нет, ну а заходишь на сайт, написано: управляет тремя миллионами долларов и прочее, прочее.
Веденеев: Я тебе так скажу. Люди… я тебе классический приведу. Человек, который управлял 10 миллиардами рублей пошел в наемные сотрудники на 50 000. Ты одупляешь вот этот момент? Это дебилизм, когда мне человек говорит, что он там это. Я говорю, он работает на кого-то? Да. Сколько он там зарабатывает? Ну, все понятно. Знаешь, это сразу все понятно. Это значит, он никакой ответственности за эти бабки не несет. Какой-то форс-мажор, он всё – на фиг, понимаешь? И все это будет либо на компании лежать, это все бред собачий. Самая главная разница – люди не хотят брать на себя ответственность, ни маленькую, ни большую. У меня каждый клиент знает, если человек принес 100 миллионов и говорит, Саня, у меня 100 миллионов рублей. Я говорю, окей, но если какая-то жопа случится, у меня в моменте, допустим, есть 47, а 53 мне придется попу порвать – заработать. Для этого мне нужно время. Поэтому, обладая этой информацией, вот ты решаешь сам. Ты либо на 100 лямов заходишь, либо на 47. То есть решайся сам. Ну, соответственно, человек естественно, по рекомендации и науськиванию своих друзей, он, допустим, 60-70 вкладывает. Или чуть меньше. Это уже от них зависит. Дальше уже идет именно работа. Ведь в чем фишка? Когда ты что-то какой-то год сделал убыточный. У меня даже на сайте, допустим, есть. У меня там 11 год был минус 17%, но это не означает, что ты как бы дерьмо и, короче, ты никогда не заработаешь, и с тобой надо заканчивать работу. Ведь у тебя первый год может быть там плюс 10%, а второй плюс 80. И наоборот. Тут важно, я всегда говорю, ребята, дайте мне тупо 2 года. Тогда вы лично, каждый из вас составит свою статистику. Не важно, что твой друг уже работает со мной 5 лет или три года. Два года тебе нужно понять, как там со мной идет работа.
Андрей: Саш, мы чего-то заговорились немножечко. У нас уже так по времени не хило, да, так.
Веденеев: Ну, да. Я, знаешь, что хочу сказать, вот то, что я говорил там про нищебродов. Это, на самом деле, люди не нищеброды, а у них, у всех в жизни по-разному складывается. Я, честно говоря, могу сказать, ну, помимо того, что мне скажут спасибо, что я кому-то на квартиру или на дом заработал. Это один вариант. А вот когда ты жизнь спасаешь – это другая тема. У меня, например, есть видео с Виталием, который с города Волгоград. Он очень прикольный, он подводной рыбалкой занимается, ну, если видел там – посмотришь. В чем прикол? Он мне, примерно, через пару недель позвонил после съемок с очень херовой вестью, очень плохой, то есть он заболел раком. А это куча бабла и всего остального. Соответственно, он расстроился, я тоже. И когда, мне, допустим, дали визу в Европу, она у меня была всего до 31 мая. То есть я галопом по европам гонял. И я распланировал так: либо я поеду, либо нет. От чего это зависело? Это зависело от того, как с Виталием будет по здоровью. Мы здесь, условно говоря, всех на уши подняли и в Москве ему сделали две операции. Сейчас он проходит период реабилитации у себя, в Волгограде. И для меня было важно, что только мы человека восстановили, вот только мы ему капитал восстановили, только мы поставили мы ему какие-то там цели, работали, и вдруг такая фигня. Да, то есть от этого никто не застрахован. Но для меня важно было, чтобы все, что от меня зависело, то есть у человека было в порядке и хорошо. Соответственно, я им продолжал заниматься и, слава богу, у нас все хорошо здесь произошло. Вот сейчас я, в скором времени, поеду к нему туда, в Волгоград, отчитываться уже по следующему кварталу и часть денег мы будем вытаскивать там на лечение. Это вот тебе как пример. Потому что, знаешь, есть люди, которые тебе либо завидуют, либо там желчью исходят. И от них вот эта вся негативная энергия, она летит в твою сторону. Ты прекрасно знаешь, что у тебя друг работал, и все это говно на себя воспринимал от сливов клиентов. Это все очень тяжело психологически выдерживать. Как это нивелировать? Это нивелируют вот такие люди, как Виталий и ему подобные, которые в твою сторону столько позитива, столько хорошего, столько добра и тепла в твою сторону направляют, что это как раз и гасит вот это говно негативное, которое идет в твою сторону. Поэтому я такими людьми и занимаюсь. Другой тебе пример приведу. У меня, получается, парень меня нашел. Он у него был, на семинарах у Герчика, и я, соответственно, у Саши узнавал, что это за человек, вообще, откуда он меня знает, да, потому что по рекомендации работаю. Я встретился, съездил к ним, то ли в Зеленоград, то ли куда – я уже не помню. Они с мамой живут вдвоем. Парень очень хорошо зарабатывал. Причем, как бы для молодого человека зарабатывать от 300 000 рублей тире 150 000 ежемесячно – это много и в Москве и, соответственно, в Подмосковье. Согласен, да, со мной? Они взяли квартиру в Подмосковье. Он ее почти выплатил, но у него образовалась уникальная болезнь, которой страдает, наверное, 3, максиму 2% населения Земли. Это связано с опорно-двигательным аппаратом, с костными тканями. То есть он стал…
Андрей: Бехтерева, болезнь Бехтерева, что ли?
Веденеев: Ты знаешь, честно говоря, я не помню, вот как она называется. Суть в том, что он начинает хреновато двигаться и не контролирует свои движения. Но при этом все адекватно и болезнь – она может либо прогрессировать, либо стагнировать, либо обратно возвращаться. В общем, он там последние 2 года уже не мог осуществлять свою рабочую деятельность, и там он попробовал немножко на рынке. Мама его в этом плане поддержала, папы у них нет. Есть там мужик, который с ними живет. Они против него ничего не имеют. Но я с ним, к сожалению, даже не познакомился, не общался. И они не знают тоже, насколько у него тоже все искренне и насколько, если будет у них полная жопа, он с ними останется. Но, в принципе, человек хороший, как они мне объяснили. Мы с ними, значит, пообщались, я говорю, ребята, вот опять же, если я там вами займусь, я понимаю, что как бы я мало что с них заработаю вообще, в принципе. Но с точки зрения позитива и какой-то кармы, чисто человеческая духовность 100% может получиться. Ну и плюс видеоотзыв, он тоже будет замечательный. Мы с ними создали определенный план. У него задача найти работу интернетную. Второе, значит, искать варианты стагнации своей болезни, либо наоборот её в рецессию обратно сделать. Мама, соответственно, и у него то есть – у них совместная задача эта же и плюс они сейчас хотят эту квартиру, с которой им осталось еще тысяч 300 отдать, но уже дохода нет, ее продать. Соответственно, часть денег им нужно потратить на год-два снятие дома где-то в такой лесозоне, потому что для здоровья необходимо ему. Чтобы они там, представляешь, да, деревенский домик и там все есть, условно говоря. И чтобы они сразу потратили на год-два, то есть закрыли этот вопрос. У них остается капитал – в районе 2-3 миллионов рублей. И с этим капиталом можно работать. Я говорю, тем не менее, даже если вы хотите с ним работать, все равно нужно быть готовым к риску 30% - это минимум. То есть если, говорю, вот так вот хотите, то окей. Потому что, ну какие у них другие альтернативы вообще, в принципе? Нет. Потому что мама, фактически, на пенсии, у него там тоже по инвалидности, и они не смогут погасить этот же самый кредит квартиры. То есть у них такой замкнутый круг.
Андрей: Саша, ну, очень интересно все, но очень…
Веденеев: Это просто я привел тебе как примеры.
Андрей: Чем тебе приходится заниматься.
Веденеев: Я бы не сказал, что это там нищеброды или еще что-то – у всех по-разному.
Андрей: Значит, Саша, у меня предложение. Давай мы с тобой это очень большую штуку, очень большое интервью на две части разобьем.
Веденеев: Я не против.
Андрей: А то два… люди как бы…
Веденеев: Ну, конечно, конечно, с точки зрения…
Андрей: И давай, мы как бы назовем его хорошо как-нибудь, ну, типа, «Разруливая чужие проблемы». Ну как ты хочешь – назови.
Веденеев: Ты знаешь, можно сказать так – «Решала». Знаешь, как в сериале «Физрук» с Нагиевым – «Решала». Ха-ха-ха.
Андрей: Я – Решала, да?
Веденеев: Ну, что-то такое, просто вот, знаешь, в кавычках – «Решала». Такие, знаешь, 90-е были. Проблемы рисуются, он, человек есть, который вопросы эти решает.
Андрей: Ну, хорошо, а в следующем интервью, когда по скайпу, ты уже свои стволы покажешь, да? Решала. Ха-ха-ха.
Веденеев: Ха-ха-ха.
Андрей: Все, давай, бай, счастливо!
Веденеев: Все, спасибо, Андрюша, давай.
Андрей: Давай, пока.

Читать полностью

Моя жизнь

Веденеев и Герчик - Как получить патент на изобретение (полезная модель и подача документов)

Веденеев: Ну что, вот мы, наконец, заглянем в гости к моему партнеру давнему – Александру Михайловичу Герчику. И он сегодня расскажет нам совсем не про трейдинг, а про свое давнее увлечение под названием патенты. Расскажет много что интересного и покажет тоже. Я думаю, очень многим людям, которые занимаются вообще сферой бизнеса – внедрением, развитием – будет интересно. Ну а тем, кто не знает Александра Михайловича с этой стороны, тоже будет интересно узнать совершенно другую сторону его личности и, скажем так, его увлечений и хобби.
Расскажи вообще про вот то, как ты увлекся патентами, про вот это вот хобби. И почему именно это, а не что-то другое?
Герчик: На самом деле, то как бы увлечение, скорее всего, мне привил мой друг. У меня есть несколько лучших друзей. Это один из этих друзей – Леша. Он живет сейчас в Германии и, скорее всего, привил это. Ну а как обычно, у любого человека всегда в жизни возникают какие-то моменты, когда он где-то что-то видит и говорит: а почему вот этого нету? А почему вот этого? Любой человек, который в жизни чем-то увлекается или чем-то занимается, у него в какой-то момент появляются какие-то идеи. Но проблема в том, что такие идеи, на самом деле, не очень легко воплощать в жизнь. И вот благодаря моему другу, мы воплотили таких несколько идей в жизнь. Я сейчас, в принципе, покажу. Это идея, которая была у моего друга. Мы ее дополнили, получили на нее официальный патент. Я просто расскажу, в каком хронологическом порядке это все происходит. На самом деле, это хобби и хобби не дешевое. Я, в принципе, могу последовательно рассказать, сколько что стоит. Письмо от адвоката, который делает, так называемый первоначальный research, проверяет первоначальное – есть ли подобные продукты и можно ли получить. Потому что очень часто бывает, что продукты очень схожие, однако из-за маленького крепления вот твой продукт сразу выделяется из других. Есть огромное количество продуктов, похожих на наши, но идентичного нашему продукту нету вообще. Поэтому, в принципе, мы смогли получить патент. Это дело очень долгосрочное, то есть невозможно там за две или за три недели получить. Это, в принципе, стоит больших денег. Приходится писать огромное количество бумаг. И, к сожалению, если ты не можешь четко объяснить, так называемую, свою «полезную модель» - называется, то патент получить тебе будет очень нелегко. А вот, дорогие друзья, первая как раз картинка, которая показывает аксессуар мини-поднос для горячих напитков. С чего это все началось, я просто покажу, как он работает. Есть фотографии, есть уже готовые изделия. Это все началось с того, что мой друг сидел и пил чай, и, как вы знаете, всегда, то ложка валяется какая-то, то тебе приходят – некуда положить пакетик. Тут ты начинаешь класть пакетик в блюдце. Очень не эстетически получается. И мой друг говорит: у меня есть такая идея, и  так был сделан аксессуар, который называется «мини-поднос». Это было сделано в кайф. Денег там больших не заработаешь. То есть даже если ты пойдешь продавать, ну, можно заработать несколько сот тысяч долларов. На самом деле, как бы для кого-то это огромные деньги и люди иногда таких денег никогда не видели. Но этим нужно заниматься. То есть надо идти и делать красивые вещи. Я покажу, что мы даже сделали уже. Мы делали все официально потом на 3d-принтере. С чего это все, в принципе, начинается? Первое, что ты должен сделать – это полностью описать модель. То есть как устроена модель, ты должен написать, для чего она предназначена. Иначе просто, по-простому, то, что ты написал, никто не будет читать. Оно должно быть читабельно, должно быть с картинками. И очень часто это что-то очень детализированное, оно должно обязательно быть с размерами: объемы, длина, ширина, глубина, и все остальное. Вот здесь описано, что с аксессуаром можно комфортно размещать ложку, кусочки сахара и чайные пакетики, не замечая лишнего места. На самом деле, я первый раз поехал с этим изобретением в Англию, когда мы сделали уже несколько предметов на 3D-принтере. Заходил в чайные, в кофейни, в чайные, которые очень популярны в Лондоне, и, в принципе, покупать все готовы были. То есть здесь вопрос один - это, естественно, дать это в продукцию. Нужно делать штамп. Там штамп от 7 до 15 тысяч долларов стоит. Ты производишь и потом идешь, по-простому, продаешь готовую модель. То есть, видите, как красиво написано. Это писал мой друг. « А шоколадный презент, подаваемый с кофе, больше не будет таять, нагретый от горячей чашки». Что, на самом деле, интересно – даже кто летает бизнес-класс «Аэрофлотом» - я надеюсь, что такие люди нас все-таки будут смотреть, они знают, что всегда «Аэрофлот», всегда к чашечке дают маленькую такую шоколадочку, на которой написано «Аэрофлот». Кладут вот эту шоколадочку прям возле чашки и именно от того, что она нагревается, она начинает потихонечку таять. Поэтому вот такая вот работа была проделана для того, чтобы сделать как раз именно мини-поднос. Мы – потом покажу – пошли немножко дальше. Я просто хочу рассказать хронологию, чтобы люди, на самом деле, те, у которых действительно, они считают, что очень хорошие идеи, чтобы они не сдавались и шли дальше. Во всяком случае, всегда есть даже организации, которые готовы выкупать просто идеи. В этом есть один большой плюс. Если подписаны бумаги NDA, то можно спокойно с этим работать. Это универсальность изобретения. Ты должен написать, что и как. Этот аксессуар, благодаря простой конструкции, может быть использован не только в сочетании с чайными и кофейными сервизами, но и со столовыми приборами. Я потом покажу дальше, где мы сделали и для японских ресторанов очень красивые эстетические вещи, для косточек из-под рыбы потому, что те, кто ходят в рыбные рестораны или просто кушают рыбу, знают, что постоянно остается там определенное…
Веденеев: Да, кости. Вот куда кости девать?
Герчик: Я тебе покажу.
Веденеев: Одна и та же проблема.
Герчик: Да, и ты начинаешь это класть. Это очень некрасиво, и получается, мы решили этот вопрос. Конкурентное преимущество выгоды от продаж. На самом деле, очень низкая себестоимость – от 20 центов за штуку. На самом деле, себестоимость можно еще понизить. И, естественно, перед тем, как мы пытались это делать, я провел с Алексеем потенциал целевой аудитории. То есть ты смотришь, кому это нужно. Это как колесо для машины. Выпускается там 10 миллионов, 20 миллионов автомобилей в год. 30 миллионов, 50. Кому это нужно? А потенциал огромный. Только по данным компании NESL выпивается 760 миллиардов чашек кофе и более триллиона чашек чая. Это абсолютно нормальная статистика, это не включая. Притом, цифры, которые идут, они растут очень сильно. То есть каждый год, из-за того, что люди проводят все больше и больше дома, это все связано с самым большим, с самой большой проблей на свете. Какая у нас самая большая проблема на свете? Социальные сети. Из-за того, что люди прозябают очень много времени дома в социальных сетях, в Facebook и все остальное, они используют, пьют больше кофе и больше чая. Это статистика, к сожалению, плохая, но есть. В одной лишь Европе потенциальными покупателями являются больше 100 миллионов семей. Ну, мы иногда задаем себе вопрос. Скорее всего, те, кто дома пьют чай, не будут потенциальными покупателями, но мы всегда берем очень маленькую цифру. Взяли 10% семей, с учетом того, что в каждой семье, как минимум, два человека. Получаем предполагаемый объем продаж для домашних нужд, минимум 20 миллионов. Плюс аксессуар интересен ресторанам, отелям, любителям класса. Ресторанов в Европе больше 550 тысяч. То есть люди, которые сегодня смотрят нашу передачу, они не только смогут увидеть, что такое патент и как его получать и полезность этого. Они также смогут получить определенную информацию о количестве ресторанов. Никто в жизни не мог подумать, что в Европе больше полмиллиона ресторанов. В среднем, может понадобиться 100 штук для каждого ресторана. На самом деле, рестораны покупают гораздо больше потому, что бьется продукт. Но большой плюс нашего продукта – это, так называемый, пищевой пластик, который не бьется, не соскабливается. Сделан из очень высокого качественного материала. То есть, то же самое для отелей, которых в Европе больше 250 тысяч. Больше 250 тысяч только отелей.
Веденеев: А мы еще не берем апартаменты, куда бы тоже с удовольствием…
Герчик: На сегодняшний день и AirBnB и всё остальное. Ну, мы берем простые, то есть, на самом деле, спрос на продукцию есть. Хотя, как я сказал, когда мы делали, создавали по-простому этот продукт, вопрос был не только в деньгах. Нам захотелось первую «от и до» получить полностью, посмотреть, как происходит этот процесс, процесс получения патента, процесс оформления патента. Емкость рынка огромная. В Соединённых Штатах насчитывается на 2014 год больше 570 тысяч ресторанов и 60 тысяч крупных отелей. То есть мини-поднос, на самом деле, вещь, которая, на наш взгляд, была бы интересна. Но как я уже сказал, большой плюс создания какого-то продукта, когда ты не нервничаешь, ты делаешь в удовольствие. То есть, продадим его или не продадим.
Веденеев: Это ставки «все или ничего» здесь не подходят?
Герчик: Абсолютно, нет. Это сделано для кайфа, это сделано для того, чтобы просто потешить свое самолюбие, ну и, естественно, посмотреть все-таки, как устроена эта индустрия. На самом деле, индустрия очень интересная. Есть огромное количество компаний, которые скупают либо патенты, либо полезные модели, так называется. Видите, то есть мы здесь – обязательно идет картинка, фото образца: мини-поднос, ручное изготовление. К сожалению, в этот раз изготавливали вручную на 3D-принтере, чисто для визуального представления. Ну, я вам дальше покажу, будет большое количество картинок. Следующий, очень важный пункт, вот я перехожу прямо к нему – это когда ты посылаешь полезную модель, как это все устроено, там на нескольких языках, ты отсылаешь адвокату. Адвокат обязательно должен проверить. То есть он обязательно проверяет, что есть в индустрии, то есть, что есть. Вот, давайте, просто ради…
Веденеев: То есть, он проверяет уникальность.
Герчик: Да, он проверяет уникальность. Если продукт такой уже есть…давайте вот просто ради интереса посмотрим. Можно зайти и посмотреть – видите, как был сделан патент, какой патент, на что он сделан, как что происходит.
Веденеев: Для чего это.
Герчик: Да, для чего это. Он присылает тебе название патентов, которые по-простому похожие на то, что ты делаешь. То есть, и ты начинаешь сравнивать. И он тебе дает полностью тотальное заключение: подходит…видите, вот, чтоб не было никаких секретов. Это человек, который занимается только патентами. Конкретный человек, которого профессиональная деятельность – занимается только поиском и оформлением патентов. Такая услуга стоит 450 долларов. Да, то есть только проверить на то, чтобы было наличие. Он дает заключение – (11.06.) это называется. То есть разрешение на патент. Подходит ли, по-простому, данная модель именно для патента. То есть мы получили полностью, так называемый, этот листик, и дальше мы уже решили в первую очередь, сейчас я покажу. Видите, это делается на английском языке – это то, что мы подаем. Подается с картинками, полностью написано для чего. Потому что очень важно, когда ты подаешь в патентное бюро и хочешь получить на это патент, самое главное – это получить информацию, дать доступную информацию для чего это нужно. Иногда бывает такое, что эта модель не полезная, она никому не нужна. И не будут разговаривать об этом. Вот следующий идет – это еще один, так называемый патент. Видите, когда вы заполняете бумаги, приходит с адвокатской конторы. Самое интересное, что адвокат тоже подписывает RDI потому, что он первый человек, который это получает, и он может это украсть. Перед тем, как он получает это, он подписывает с тобой документы на disclosure и полностью вы должны описать, как вы сделали, как полностью вы получили патент, чтобы его никто не украл. Бывает такое, что информация – кто-то вскрывает Google или email вскрывает, получает это и ты должен описать полностью. То есть как ты…
Веденеев: Что действительно твое.
Герчик: Конечно. Как ты получил это. Ты кому-то продал, ты нашел на какой-то странице, ты где-то увидел, ты модернизировал. И вот это огромное количество вопросов. Дальше, как вы видите, начинается именно регистрация. Мы регистрировали, так как мой друг живет в Германии, в Америке патент получать гораздо дольше. Мы решили, в принципе, начать с Европы потому, что в Европе, на самом деле, чаепитие, кофепитие больше распространено, чем в Америке, мы начали с Германии. То есть это, в первую очередь, подаются документы на немецком языке. Ты получаешь полностью ответ, что происходит, как работает этот механизм, и ты получаешь, тебе приходит письмо-уведомление, что все бумаги получены, сколько времени уходит на рассмотрение. Вот это уже первое – то, что ты получил, на кого записан патент, какие имена. И вот уже идет описание изобретения – то, что мы сказали. Видите? Полностью все цифры. Это мы посмотрели и сейчас, это то, что посылается. Палата по патентам находится в Мюнхене, полностью описывается, из чего делается этот мини-трей, как он сработан, что делается, как называется модель, что вы хотите от нее получить. Полностью, что это такое. То есть очень много работы. Если кто-то думает, что это пройдет просто так, и вы получите полностью готовый вариант – такого не будет. Огромное количество информации, скидывать огромное количество фотографий. И вот, по сути дела, сейчас мы перейдем к фоткам. Начиналось это все с очень простенькой вещи. И потом это приходит к тому, что ты начинаешь уже получать какие-то, так называемые, картинки. Вот это обратная сторона.
Веденеев: Творчески мыслить.
Герчик: Да, здесь очень важно, очень важно именно само крепление. То есть, по сути дела, вот то, что мы запатентовали – это крепление. Это то, что было раньше, как это происходит, а это то, что происходит сейчас. Во-первых, даже очень удобно. Я когда презентовал это в Лондоне, мне даже официанты сказали, насколько удобней – не надо занимать две руки, ты можешь, в принципе, прицепить сколько угодно таких штучек. Видишь, как удобно – здесь есть разъем для ложечки. Вот он. Сейчас тебе…
Веденеев: То есть, удобная штука. То есть это не просто вместе с чашкой, это удобная штука, которая просто прикрепляется к любой, в принципе, чайной чашке.
Герчик: Да. У нас, получается, что у нас есть, вот сюда вставляется ложечка и у тебя получается, по сути дела…знаешь, очень часто бывает – ты кладешь ложечку, с нее начинает по-простому, капать. Вот у нас, видишь, получается, она так удобно сделана, что ложечка всегда остается, по-простому, на блюдце. М вот несколько, в принципе, примеров. Видишь, это то, что…
Веденеев: Как обычно бывает…
Герчик: А это то, что бывает сейчас.
Веденеев: И, причем, это же можно разных цветов эту штуку делать.
Герчик: А мы дальше, все дальше, все Александр ты увидишь. Мы делали разных форм и, видишь, на самом деле, очень удобно получается, очень эстетически красиво. Это – не забывай – это самодельная моделька. Да, в принципе, то, что мы по-простому смогли сделать. С ложечкой, очень удобно. Это то, что мы делали, это уже, видишь, на разных чашечках, это разных форм. Оно бывает абсолютно разных форм. И сейчас я тебе покажу – это то, что изначально мы делали. Но мы пошли немножко дальше и…
Веденеев: Ох, какая!
Герчик: Это соусница. Я пришел в суши-ресторан и сказал: вам бы интересно было бы что-то получить такое, где вы можете по-простому иметь соусницу. Большой плюс, что соусница разъемная. То есть она снимается одним мгновением. Мы даже ставили опыты. Прикрепляли это к тарелке, вот так вот трясли тарелку. Из-за того, что там хороший пищевой пластик, она по-простому не соскакивает, она… мой друг – он на самом деле очень хорошо подкованный технически человек. Он сделал великолепное крепление. Это то, чего не сделали другие – почему мы смогли это запатентовать. Потому что у всех были очень простые решения. Какие-то, в виде прищепок, в виде еще чего-то. Это вещь, которая на самом деле очень легко цепляется, очень легко держится и очень легко снимается. И самое интересное – ее можно мыть. Так как это пищевой пластик, то есть с ней по-простому ничего происходит. Вот пример: приблизительно, просто тарелка и, так называемая, соусница. То есть, особенно в Израиле, когда тебе дают большую тарелку…ты был в Израиле?
Веденеев: Нет.
Герчик: Нет. Вот когда ты будешь в Израиле, тебе дадут большую тарелку с едой. У израильтян очень принято.
Веденеев: Такая заминка.
Герчик: У израильтян дают большую тарелку с едой и в ней натыкано там двадцать, реально двадцать видов разных соусов там, макать и все остальное. То есть там можно брать реально одно блюдо и его сидеть, целый день кушать. Так вот, на самом деле, это очень универсальная модель. Мы смогли сделать эту модель, что она может самостоятельно стоять. Это тоже отличает нашу модель, нашу полезную модель от всех остальных. То есть она может отдельно, если кто-то хочет соусницу отдельно, можно отдельно давать соусницу от тарелки. Ну, сейчас тебе покажу некоторые картинки. Видишь, вот так, как она устроена. То есть она очень глубоко садится, и так из-за того, что она сделана из пищевого пластика, она может адаптироваться под тарелку. То есть тарелка может быть любой толщины, любой угол, большой – плюс один – она не переворачивается. И один большой плюс – из-за того, что она очень хорошо крепится, вот в этом плюс еще нашей полезной модели. Даже если ты сюда кладешь, у тебя нет по-простому перекоса физического и нету давления вниз, то есть она не переворачивается. То есть мы пробовали – клали сюда все, что угодно. Из-за того, что у нее очень глубокая посадка, она не переворачивает тарелку. Это как раз специально то, что ты говорил. Это было сделано, я вот сейчас покажу поближе. Это как раз было сделано для костей, для рыбы. Просто, опять же…
Веденеев: И дизайн, и все остальное.
Герчик: Да, 3D.
Веденеев: Слушай, почему такие простые вещи никто и не придумал до сих пор? Ну что за люди?
Герчик: Мы придумали.
Веденеев: Столько людей ест рыбу там…
Герчик: Мы придумали. А сейчас дальше будет еще более красивые вещи. Сейчас я покажу. Видишь, она сама стоит отдельно. То есть ты ее просто присоединяешь, предельно просто, на любую тарелку, как ты видишь. Абсолютно разные посадочные. Вот как она, видишь, красиво садится. То есть она сама меняет внутри угол, в зависимости от того, под каким углом она заходит, она меняет угол. Сам дизайн – это крепление. То есть модель а-ля соусница – их миллион, но дизайн самой модели, как она крепится – такого нету. Поэтому мы и смогли получить патент. Вот это в виде бабочки.
Веденеев: Да, тоже прикольно.
Герчик: Да, то есть мы пробовали разные вещи. Просто смотреть эстетически, на самом деле, можно… Единственный минус, единственный минус – к сожалению, когда ты делаешь форму, то тебе придется, по сути дела, под каждую модель, естественно, делать форму. То есть вот ее крепление, видишь? То есть она под каждый вот этот вот по-разному абсолютно крепится. И эта соусница именно для японского, вот как она крепится. Можно, по сути дела, на тарелку их налепить сколько угодно. Они не переваливают потому, что они глубоко сидят. То есть, по сути дела, это как там держать ручку. Если ты ручку так держишь – это одно. А если ты ручку держишь так – это совсем другое. Ну, вот, мое самое любимое творение.
Веденеев: Ну, это вообще!
Герчик: Да, это я Леше сказал, говорю, давай, сделаем что-то с сердечком красивое. На самом деле, это очень красивый подарок. Мы думали, что если, например, подарить кому-то на 14 февраля, просто подарить набор.
Веденеев: Сервизик с такой штукой будет огонь!
Герчик: Просто, просто…
Веденеев: Улетать будет.
Герчик: Просто набор, да, просто набор вот таких вот сердечек, которые, видишь, держат чашечку и держат, например, конфетку какую-то или какой-то кофейный прибор. Вот, видишь, эта получше уже. Это качество получше. Это уже сделанная. Видишь, модель сделанная. Ты можешь ее делать, самое главное то, что ты можешь делать – любого размера, любого углубления. Любой величины. И вот она сама может так стоять. То есть такие красивые вещи. Просто вот эстетически даже. Вот как она устроена. Видишь, вот эта вот немножко устроена по-другому.
Веденеев: Опять же, чтобы она стояла отдельно, поэтому надо специально сделать.
Герчик: Да, вот такие вот бумаги ты получаешь от патентного бюро. Вот, я просто покажу. Бумаги ты получаешь, ты получаешь название патента, когда она зарегистрирована, когда она действует. Это патент европейский, на самом деле. И вот так вот полностью. Огромное количество страниц ты получаешь, где все описано. Ты должен описать на кого, что сделано. То есть, ты представляешь, вот это огромное количество работы: что проделано, как оно называется, как оно работает, из-за чего оно идет. У нас таких идей, на самом деле, очень много. И вот это первое, что я как раз хотел показать – это модель, которая уже была, полностью прошла всю сертификацию, мы получили патент. И, самое главное, мы понимаем полностью процедуру получения патента «от a до я». То есть мы посмотрели, как это устроено. На самом деле, бывает очень большое количество людей, которые придумывают действительно интересные вещи, но им постоянно чего-то не хватает. То они думают, что это не нужно. Дорогие друзья! Если, в принципе, вы можете себе позволить и это даже нужно вам – это уже немаловажно. Поэтому, чтобы, в принципе, подрезюмировать и дать полностью точное определение, для чего, в принципе, это человеку надо, в первую очередь, человек должен разглядеть, для чего это ему надо. Это либо его будущее потому, что на самом деле, есть великолепные патенты. Я видел патенты, которые приносят людям сотни миллионов долларов. Я тебе расскажу смешную вещь, очень интересную, когда, ты знаешь, очень часто, когда дают коктейли, в коктейле есть, так называемый, зонтик. Так вот этот зонтик принес человеку 40 миллионов долларов. Это был придуман просто один патент – давать коктейль и в него вставляют такой зонтик – все знают, да?
Веденеев: Да, да, красиво.
Герчик: Бумажненький раскрывается. Потом ребята придумали еще одну вещь. Они, конечно, поменьше немножко заработали. Они придумали вот этот кубик, который зажигается и его кладут уже в коктейль, кидают, и он начинает там менять цвета. Они немножко заработали, конечно, поменьше. То есть, есть очень полезные патенты. Например, когда-то человек, который придумал и получил патент – это защелкивание пояса безопасности. Притом, в самолетах, в машинах и все остальное. Этот патент принадлежит одному человеку и во всех самолетах, если ты когда-то посмотришь, обрати внимание – это прямо на этой железной бляшке – написано, какими патентами это произведение защищено. То есть само захлопывание. И на сегодняшний день, кто бы ни придумывал – все принадлежит(давно, естественно, он умер уже), принадлежит его семье. На получение патента суммарно, наверно, уходит, может уйти год. Может уйти чуть-чуть больше. Если кто-то по-простому сделает быстрее, должны будут быть у вас доказательства того, что вы, по сути дела, владеете этим патентом и как, по-простому, вы его получили. Да, потому что бывает такое, что человек кинул куда-то идею, кто-то – раз – быстро заметил ее, что-то видоизменил и сделал патент. Мы, например, когда там мой друг придумывал, это, то это, мы нигде не подсмотрели. То есть это была его идея. Он говорит: а вот такая идея. И по-простому, стали ее развивать. Но идея там была полностью «от а до я» его с самого начала. То есть у него такое видение. Он очень технически подкованный человек и очень часто там показывает идеи. Я могу там что-то, потому что у меня техническое образование тоже, я могу что-то доподсказать. Сказать, там, вот тут вот можно это изменить или это. По деньгам. Минимум, несколько тысяч – где-то долларов, где-то евро. Все, опять же, зависит, где вы хотите. Если вы будете подавать в Китай, а, в основном, в первую очередь, лезут туда, то в Китае совсем другие деньги на подачу патента. В Китае нет смысла подавать на патент потому, что как только патент туда попадет, китайцы его моментально сделают, сразу и ты останешься без ничего. Поэтому, в основном, подаются патенты в Соединенные Штаты, там, где более-менее они могут быть защищены. И Европа. То есть Европа очень строга в этом. И большой плюс, когда ты подаешь, в принципе, в Евросоюз. Но, как ни странно, даже когда ты подаешь на патент в Евросоюзе, то ты в другие страны тоже должен подавать. То есть вроде Евросоюз – это Евросоюз, а Германия – это Германия. Да, то есть в чем-то они цельны, а в чем-то вообще они абсолютно разные. То есть это может занять, в принципе, до года. То есть посылаешь документы, ожидаешь документы. Их рассматривают. Ну и потом, это, в принципе, самая простая часть. А дальше – это реализация. То есть реализация – мы элементарно посмотрели – совсем других денег занимает. То есть просто, там, элементарно, даже простенькую штучку отштамповать, штамп стоит от 7 до 15 тысяч долларов. Просто вот штамп. И никто не хочет идти с тобой в долю. Все говорят: да, не проблема. Хотите продавать – продавайте. То есть мы будем покупать. Но штамп надо купить. Ты по-простому изготавливаешь штамп, штампуешь. Себестоимость может выходить в пределах вообще 10 центов, если там не массово. Если массово там вообще может быть и меньше этого. Ну а дальше уже надо, конечно, продажи. А если вы заходите с каким-то продуктом. Я, например, видел очень интересные вещи. Буквально, например, крепление пожарного крана или еще что-то, да. То есть эти полезные модели, действительно, они есть. То там надо очень прилично защищаться потому, что там еще и маркетинг, и все остальное. То есть когда люди думают, что они придумали какую-то штучку там, да, и я там глазик одел на ручку и у меня что-то новое получилось, я побежал с этим продавать – это одно. А когда вы как бы хотите действительно, чтобы это ушло дальше, чем вам дом и дальше, чем патент – это абсолютно другое. Но когда вы занимаетесь, на самом деле, тем, что вы любите – это реально кайф. То есть нам нравится сам процесс. Мы постоянно что-то доделываем, там, подумываем. У меня же, я говорю, мой друг – он очень технически подкованный человек и он придумывает такие интересные вещи, что вот как ты правильно сказал в самом начале передачи – вот, смотришь, и думаешь – так это же до боли просто! Шар же он круглый – чего там придумывать? Я нарвался на пару таких интересных изобретений одного русского Кулибина. Я забыл его фамилию, имя. Его изобретение было сделано еще 80-х годах. Значит, он придумал трубочку. На мой взгляд – это шикарное изобретение для отпуска, для всего остального. Значит, трубочка. Когда вскрываешь трубочку, значит, там есть газ, который с кислородом дает бульбы. И в этой трубочке находится, по-простому, специальная прослойка из сиропа. То есть не жидкого сиропа, а какого-то сухого сиропа. Когда ты вставляешь эту трубочку в воду, в простую воду, с простым стаканом газированной воды. То есть она активируется и получается, что у тебя напиток любой, который ты хочешь: кока-кола, лимонад – все, что хочешь. Изобретение имеет определенный срок жизни. В какой-то момент ты по-простому взять его себе. Есть очень большое количество людей, которые охотники за патентами. Они ищут патенты, которые действительно что-то интересное. Там, дорабатывают и…
Веденеев: Но их, допустим, не реализовывали, но они есть.
Герчик: Да. Давай, я тебе скажу так: 90% патентов не реализуются. Я думаю, даже 95. Это как в трейдинге. У кого-то не было денег, у кого-то дальше не хватило идей, у кого-то не хватило желания добивать дальше. Потому что когда человек получает патент – это первая нескончаемая радость. Вот ты получил патент, ты получил эту бумажку – у меня патент. Что дальше? А я хочу сказать, что не проблема абсолютно с оптимизмом, абсолютно не проблема с оптимизмом. Проблема в том, что человек 90% из 100 не доходит до конца. Вот и все. Вот самая большая проблема. Оптимизм – не проблема. Так что боритесь, дорогие друзья, до победы.

Читать полностью

#travel: В гостях у West Coast Customs и 3 огненные машины will.i.am

– Александр, добро пожаловать в West Coast Customs! Эта машина принадлежит рэперу will.i.am из группы Black Eyed Peas. Это DeLorean, которую мы для него соорудили. Теперь она зовется DeLor.i.am. 750 тысяч долларов цена этой тачки.
– Я сначала подумал, что это BMW
– Вот спецификации этой машины: движок LS3 на 6,2 литра, армированное стекло и бамперы, переделанный каркас из нержавеющей стали и детали, сделанные вручную. А вот эта тоже принадлежит will.i.am из Black Eyed Peas. Монстр! Мы тут отдельно поработали с кузовными формами. В интерьер тоже внедрен iPad - will.i.am очень любит всякие технологичные штуки. Эта машина тоже принадлежит will.i.am - это родстер на базе Tesla. Мы переработали ее кузов, в частности отдельно напечатали новые молдинги, потом все покрыли стекловолокном и карбоном. В итоге получился полностью кастомный кузов на базе шасси Tesla. Вот здесь можно увидеть айпад и дэшборд, переключение передач работает через iTouch. Двигаешь пальцем, меняешь передачу.

Читать полностью

Найдите меня в соцсетях

Напишите мне

aasdf